Много лет Мирра провела на больничной койке, борясь с жестокой болезнью. И только подарок загадочного друга помогает ей победить рак: вампир Маркус дает ей испить Первородную кровь. Но предупреждает, что эта кровь — источник могущества для всех бессмертных и только от девушки теперь зависит, кому передать его.
Добавить в моё избранное
292 мин, 56 сек 16887
Что может быть настолько невыносимым, что мысль нахлебаться холодной воды им кажется милее, чем все жизненные испытания? Глупцы и трусы. Вот если бы они несколько лет провалялись на больничной койке, увидели бы, как их волосы каждое утро остаются на подушке, а слово «процедура» вызывает рвотный рефлекс… вот тогда бы они поняли, насколько это чудесно — жить!«Я закрыла глаза и чуть склонилась вперед. Ветер бил мне в лицо, и я наслаждалась его порывами, как наслаждалась чувством покоя и чего-то таинственного, особенного.»
Вглядываясь в яркие огни города, я ощущала столь желанную свободу от всего: мыслей, забот, вопросов. Но один из них все ж не хотел покидать меня и постоянно вертелся на языке: «Где же ты, Маркус?» На миг я забыла о том, что вокруг меня суетливый город, полный людей и машин, о том, что в квартале отсюда люди развлекаются в клубе, кто как может; что завтра начнется новый, обычный день, и я заранее могу рассказать, как он пройдет с точностью до минуты. Казалось, все это перестало существовать. Я была одна наедине с чем-то непознанным, почти что видела смерть в отблесках воды внизу, и столь близкое соседство не пугало а, наоборот, делало каждый новый вздох ещё более желанным, интригующим, словно сам воздух становился слаще… — Давай уже прыгай, а то надоело ждать, — насмешливый голос бесцеремонно вторгся в мое уединение, вернув к реальности От неожиданности я едва не свалилась вниз! Дурацкий каблук застрял, голова немного кружилась от коктейля, и я вдруг почувствовала, как лечу вперед. Однако в последний момент чьи-то грубые руки схватили меня за юбку, дёрнули назад и — что самое возмутительное! — нагло ущипнули за ягодицу.
Такое обращение оскорбило меня сильнее несостоявшегося падения. Я вырвалась из чужих рук и закричала:
— Отпусти немедленно, извращенец!
Мой каблук намертво застрял в дыре между железными прутьями, и я, выругавшись пару раз, кое-как выдернула туфлю из плена под наглый хохот.
И только тогда обратила внимание на нарушителя спокойствия. И почувствовала себя униженной вдвойне.
На меня смотрел высокий и очень красивый молодой брюнет со смелым, даже вызывающим взглядом. Модно одетый: в джинсы, рубаху и кожаную куртку, идеально подчеркивающие его стройность, — он производил впечатление человека, который слишком уверен в себе, чтобы его волновало чужое мнение, и который слишком умен, чтобы не волновало. Идеальная стрижка, дорогие часы на запястье.
«Что и говорить, — рассердилась я, — красавчик, каких мало! Ему бы на обложку журнала или в кино соблазнителей играть! Уж лучше бы меня спас Квазимодо!» — Ты чуть не убил меня, идиот! — воскликнула я возмущенно, чтобы скрыть свое смущение.
— Какого черта ты здесь вообще делаешь?
Он изобразил на лице притворное удивление.
— Вышел покурить и отвлечься. А тут какой-то полоумной приспичило покончить с жизнью. И ладно бы с крыши сиганула, а тут с моста. Как поэтично!
— Не собиралась я прыгать!
— Ты это врачам из психбольницы скажешь, ок? — усмехнулся он и достал из кармана пачку сигарет. Закурил одну.
— Я тебя не видела.
— А если бы видела, не прыгнула бы?
— Спрыгнула бы ещё быстрее, — отпарировала я сквозь зубы. Мне не понравился этот заносчивый тип.
— А ты забавная, — улыбнулся псевдоспаситель.
— Ты что и вправду собиралась сигануть с моста? Нечто вроде «меня никто не понимает» и«бла-бла-бла»?
— Я не собиралась прыгать, можешь успокоиться.
— Наоборот, я подошел ближе, чтобы посмотреть.
Ну и наглец! Неприятный и самоуверенный!
— Ты наверное из этих? — спросил он.
— Как их? Те, которые вечно хныкают, что мир несправедлив и жесток? Как их называют? Готы? Эмо? Или ещё какая-нибудь дребедень?
— А ты, видимо, из тех, кто постоянно тратит папочкины деньги и тусуется в ночных клубах? Только потому, что больше не знает, чем заняться? — я очень рассердилась и не смогла уже сдержаться от язвительного тона.
— Из тех, кто ездит на дорогих машинах, катает полуголых тупых девиц, а потом соревнуется с такими же никчемными друзьями, кто больше телочек снимет на ночь?
Он вдруг сделал серьезное лицо, ни на миг не смутившись от моих слов, и с театральным выражениям ужаснулся:
— О Боже, ты же права: я такой. Что же мне делать? Как мне спасти свою душу?
— Иди к черту! — огрызнулась я и тем самым закончила наш милый разговор.
Тут зазвонил телефон. Катя. Кто бы мог подумать, что она вспомнит обо мне?
