— Я маленький мальчик, сел на диванчик, с диванчика на сундучок, подайте пятачок! — раздался тоненький голосок из-за двери.
Добавить в моё избранное
6 мин, 49 сек 1134
Игорю начинала надоедать эта игра. Мало того, что предрождественская традиция затянулась аж до самого нового года, репертуар соседские детишки могли бы подобрать и пооригинальней.
— Ничего я вам не дам, валите отсюда!
Все соседи поступали именно так. Однако, нудение продолжалось. Малолетний паршивец не смел никуда уходить и мешал спокойной времяпрепроводить пятничный вечер.
Игорь высунулся из-за двери. Там стоял малолетний заморыш лет восьми, в балахончике с капюшоном, по задумке, видимо, попа или монаха, сшитом будто нарочито кривовато, скорее всего им же самим, к празднику. Сердце мужчины немножко дрогнуло. Бедняга, наверное очень старался и рассчитывал на подношение.
— Хочешь зайти? У нас салаты есть, торт? Не боись, я сам сына воспитываю!
Мальчонка только покачал головой.
— Хорошо, сейчас.
— Мужчина прикрыл дверь на цепочку, сбегал на кухню и принёс свежую булочку с маком.
— Вот, держи!
Ребёнок покорно взял хлебобулочное, сложил его в торбочку и поковылял по лестнице вниз.
На следующий день картина повторилась. И на следующий. И через день. Игорь давно перестал внимать глупым однообразным песням и подавать сладости, а также запретил поддаваться на провокации сыну Дениске, однако это не сломило упорства детей. Казалось, с каждым разом они стояли у дверей дольше прежнего, и, несмотря на угрозы, продолжали тянуть ту же заунывную песню. Балахончики сменялись на яркие косынки дореволюционных крестьянок или маски меховых животных, сделанные из поеденных молью шуб, менялись голоса, но не репертуар.
Решив всерьёз разобраться со всем этим безобразием, Игорь решил пройтись по квартирам и заставить объясниться нерадивых папаш и мамаш. К его удивлению, во всём его подъезде не нашлось ни одного ребёнка младше 12 лет. Соседние же были полностью заселены пенсионерами и снимающими жильё студентами. Неужели малолетних голодранцев родители отпускают ходить по чужим домам? Возможно, Денис мог бы что-то прояснить, однако, сын был слишком занят уроками, и мужчина решил не отвлекать его на глупые расспросы.
В соседнем дворе была отличная детская площадка, куда Игорь и его покойная жена некогда водили своего малыша. Последние пять лет мужчина старался обходить это место стороной, его тяготили грустные воспоминания из прошлого, и он всячески старался не кормить внутреннего меланхолика. Однако в этот раз он решил изменить себе во имя будущего покоя. В качестве надуманного повода он выбрал поход в расположенную неподалёку хлебную палатку — через площадку как раз можно срезать на обратном пути.
Искомый двор был безлюден, хотя на улице был всего лишь лёгкий минус. Не было и следов на снегу, за исключением тех, что оставили мелкие дворовые животные, кошки или щенки. Никто даже не потрудился залить горку, как это делали шесть лет назад. Внимание любопытствующего привлёк лишь стенд с объявлениями о субботниках и фотороботами рубрик «Разыскивается».
«Варя Никитенко, 2009 г. р, пропала в Московском районе, ушла из дома. Особые приметы: родинка на лице, красная косынка, коричневая дублёнка…».
«Коля Иванов, 2008 г. р, ушёл из дома…».
Ничего нельзя утверждать наверняка, однако…
Было без пятнадцати шесть вечера, на улице уже потемнело и мужчина поспешил домой. Что если именно эти дети ушли из дома, попали под дурное влияние и вынуждены ходить побираться по квартирам под страхом избиения или того хуже?
Первый гость пришёл в шесть ноль пять. Игорь глянул в глазок. Балахон. Стоит быстро втащить его в квартиру и вызвать полицию? Или вначале мягко расспросить, вдруг это чудовищная ошибка?
— Сейчас, мальчик. Я тебе что-нибудь дам! Постой.
Молодой человек дошёл до кухни и выглянул в окно. Трое или четверо детей стояли прямо у подъезда. Воображение тут же невольно дорисовало сосредоточенные выражения лица и взгляды, направленные прямо на него. От этого становилось немного неуютно, видимо, это всё потревоженные стрессы, из-за площадки и объявлений. Что-то копошилось в снегу, и Игорь проклял себя за то, что поскупился летом установить фонарь. А ещё он поймал себя на том, что не слышал глупой песни. Мальчик ещё там?
Игорь выскочил на лестничную клетку в чём был, он слышал лишь топот удаляющихся шагов, однако решил продолжить погоню. На улице его неприятно обдало холодом. Детей уже не было видно, однако остались следы. Пройдя по ним, мужчина дошёл до древнего подвала дома. Дверь была приоткрыта, однако спуск в кромешной темноте был равен самоубийству.
Горемычный отец вернулся домой. Даже в натопленной квартире он чувствовал озноб, что могло свидетельствовать о том, что ледяной поход в тапках не прошёл бесследно для слабеющего иммунитета. На вызов 112 ответил лишь автоответчик. Он обязательно повторит попытку утром, а сейчас следовало выпить лекарств и поскорее улечься в тепле.
