Не большой провинциальный город. В комнате 3 девушки. Две из них приводят себя в порядок.
Добавить в моё избранное
26 мин, 35 сек 1100
Есть слабый шанс, что выпали вчера в машине Максима. Она нашла его визитку с номером телефона. Она дождалась обеда. Чтоб не беспокоить в такую рань.
— Максим? Привет. Это я Соня. У меня к тебе просьба, не мог бы ты посмотреть, не оборонила ли я в твоей машине ключи?
— Посмотрю, перезвоню, — пообещал он.
Через 5 минут.
— Нашел чьи-то ключи, брелок в виде дельфина.
— Да это мои. В связке 2 ключа. Когда и где мне можно будет их у тебя забрать? Если ты из города не уехал?
— Я могу подъехать к тебе хоть сейчас, называй адрес.
Максим подъехал к школе-гимназии. Он отдал ей ключи.
— Может, встретимся сегодня? — предложил он.
— Не получится, мне отоспаться надо, потом у меня сегодня ночное дежурство на скорой.
— Сразу после работы, ты что делаешь?
— Еду домой естественно.
— На чем?
— На маршрутке.
— Какой тебе общественный транспорт, после вчерашнего? Давай, я за тобой заеду. Заодно и уделишь мне немного времени.
Он заехал за ней, как и договаривались.
Пока они ехали, она настолько устала, что уснула в машине. Он привез ее по нужному адресу и разбудил.
И был собран семейный совет. Потому что рождение вампира, тем более в клане правящих древних вампиров — было далеко не рядовым делом.
— Отец, Аделаида беременна.
— Ну и в чем проблема? — спросила Ария, — пусть рожает, — как будто у нас денег не достаточно для еще одного вампира.
— Дочь, дело не в деньгах. — ответил глава клана.
— Пусть свое слово скажет Луна.
— Вы, отчасти правы князь. Если Элайтра (жена Элайджи) узнает про беременную Аделаиду, то она своими руками расправиться с ней и с еще не рожденным ребенком. Это сулит нам скандалом со стороны ее клана как минимум. Даже если ребенок родиться сейчас его жизнь будет под угрозой.
— Стоп, -сказала Ария, — ты сказала слово СЕЙЧАС?
— Черт, я умудрилась заснуть? Максим, ты меня извини, просто я не в лучшей форме сейчас.
— Ничего страшного.
— По правилам хорошего тона, я, наверное, должна тебя пригласить на чашку чая, но я этого делать не буду, по одной простой причине, я снимаю здесь комнату, а хозяйка строго всем сказала: гостей не водить.
— Тогда я могу пригласить тебя на чашку чая, когда не будешь работать. Скажи только когда.
— Не знаю, у меня очень много работы.
— Постой. У тебя есть где-нибудь страничка в соц. сетях?
— Она мне ни к чему.
Соня уставшая зашла в дом, поставила чайник на плиту.
— Вчерашний кавалер тебя подвозил? — спросила Аня.
Зная, что ее соседка по комнате любит всякие личные подробности она ее огорчила.
— Ничего такого. Он просто по пути ехал, из вежливости подбросить до дома предложил, я просто полудохлая после работы, решила не отказываться.
— И номерами телефонов прям, не обменялись? — любопытствовала Аня.
— Неа. — солгала Соня. Она уже давно внесла Максима в память мобильного телефона. «Плис Максим Игоревич», — как гласила его визитка, чтоб поменьше было расспросов: а это кто? По фамилиям обычно пишут коллег по работе или различных служащих инстанций.
Соня попыталась выпить чаю, но она его не смогла выпить. Он словно застрял в горле.
Ей выпало ночное дежурство на скорой.
— Привет. Как ночь провела? — спросил Андрей.
— Просто прекрасно. Особенно после внутривенных капельниц, которые мне капали в стационаре.
— Понятно все умирающая лебедь. Мне тоже плохо — голова трещит, уже две таблетки от головной боли выпил. Короче ты думаешь, я выполняю.
— 6 бригада, — объявила диспетчер. На вызов.
Андрей взял сумку с медикаментами и пошел к машине.
Они приехали на место. Их встретила женщина лет 30. Тут человеку плохо, она вон там лежит, я не стала ее трогать до вашего приезда.
Соня и Андрей увидели молоденькую девчушку лет 20 лежащую на асфальте.
— Что делать? — спросил Андрей.
— Проверь признаки на биологическую смерть. В частности пульс, дыхание, и «симптом кошачьего глаза», помутнение роговицы глаза.
Андрей надел перчатки и выполнил манипуляции.
— Труп в точности. Реанимацию явно бессмысленно проводить. Вызываем полицию.
Приехали полицейские.
Соня объяснялась с полицейскими, что они уже приехали на труп. Из их действий был проведен осмотр глаз и пульса.
Молоденький парень судмедэксперт крутился возле Сони.
— Вы не осматривали, от чего она умерла? — спросил ленивый судмеэксперт. — нет, зачем? Я что судмедэксперт? В мои задачи входит определить, жив ли «пациент», для определения дальнейшей тактики и возможности реанимационных мероприятий. Если нет, то я в своих документах регистрирую просто констатацию смерти.