Под смешки своего нового «друга» я ответила на звонок.
— Мирра? Ты где? Алекс уже приехал! Иди сюда немедленно, я тебя с ним познакомлю! Я на крыльце!
Прежде чем я успела возразить, звонок оборвался.
Возбужденная недавней перепалкой и желанием скорее избавиться от насмешливого взгляда за спиной, я зашагала обратно в клуб, слишком поздно сообразив, какую глупость совершила.
Вглядываясь в яркие огни города, я ощущала столь желанную свободу от всего: мыслей, забот, вопросов. Но один из них все ж не хотел покидать меня и постоянно вертелся на языке: «Где же ты, Маркус?» На миг я забыла о том, что вокруг меня суетливый город, полный людей и машин, о том, что в квартале отсюда люди развлекаются в клубе, кто как может; что завтра начнется новый, обычный день, и я заранее могу рассказать, как он пройдет с точностью до минуты. Казалось, все это перестало существовать. Я была одна наедине с чем-то непознанным, почти что видела смерть в отблесках воды внизу, и столь близкое соседство не пугало а, наоборот, делало каждый новый вздох ещё более желанным, интригующим, словно сам воздух становился слаще… — Давай уже прыгай, а то надоело ждать, — насмешливый голос бесцеремонно вторгся в мое уединение, вернув к реальности От неожиданности я едва не свалилась вниз! Дурацкий каблук застрял, голова немного кружилась от коктейля, и я вдруг почувствовала, как лечу вперед. Однако в последний момент чьи-то грубые руки схватили меня за юбку, дёрнули назад и — что самое возмутительное! — нагло ущипнули за ягодицу.
Такое обращение оскорбило меня сильнее несостоявшегося падения. Я вырвалась из чужих рук и закричала:
— Отпусти немедленно, извращенец!
Мой каблук намертво застрял в дыре между железными прутьями, и я, выругавшись пару раз, кое-как выдернула туфлю из плена под наглый хохот.
И только тогда обратила внимание на нарушителя спокойствия. И почувствовала себя униженной вдвойне.
На меня смотрел высокий и очень красивый молодой брюнет со смелым, даже вызывающим взглядом. Модно одетый: в джинсы, рубаху и кожаную куртку, идеально подчеркивающие его стройность, — он производил впечатление человека, который слишком уверен в себе, чтобы его волновало чужое мнение, и который слишком умен, чтобы не волновало. Идеальная стрижка, дорогие часы на запястье.
«Что и говорить, — рассердилась я, — красавчик, каких мало! Ему бы на обложку журнала или в кино соблазнителей играть! Уж лучше бы меня спас Квазимодо!» — Ты чуть не убил меня, идиот! — воскликнула я возмущенно, чтобы скрыть свое смущение.
— Какого черта ты здесь вообще делаешь?
Он изобразил на лице притворное удивление.
— Вышел покурить и отвлечься. А тут какой-то полоумной приспичило покончить с жизнью. И ладно бы с крыши сиганула, а тут с моста. Как поэтично!
— Не собиралась я прыгать!
— Ты это врачам из психбольницы скажешь, ок? — усмехнулся он и достал из кармана пачку сигарет. Закурил одну.
— Я тебя не видела.
— А если бы видела, не прыгнула бы?
— Спрыгнула бы ещё быстрее, — отпарировала я сквозь зубы. Мне не понравился этот заносчивый тип.
— А ты забавная, — улыбнулся псевдоспаситель.
— Ты что и вправду собиралась сигануть с моста? Нечто вроде «меня никто не понимает» и«бла-бла-бла»?
— Я не собиралась прыгать, можешь успокоиться.
— Наоборот, я подошел ближе, чтобы посмотреть.
Ну и наглец! Неприятный и самоуверенный!
— Ты наверное из этих? — спросил он.
— Как их? Те, которые вечно хныкают, что мир несправедлив и жесток? Как их называют? Готы? Эмо? Или ещё какая-нибудь дребедень?
— А ты, видимо, из тех, кто постоянно тратит папочкины деньги и тусуется в ночных клубах? Только потому, что больше не знает, чем заняться? — я очень рассердилась и не смогла уже сдержаться от язвительного тона.
— Из тех, кто ездит на дорогих машинах, катает полуголых тупых девиц, а потом соревнуется с такими же никчемными друзьями, кто больше телочек снимет на ночь?
Он вдруг сделал серьезное лицо, ни на миг не смутившись от моих слов, и с театральным выражениям ужаснулся:
— О Боже, ты же права: я такой. Что же мне делать? Как мне спасти свою душу?
— Иди к черту! — огрызнулась я и тем самым закончила наш милый разговор.
Тут зазвонил телефон. Катя. Кто бы мог подумать, что она вспомнит обо мне?
Под смешки своего нового «друга» я ответила на звонок.
— Мирра? Ты где? Алекс уже приехал! Иди сюда немедленно, я тебя с ним познакомлю! Я на крыльце!
Прежде чем я успела возразить, звонок оборвался.
Возбужденная недавней перепалкой и желанием скорее избавиться от насмешливого взгляда за спиной, я зашагала обратно в клуб, слишком поздно сообразив, какую глупость совершила.
Страница 11 из 81