— Ничего я вам не дам, валите отсюда!
Все соседи поступали именно так. Однако, нудение продолжалось. Малолетний паршивец не смел никуда уходить и мешал спокойной времяпрепроводить пятничный вечер.
Игорь высунулся из-за двери. Там стоял малолетний заморыш лет восьми, в балахончике с капюшоном, по задумке, видимо, попа или монаха, сшитом будто нарочито кривовато, скорее всего им же самим, к празднику. Сердце мужчины немножко дрогнуло. Бедняга, наверное очень старался и рассчитывал на подношение.
— Хочешь зайти? У нас салаты есть, торт? Не боись, я сам сына воспитываю!
Мальчонка только покачал головой.
— Хорошо, сейчас.
— Мужчина прикрыл дверь на цепочку, сбегал на кухню и принёс свежую булочку с маком.
— Вот, держи!
Ребёнок покорно взял хлебобулочное, сложил его в торбочку и поковылял по лестнице вниз.
На следующий день картина повторилась. И на следующий. И через день. Игорь давно перестал внимать глупым однообразным песням и подавать сладости, а также запретил поддаваться на провокации сыну Дениске, однако это не сломило упорства детей. Казалось, с каждым разом они стояли у дверей дольше прежнего, и, несмотря на угрозы, продолжали тянуть ту же заунывную песню. Балахончики сменялись на яркие косынки дореволюционных крестьянок или маски меховых животных, сделанные из поеденных молью шуб, менялись голоса, но не репертуар.
Решив всерьёз разобраться со всем этим безобразием, Игорь решил пройтись по квартирам и заставить объясниться нерадивых папаш и мамаш. К его удивлению, во всём его подъезде не нашлось ни одного ребёнка младше 12 лет. Соседние же были полностью заселены пенсионерами и снимающими жильё студентами. Неужели малолетних голодранцев родители отпускают ходить по чужим домам? Возможно, Денис мог бы что-то прояснить, однако, сын был слишком занят уроками, и мужчина решил не отвлекать его на глупые расспросы.
В соседнем дворе была отличная детская площадка, куда Игорь и его покойная жена некогда водили своего малыша. Последние пять лет мужчина старался обходить это место стороной, его тяготили грустные воспоминания из прошлого, и он всячески старался не кормить внутреннего меланхолика. Однако в этот раз он решил изменить себе во имя будущего покоя. В качестве надуманного повода он выбрал поход в расположенную неподалёку хлебную палатку — через площадку как раз можно срезать на обратном пути.
Искомый двор был безлюден, хотя на улице был всего лишь лёгкий минус. Не было и следов на снегу, за исключением тех, что оставили мелкие дворовые животные, кошки или щенки. Никто даже не потрудился залить горку, как это делали шесть лет назад. Внимание любопытствующего привлёк лишь стенд с объявлениями о субботниках и фотороботами рубрик «Разыскивается».
«Варя Никитенко, 2009 г. р, пропала в Московском районе, ушла из дома. Особые приметы: родинка на лице, красная косынка, коричневая дублёнка…».
«Коля Иванов, 2008 г. р, ушёл из дома…».
Ничего нельзя утверждать наверняка, однако…
Было без пятнадцати шесть вечера, на улице уже потемнело и мужчина поспешил домой. Что если именно эти дети ушли из дома, попали под дурное влияние и вынуждены ходить побираться по квартирам под страхом избиения или того хуже?
Первый гость пришёл в шесть ноль пять. Игорь глянул в глазок. Балахон. Стоит быстро втащить его в квартиру и вызвать полицию? Или вначале мягко расспросить, вдруг это чудовищная ошибка?
— Сейчас, мальчик. Я тебе что-нибудь дам! Постой.
Молодой человек дошёл до кухни и выглянул в окно. Трое или четверо детей стояли прямо у подъезда. Воображение тут же невольно дорисовало сосредоточенные выражения лица и взгляды, направленные прямо на него. От этого становилось немного неуютно, видимо, это всё потревоженные стрессы, из-за площадки и объявлений. Что-то копошилось в снегу, и Игорь проклял себя за то, что поскупился летом установить фонарь. А ещё он поймал себя на том, что не слышал глупой песни. Мальчик ещё там?
Игорь выскочил на лестничную клетку в чём был, он слышал лишь топот удаляющихся шагов, однако решил продолжить погоню. На улице его неприятно обдало холодом. Детей уже не было видно, однако остались следы. Пройдя по ним, мужчина дошёл до древнего подвала дома. Дверь была приоткрыта, однако спуск в кромешной темноте был равен самоубийству.
Горемычный отец вернулся домой. Даже в натопленной квартире он чувствовал озноб, что могло свидетельствовать о том, что ледяной поход в тапках не прошёл бесследно для слабеющего иммунитета. На вызов 112 ответил лишь автоответчик. Он обязательно повторит попытку утром, а сейчас следовало выпить лекарств и поскорее улечься в тепле.
Страница 1 из 2
