«Из всех критиков самый великий, самый гениальный, самый непогрешимый — время». «Кому ничего сказать своего, тому лучше молчать». Белинский В. Г.
Добавить в моё избранное
6 мин, 4 сек 2716
«Вольдемар нежно обнял свою возлюбленную и прижав к своей груди, ощутил биение ее сердца.»
— Ты будешь моей! — воскликнул молодой отпрыск славного рода.
— Да, любимый! — воскликнула Ингеборга.
Их взгляды встретились, а губы сомкнулись в пылком поцелуе«… Красная Шапочка вздохнула и щелкнув крышкой ноутбука, уставилась в окно. Все! Роман окончен, можно нести рукопись в издательство. Может» Красная Шапочка«не самый лучший псевдоним для молодой романистки, но душа просила сказки, а спорить с ней в такие моменты было абсолютно бессмысленно. Одевшись и нацепив ярко-алый берет, подаренный бабушкой на прошлый день рождения, девушка кинула флэшку с копией рукописи в сумочку и выбежала из дома.»
Издательство «АиСТ» находилось довольно далеко, но в будний день в городе добраться куда-либо на общественном транспорте и не опоздать было практически невозможно, а по сему девушка приняла решение бежать напрямик через парк, благо погода была прекрасная, а пробка на перекрестке — ужасная. Дойдя до самого сердца парка, возле памятника Белинскому, девушка присела на лавочку напиться минералки, предусмотрительно захваченной из дома, как вдруг из-за памятника великому литератору девятнадцатого века вышел старичок невысокого роста, седовласый и в очках.
— Премиленький денек, не находите? — пробурчал он и почему-то нахмурился.
— Нет причин для сомнений! — улыбнулось «юное дарование».
— Свидание?
— Передышка! А у Вас?
— А у нас одышка и подагра, -то ли отшутился, то ли пожаловался старикан.
— Бывает, — на всякий случай посочувствовала девушка и откланявшись побежала дальше.
Выскочив из парка и обогнув кафе «Старая мельница», писательница уже через пять минут подошла к красивому зданию с колоннами, в котором располагалась «цитадель слова». Поднявшись по мраморным ступеням, девушка зашла в прохладный полупустой коридор издательского дома, где согласно назначенному времени ее должен был ожидать цензор, тот самый, от которого зависела судьба Вольдемара, Ингеборги и, чего уж скрывать, самой Красной Шапочки.
Дав обыскать себя молодому человеку в форме охранника на предмет обнаружения у нее взрывчатки и огнестрельного оружия, девушка, поглядывая на часы, стремительно взлетела на второй этаж. Кабинет номер 213 был заперт. Дернув пару раз за ручку двери, писательница все же смогла ее отворить и зайдя в кабинет, прямо напротив окна за дубовым столом увидела того самого почтенного старикана, встреченного ею в парке, в очках и с подагрой.
— И снова здравствуйте! — по традиции нахмурился старичок.
— Виссарион Григорьевич Шиш. — представился он.
Опешив, девушка протянула слегка дрогнувшую руку редактору.
— Анфиса Потеряшкина! Я Вам звонила.
— Ааа… — на мгновение задумался Шиш.
— Красная Шапочка!
— Да-да! Это мой литературный псевдоним, люблю, знаете ли, сказки!
— Ну так и писали бы их, раз любите, что ж Вас на любовные романы потянуло?
— Ну… — потерялась Потеряшкина.
— Любовь, приключения и все такое… затягивает.
— Давай-те уже сюда Вашу «любовь»! — нервно поправив очки, проворчал Виссарион Григорьевич.
Анфиса сидела в ароматно пахнущем кожей старом кресле, пока Шиш читал. Немного нервничая и от того беспрестанно краснея, девушка ожидала вердикта.
— Кхе-кхе… — откашлялся через сорок минут цензор.
Анфиса пугливо подняла глаза и поняла, что ничего хорошего больше сегодня не произойдет.
— Это ужасно! — резюмировал Шиш.
— Все так плохо?
— Просто отвратительно! — безапелляционно заявил старичок, хмурясь и шмыгая носом.
— А что именно Вам не понравилось? — дрогнувшим голосом спросила девушка.
— Все! Решительно все, сударыня!
— И все же может быть что-то конкретное, что-то, что не понравилось больше всего!
— Мне не понравилось решительно все! — Повторился Шиш.
— Хотя, больше всего мне не понравилось, пожалуй, название: «Тайная страсть». Оно совершенно не отражает сути Вашего произведения!
— Так ведь там на протяжении всего романа влюбленная пара вынуждена скрывать свои отношения от окружающих! Они безумно влюблены и скрывают это. по-моему, все логично.
— Вот именно! Они влюблены! А у Вас — «страсть»! Надо было и назвать тогда: «Тайная любовь».
Анфиса во все глаза смотрела на критика.
— Ну а кроме названия? Что еще существенно повлияло на Вашу оценку?
— Вот вы пишете: «Опасность подстерегала их на каждом шагу»… Какая такая опасность?
— В них стреляли из ружей и в течении двух месяцев выслеживали с собаками по всему графству.
— Кхе-кхе… но ведь не выследили!
