Надежда

Тело парня было обмякло. Внезапно лежащий на полу стакан покатился куда-то в сторону. Стас не мог этого не заметить. Вцепившись обеими руками в табуретку, он наблюдал за происходящим в комнате.

А происходящее действие в его глазах было поистине фантастическим. Освещавшая тусклым светом лампочка начала моргать. Немногочисленная посуда падала на пол, разбиваясь вдребезги. Дверь в гостиную со скрипом открылась. Послышался детский крик и нежный девичий голосок.

— Пришли все же. Почему задержались? А? — обратился он к кому-то.

Ответа не последовало.

— Покажитесь, мать вашу! Я что сам с собой разговаривать обязан!

В следующие секунды комнату огласил пронзительный детский визг, а за ним последовал мучительный, полный боли, страха и страданий крик девушки. Стас обхватил голову руками, но это не помогало. Среди криков были различимы обрывки непонятных фраз. Казалось, помещение с минуты на минуту разойдется по швам. С каждым разом крики становились все громче. Штукатурка кусками падала с потолка, дверь распахнулась до конца и почти сошла с петель, а осколки разбитой посуды разлетелись по всей комнате.

— Прекратите! — неистовым воплем закричал Стас.

Бестиарий прекратился также внезапно, как и начался. Идеальная тишина пролилась недолго.

— Ты, ты виновен! — огласил комнату чей-то голос.

Быстро собравшись, парень опять потянулся за таблетками, но его взгляд случайно упал на зеркало. Отражение в треснутом стекле повергло его в шок. Сзади него стояла божественно красивая светловолосая, обнаженная девушка. Ее идеальное тело портили многочисленные ужасные порезы на животе. Видимо они были вырезаны обычным ножом и образовывали некое слово, разобрать которое не удавалось из-за недостатка букв. Из ран сочилась кровь. Под девушкой образовалась багровая лужица. У ее босых ног лежал сверток, который иногда подавал признаки жизни.

— Надежда… я надеялась на тебя, а ты, ты не поддержал! Словно крыса на тонущем судне ты убегал от проблем!

— П-прости, Катя… — ели слышно вымолвил он.

В следующее мгновение лицо Кати изменилось. Из ее глаз, прямо на странный сверток, падали алые слезы. Следом из свертка появилась крохотная детская ручка, за ней еще одна и вскоре показался сам малыш.

— Никогда! — сурово ответила она и вытащила из своего тела опасную бритву.

Стас стремглав бросился в гостиную, но ноги словно налились свинцом и он рухнул на пол. Квартиру вновь оглушил детский крик. Держась за голову, парень пополз в комнату и тут же ощутил, как его тела касается что-то острое.

— Убирайтесь!

Внезапно экран телевизора загорелся и на нем возникла богомерзкая картина, как лежащая в ванне девушка вырезает на своем теле буквы и изо всех сил давит на живот, словно стараясь что-то оттуда изъять… в девушке на экране он узнал свою Катю. В его голове все смешивалось в единую массу. Кошмар казался бесконечным.

— Ты виноват! Пожинай плоды! Кровавые плоды! — как приговор, эти слова раздавались по всей комнате.

— Это всего лишь галлюцинации! Сейчас я выйду, выйду на свежий воздух и вы, вы исчезните! — словно протест своему обвинению выкрикивал в ответ Стас.

Поднявшись на ноги, парень, хватаясь за все, что можно поспешил к балкону. До цели оставалось менее метра, как вдруг одно из кресел отлетело в сторону юноши и сбило его с ног. Оказавшись вновь на полу, Стас попробовал убедить себя в том, что все это лишь галлюцинации или сон. Вдруг над собой он увидел девушку и автоматически попятился назад. До выхода на балкон оставалось совсем немного. Протянув руку вверх, он повернул заветный замок и дверь на балкон была открыта. В комнату вошел свежий воздух.

— Тебе не убежать от нас! Ты убил нас!

— Не только я виноват!

— Твой час расплаты настал!

— А хрен тебе! — закончил Стас и, встав на ноги, бездумно подошел к перилам.

Девушка приближалась все ближе и ближе.

— Прощай, любимая! — вскрикнул он и прыгнул с балкона.

Спустя несколько секунд, тело с хрустом приземлилось на асфальт. Изо рта парня тонкой струйкой сочилась кровь. К своему сожалению, он был еще жив.

— Надеюсь, вы и до нее доберетесь… — промолвил он, захлебываясь кровью и закрыл глаза навсегда.

Вскоре у тела появились люди в форме. Один из них спокойно произнес, что дело об ограблении аптеки можно считать закрытым… Спустя пару часов после выше описанных событий, в небольшой загородный домик зашла тучная женщина сорока лет. Ее местами седые волосы, грубые морщины на лице и синяки под глазами, говорили о том, что женщина пережила что-то страшное и жизнь на этом свете ей была уже не прекрасна. Войдя в дом, женщина осмотрелась. В глаза тут же бросилась деревянная полочка, на которой догорала лампадка окруженная иконами с ликами святых. Интерьер комнаты был скромен.