Давайте поиграем в доктора

Родители мои развелись, когда родилась моя сестрёнка, то бишь, в мои три года. Моя мама была одиночкой, ведь у неё после трёх неудачных браков не было совершенно никакого желания заводить романы. Моя старшая сводная сестра — Рената, жила с нами и всё время командовала мной. Мне кажется, что это был единственный человек в семье, который меня люто ненавидел. Например, младшая сестра, мне кажется, наоборот, обожала меня. Эх, Мариэтта, малышка моя… да и остальные члены семью любили меня, можно сказать, больше жизни. Например, бабушка или тётя с дядей. Мне всегда доставалось всё самое лучшее — брендовая одежда, дорогие игрушки, сладости.

Несмотря на довольно взрослый возраст, я всегда оставалась ребёнком. Я не ходила не в какие секции, разве что, на танцы и свободного времени у меня было хоть отбавляй. И почти всё это время я тратила на игры с младшей сестрой и мне было как-то всё равно, что ей всего восемь лет. Просто мы понимали друг друга. Видели мир одинаково. И я не чувствовала себя взрослой. Может, только потому, что верила в чудо. И верила, что на свете нет ничего плохого.

Сказать откровенно, друзей у меня было мало. Точнее, всего одна подруга — Роксана. Я и сама понимала, почему у меня нет огромного количества друзей. Могу честно признаться — я была девочкой очень наглой и избалованной и никогда не прислушивалась к чужому мнению, делала всё так, как хочется мне. И это здорово. Здорово понимать, что ты — лучше всех, а остальные в свою очередь хуже тебя. Но так не было на самом деле. Так я думала. Так думала только я.

Ну, в общем-то, жизнь моя была просто сплошной сказкой, если бы не тот злополучный день. А начиналось всё с не предвещающего никакой беды светлого весеннего утра. Помню всё плохое так хорошо, как будто это случилось со мной вчера.

Приятный холодный ветерок залетел в комнату из приоткрытого окна и начал ласкать моё лицо. Я, потянувшись, открыла глаза и взору моему предстало трюмо, над которым висели часы. Половина девятого утра. Чёрт, я проспала школу. А, ну и фиг с ним… повернувшись на бок, я уже закрыла было глаза, как вдруг услышала стук в дверь. Некто, что стоял за ней, не дождавшись ответа «войдите», со скрипом распахнул дверь и влетел внутрь.

— Ева, это переходит все границы! Вставай, ничего школу прогуливать!

Я неохотно раскрыла глаза и увидела перед собой Ренату. Злобную, всю на взводе.

— Не хочу, — протянула я в ответ, за что получила сильный удар по руке, которую я свесила с края кровати.

— Меня это не волнует, вставай! — Ренате всё-таки удалось скинуть меня с кровати, а мне невольно пришлось встать на ноги, чтобы не лежать на полу. И только я хотела начать одеваться, как вдруг до меня дошло — сегодня же воскресенье!

Я в ярости накинулась на Ренату:

— Ах ты, скотина, какого чёрта ты меня разбудила, сегодня выходной!

— А не фига спать до двенадцати!

Между нами началась драка, во время которой мне удалось ударить сестру по ноге, оставив синяк на колене, а ей в свою очередь удалось вырвать огромный клок моих волос. В итоге, на крики и визг прибежала мама. Ей с огромным трудом, но всё же удалось разнять нас.

— Да как вам не стыдно?! — кричала она, когда мы уже сидели обиженные в разных углах комнаты, — вы дерётесь чуть ли не каждый день! Вы же сестры, сколько можно! Всё, я больше не намеренна это терпеть! Вы обе под домашним арестом и никакого телевизора, интернета, телефона и друзей вам не видать минимум месяц! Помимо школы никуда ни ногой!

С этими словами, мама, бросив на нас свой последний разочарованный взгляд, удалилась из комнаты. Я не стала ничего говорить. Просто обиженно сидела, поглядывая иногда на Ренату. Последняя, не теряя времени, встала на ноги и вышла из комнаты. Целый день я просидела у себя. Я не вышла ни на обед, ни на ужин, потому что гордость держала верх, будто сидя внутри меня и говоря мне: «Не иди, голод не самое страшное в мире»… Да и не чувствовала я особо голода, после субботней посиделки с моей тётей — шесть палочек шашлыка, курица гриль, грибной суп, мороженое, тортик, да и прочие подобные вкусняшки до сих пор не переварились у меня в желудке. В итоге, под конец дня, то есть, к семи часам вечера, когда мама вместе с Мариэттой ушла в магазин, я решила тайком выйти во двор. Накинула на себя первое, что под руку попалось и, осторожно приоткрыв дверь, осмотрела коридор. Никого. Ну, можно идти. Я открыла дверь нараспашку и вышла в прихожую. Надела на ноги балетки и осторожно открыла входную дверь. Оказавшись за порогом, так же осторожно закрыла её и подобно молнии быстро кинулась вниз по лестнице. Миновав все восемь этажей, что находились под нашей квартирой, я оказалась во дворе. И с удивлением для себя заметила, что на одной из скамеек, что стояли рядом с нашим подъездом, сидит Рената.

— Какого? — начала было говорить я, но Рената, завидев меня, перебила:

— Никакого, садись уже.