Владимир только вернулся из командировки, в которой он пробыл двое суток. На дворе стоял жаркий июльский день и его жена вместе с дочерью были в деревни.
Добавить в моё избранное
1 мин, 45 сек 6028
Поставив портфель в коридоре, сняв ботинки и развязав галстук, он двинулся в комнату. Усталость манила завалиться в кровать, но в планах было принять душ и выдвинуться к семье. До деревни было 40 минут езды на автомобиле. За спиной раздался шорох, и Владимир резко обернулся…
«Марина Владимировна! — удивленно спросил он, глядя на мать своей жены, стоящую в дверном проеме — что вы здесь делаете? Я не знал, что дома кто-то есть, думал, что все в деревне». Пожилая женщина сильно болела и то, что самостоятельно приехала в город, было странно. Пристально посмотрев на него, улыбнувшись, она сказала, что здесь по своим делам, нужно зайти в пенсионный фонд или что-то подобное. «Ну что же — пожал плечами мужчина — тогда вам повезло, сейчас вместе поедем, я только приму душ и переоденусь». Отметив для себя, что женщина выглядит как-то странно, но не понятно чем именно, и, не придав этому значения, он отправился в душ.
Спустя 20 минут звук воды в ванной комнате прервался и мужчина вышел, одетый в халат, вытирая голову полотенцем. «Ну что, Вы готовы?» — ободряющим голосом сказал Владимир и двинулся на кухню. Проходя мимо комнаты, дверь в которую была открыта, обратил внимание, что женщина сидит на диване, с очень грустным выражением лица, и держит в руках старый фотоальбом, хранившийся в квартире. Там были фотографии ее и ее покойного мужа, в молодости. Также были фотографии их дочери, т. е. жены Владимира, в юном возрасте.«Сейчас поедем!» — добавил он и вошел на кухню. Подойдя к окну, взял сотовый телефон, выбрал в справочнике«Любимая». «Алло?» — раздался грустный голос его жены.«Милая, привет! Я наконец дома, сейчас буду выдвигаться! Кстати, здесь и твоя…». «Володь — перебила его жена — кое-что произошло вчера вечером. Я не стала тебе говорить, чтобы не отвлекать от работы. Ты знаешь… мама, она умерла. Болезнь победила ее. Ее больше нет». Женщина заплакала. Владимир опустил руку, в которой держал телефон.
Отражение своего бледного лица, Владимир видел в кухонном окне, как и то, что на его плечо мягко легла неестественно холодная старчески-дряблая рука. В нос ударил неприятный запах. Он, не обернувшись, вновь поднес трубку, из которой доносились всхлипывания его жены, к уху: «Дорогая… передай дочери, что я ее люблю».
«Марина Владимировна! — удивленно спросил он, глядя на мать своей жены, стоящую в дверном проеме — что вы здесь делаете? Я не знал, что дома кто-то есть, думал, что все в деревне». Пожилая женщина сильно болела и то, что самостоятельно приехала в город, было странно. Пристально посмотрев на него, улыбнувшись, она сказала, что здесь по своим делам, нужно зайти в пенсионный фонд или что-то подобное. «Ну что же — пожал плечами мужчина — тогда вам повезло, сейчас вместе поедем, я только приму душ и переоденусь». Отметив для себя, что женщина выглядит как-то странно, но не понятно чем именно, и, не придав этому значения, он отправился в душ.
Спустя 20 минут звук воды в ванной комнате прервался и мужчина вышел, одетый в халат, вытирая голову полотенцем. «Ну что, Вы готовы?» — ободряющим голосом сказал Владимир и двинулся на кухню. Проходя мимо комнаты, дверь в которую была открыта, обратил внимание, что женщина сидит на диване, с очень грустным выражением лица, и держит в руках старый фотоальбом, хранившийся в квартире. Там были фотографии ее и ее покойного мужа, в молодости. Также были фотографии их дочери, т. е. жены Владимира, в юном возрасте.«Сейчас поедем!» — добавил он и вошел на кухню. Подойдя к окну, взял сотовый телефон, выбрал в справочнике«Любимая». «Алло?» — раздался грустный голос его жены.«Милая, привет! Я наконец дома, сейчас буду выдвигаться! Кстати, здесь и твоя…». «Володь — перебила его жена — кое-что произошло вчера вечером. Я не стала тебе говорить, чтобы не отвлекать от работы. Ты знаешь… мама, она умерла. Болезнь победила ее. Ее больше нет». Женщина заплакала. Владимир опустил руку, в которой держал телефон.
Отражение своего бледного лица, Владимир видел в кухонном окне, как и то, что на его плечо мягко легла неестественно холодная старчески-дряблая рука. В нос ударил неприятный запах. Он, не обернувшись, вновь поднес трубку, из которой доносились всхлипывания его жены, к уху: «Дорогая… передай дочери, что я ее люблю».