— Но ведь с ружьями!
— Но ведь не убили!
— В третьей главе главному герою отрубили пальцы на правой руке и пытались утопить!
— Ты будешь моей! — воскликнул молодой отпрыск славного рода.
— Да, любимый! — воскликнула Ингеборга.
Их взгляды встретились, а губы сомкнулись в пылком поцелуе«… Красная Шапочка вздохнула и щелкнув крышкой ноутбука, уставилась в окно. Все! Роман окончен, можно нести рукопись в издательство. Может» Красная Шапочка«не самый лучший псевдоним для молодой романистки, но душа просила сказки, а спорить с ней в такие моменты было абсолютно бессмысленно. Одевшись и нацепив ярко-алый берет, подаренный бабушкой на прошлый день рождения, девушка кинула флэшку с копией рукописи в сумочку и выбежала из дома.»
Издательство «АиСТ» находилось довольно далеко, но в будний день в городе добраться куда-либо на общественном транспорте и не опоздать было практически невозможно, а по сему девушка приняла решение бежать напрямик через парк, благо погода была прекрасная, а пробка на перекрестке — ужасная. Дойдя до самого сердца парка, возле памятника Белинскому, девушка присела на лавочку напиться минералки, предусмотрительно захваченной из дома, как вдруг из-за памятника великому литератору девятнадцатого века вышел старичок невысокого роста, седовласый и в очках.
— Премиленький денек, не находите? — пробурчал он и почему-то нахмурился.
— Нет причин для сомнений! — улыбнулось «юное дарование».
— Свидание?
— Передышка! А у Вас?
— А у нас одышка и подагра, -то ли отшутился, то ли пожаловался старикан.
— Бывает, — на всякий случай посочувствовала девушка и откланявшись побежала дальше.
Выскочив из парка и обогнув кафе «Старая мельница», писательница уже через пять минут подошла к красивому зданию с колоннами, в котором располагалась «цитадель слова». Поднявшись по мраморным ступеням, девушка зашла в прохладный полупустой коридор издательского дома, где согласно назначенному времени ее должен был ожидать цензор, тот самый, от которого зависела судьба Вольдемара, Ингеборги и, чего уж скрывать, самой Красной Шапочки.
Дав обыскать себя молодому человеку в форме охранника на предмет обнаружения у нее взрывчатки и огнестрельного оружия, девушка, поглядывая на часы, стремительно взлетела на второй этаж. Кабинет номер 213 был заперт. Дернув пару раз за ручку двери, писательница все же смогла ее отворить и зайдя в кабинет, прямо напротив окна за дубовым столом увидела того самого почтенного старикана, встреченного ею в парке, в очках и с подагрой.
— И снова здравствуйте! — по традиции нахмурился старичок.
— Виссарион Григорьевич Шиш. — представился он.
Опешив, девушка протянула слегка дрогнувшую руку редактору.
— Анфиса Потеряшкина! Я Вам звонила.
— Ааа… — на мгновение задумался Шиш.
— Красная Шапочка!
— Да-да! Это мой литературный псевдоним, люблю, знаете ли, сказки!
— Ну так и писали бы их, раз любите, что ж Вас на любовные романы потянуло?
— Ну… — потерялась Потеряшкина.
— Любовь, приключения и все такое… затягивает.
— Давай-те уже сюда Вашу «любовь»! — нервно поправив очки, проворчал Виссарион Григорьевич.
Анфиса сидела в ароматно пахнущем кожей старом кресле, пока Шиш читал. Немного нервничая и от того беспрестанно краснея, девушка ожидала вердикта.
— Кхе-кхе… — откашлялся через сорок минут цензор.
Анфиса пугливо подняла глаза и поняла, что ничего хорошего больше сегодня не произойдет.
— Это ужасно! — резюмировал Шиш.
— Все так плохо?
— Просто отвратительно! — безапелляционно заявил старичок, хмурясь и шмыгая носом.
— А что именно Вам не понравилось? — дрогнувшим голосом спросила девушка.
— Все! Решительно все, сударыня!
— И все же может быть что-то конкретное, что-то, что не понравилось больше всего!
— Мне не понравилось решительно все! — Повторился Шиш.
— Хотя, больше всего мне не понравилось, пожалуй, название: «Тайная страсть». Оно совершенно не отражает сути Вашего произведения!
— Так ведь там на протяжении всего романа влюбленная пара вынуждена скрывать свои отношения от окружающих! Они безумно влюблены и скрывают это. по-моему, все логично.
— Вот именно! Они влюблены! А у Вас — «страсть»! Надо было и назвать тогда: «Тайная любовь».
Анфиса во все глаза смотрела на критика.
— Ну а кроме названия? Что еще существенно повлияло на Вашу оценку?
— Вот вы пишете: «Опасность подстерегала их на каждом шагу»… Какая такая опасность?
— В них стреляли из ружей и в течении двух месяцев выслеживали с собаками по всему графству.
— Кхе-кхе… но ведь не выследили!
— Но ведь с ружьями!
— Но ведь не убили!
— В третьей главе главному герою отрубили пальцы на правой руке и пытались утопить!
Страница 1 из 2
