Первородная кровь

А уже в следующую секунду вампир грубо схватил свою жертву. Я впервые увидела его клыки: они возникли очень быстро, блеснули при свете лампы и впились в нежную кожу на шее несчастной девушки. Она попыталась избавиться от тисков, но объятия те были смертельными. Вскоре она затихла в его руках.

Я была совершенно поражена увиденным. До того это было пугающим и завораживающим одновременно, словно картинка с готического сайта: прекрасный вампир и невинная жертва. Различие лишь в том, что все это происходило на самом деле, и я была виновна в чужой смерти.

Опять.

И все-таки я не могла отделаться от странного постыдного ощущения, будто стала свидетельницей чего-то грандиозного.

Наконец, Алекс оторвался от шеи жертвы. Его губы оставались в крови, но ни единая капля не стекала по подбородку. Он утолил свой голод, однако выглядел при этом злым и раздраженным. Правда, уже через минуту, когда вытер кровь с лица, он успокоился и стал прежним: холодным и непроницаемым.

— Три, — закончил он свою считалочку.

Потом указал на ещё не остывшее тело и добавил лениво:

— Теперь придется избавляться от него… Я не могла вымолвить ни слова, кое-как выдавила:

— Зачем?

Кажется, способность соображать временно меня покинула.

— Затем, что если его найдут в квартире, начнется ненужный переполох, — разъяснил он ровно.

— Придется зачаровывать всех, кто будет в это втянут. В первую очередь, Максима. А его мозг, боюсь, скоро не выдержит.

— Что? Ты его зачаровывал?

— Много раз. Но каждый раз воспоминания возвращаются. Даже будучи уверенным в том, что я — его лучший друг, он все равно боится меня! Подсознательно. Все мои попытки вытравить этот страх оказались тщетны. Страх — главный союзник человека. Он отрезвляет разум, если только не завладел им полностью… Но в тебе, Мирра, я не чувствую страха. Растерянность, недоверие, но не страх. Ты совсем не боишься меня?

Я подняла глаза.

— Не знаю. То, что ты не можешь убить меня, ещё не значит, что не хочешь. Первородная кровь дает мне преимущество — это обнадеживает. Но это замкнутый круг. Ты будешь убивать, чтоб заполучить желаемое, а я ни за что не отдам её тебе.

Взгляд вампира стал задумчивым.

— Быть может, я убиваю не тех людей? — спросил он.

— Помнишь, что я говорил тебе в парке? Что начну с твоих близких? Однако в силу своего вампирского благородства, — он цинично улыбнулся при этих словах, — я решил начать со случайных людей — и ошибся. Ты — крепкий орешек. Но что ты скажешь, если я убью твою подругу? По-прежнему будешь упрямиться?

Угроза заставила меня оцепенеть. Я боялась, что он придет к этой мысли.

— Ты не станешь… — Почему же нет? Катя для меня никто. Я лишь использовал её, чтоб подобраться к тебе.

— Нет, Алекс, — я вцепилась в его рукав.

— Не трогай её!

— Тогда отдай мне кровь, Мирра! Отдай!

Нетерпение в его голосе возросло. Но как я могла отдать ему то, что даровал мне Маркус? Что он просил сохранить?

Разве могла я предать своего спасителя? И все же жизнь Кати, моей лучшей подруги… Резко сорвавшись с места, я кинулась на кухню. Там схватила нож и обернулась с самым решительным видом.

Алекс уже стоял в проеме двери.

— Собираешься убить меня этой зубочисткой? — усмехнулся он.

— Нет, — я приставила нож к своему горлу, — но если ты прикоснешься хоть пальцем к моей подруге, клянусь, я убью себя, и тебе не достанется первородная кровь!

Секунда — и Алекс уже рядом, выбил нож из моей руки и заломил мне её за спину.

— Ты даже не успеешь взять нож в руку, — процедил он зло, стиснув меня так сильно, что я даже испугалась — сейчас укусит. То ли от этой мысли, то ли от нашей близости у меня закружилась голова.

— Я убью себя, если ты тронешь ещё кого-нибудь, — теперь настала моя пора угрожать. Это был мой единственный козырь. Как я не подумала об этом раньше? — Ты не сможешь все время следить за мной.

— Если понадобится, я посажу тебя на цепь, — отозвался он, не дрогнув под натиском моих угроз. Его глаза оказались так близко, что я напугалась, как бы он не зачаровал меня. Потом с облегчением вспомнила, что он не сможет этого сделать, ведь во мне первородная кровь.

На ум некстати пришло воспоминание о том нашем поцелуе, и по телу пробежала легкая дрожь ожидания. Черт бы меня побрал!

Вампир вдруг улыбнулся довольно, словно опять прочитал мои мысли.

— Хорошо. Я обещаю не трогать Катю. А ты обещаешь не причинять себе вред. Договорились?

— Не убивай вообще никого!

— Ты забываешь, Мирра, кто я такой! Если я не буду питаться, что я за вампир? Я же не хочу иссохнуть от голода! Ты просишь слишком много! Либо так, как предлагаю я, либо я действительно посажу тебя на цепь и запру в комнате, лишив всего, что может причинить вред.