— Максим? Привет. Это я Соня. У меня к тебе просьба, не мог бы ты посмотреть, не оборонила ли я в твоей машине ключи?
— Посмотрю, перезвоню, — пообещал он.
Через 5 минут.
— Нашел чьи-то ключи, брелок в виде дельфина.
— Да это мои. В связке 2 ключа. Когда и где мне можно будет их у тебя забрать? Если ты из города не уехал?
— Я могу подъехать к тебе хоть сейчас, называй адрес.
Максим подъехал к школе-гимназии. Он отдал ей ключи.
— Может, встретимся сегодня? — предложил он.
— Не получится, мне отоспаться надо, потом у меня сегодня ночное дежурство на скорой.
— Сразу после работы, ты что делаешь?
— Еду домой естественно.
— На чем?
— На маршрутке.
— Какой тебе общественный транспорт, после вчерашнего? Давай, я за тобой заеду. Заодно и уделишь мне немного времени.
Он заехал за ней, как и договаривались.
Пока они ехали, она настолько устала, что уснула в машине. Он привез ее по нужному адресу и разбудил.
И был собран семейный совет. Потому что рождение вампира, тем более в клане правящих древних вампиров — было далеко не рядовым делом.
— Отец, Аделаида беременна.
— Ну и в чем проблема? — спросила Ария, — пусть рожает, — как будто у нас денег не достаточно для еще одного вампира.
— Дочь, дело не в деньгах. — ответил глава клана.
— Пусть свое слово скажет Луна.
— Вы, отчасти правы князь. Если Элайтра (жена Элайджи) узнает про беременную Аделаиду, то она своими руками расправиться с ней и с еще не рожденным ребенком. Это сулит нам скандалом со стороны ее клана как минимум. Даже если ребенок родиться сейчас его жизнь будет под угрозой.
— Стоп, -сказала Ария, — ты сказала слово СЕЙЧАС?
— Черт, я умудрилась заснуть? Максим, ты меня извини, просто я не в лучшей форме сейчас.
— Ничего страшного.
— По правилам хорошего тона, я, наверное, должна тебя пригласить на чашку чая, но я этого делать не буду, по одной простой причине, я снимаю здесь комнату, а хозяйка строго всем сказала: гостей не водить.
— Тогда я могу пригласить тебя на чашку чая, когда не будешь работать. Скажи только когда.
— Не знаю, у меня очень много работы.
— Постой. У тебя есть где-нибудь страничка в соц. сетях?
— Она мне ни к чему.
Соня уставшая зашла в дом, поставила чайник на плиту.
— Вчерашний кавалер тебя подвозил? — спросила Аня.
Зная, что ее соседка по комнате любит всякие личные подробности она ее огорчила.
— Ничего такого. Он просто по пути ехал, из вежливости подбросить до дома предложил, я просто полудохлая после работы, решила не отказываться.
— И номерами телефонов прям, не обменялись? — любопытствовала Аня.
— Неа. — солгала Соня. Она уже давно внесла Максима в память мобильного телефона. «Плис Максим Игоревич», — как гласила его визитка, чтоб поменьше было расспросов: а это кто? По фамилиям обычно пишут коллег по работе или различных служащих инстанций.
Соня попыталась выпить чаю, но она его не смогла выпить. Он словно застрял в горле.
Ей выпало ночное дежурство на скорой.
— Привет. Как ночь провела? — спросил Андрей.
— Просто прекрасно. Особенно после внутривенных капельниц, которые мне капали в стационаре.
— Понятно все умирающая лебедь. Мне тоже плохо — голова трещит, уже две таблетки от головной боли выпил. Короче ты думаешь, я выполняю.
— 6 бригада, — объявила диспетчер. На вызов.
Андрей взял сумку с медикаментами и пошел к машине.
Они приехали на место. Их встретила женщина лет 30. Тут человеку плохо, она вон там лежит, я не стала ее трогать до вашего приезда.
Соня и Андрей увидели молоденькую девчушку лет 20 лежащую на асфальте.
— Что делать? — спросил Андрей.
— Проверь признаки на биологическую смерть. В частности пульс, дыхание, и «симптом кошачьего глаза», помутнение роговицы глаза.
Андрей надел перчатки и выполнил манипуляции.
— Труп в точности. Реанимацию явно бессмысленно проводить. Вызываем полицию.
Приехали полицейские.
Соня объяснялась с полицейскими, что они уже приехали на труп. Из их действий был проведен осмотр глаз и пульса.
Молоденький парень судмедэксперт крутился возле Сони.
— Вы не осматривали, от чего она умерла? — спросил ленивый судмеэксперт. — нет, зачем? Я что судмедэксперт? В мои задачи входит определить, жив ли «пациент», для определения дальнейшей тактики и возможности реанимационных мероприятий. Если нет, то я в своих документах регистрирую просто констатацию смерти.
Страница 3 из 8
