Вот, к примеру, сегодня, по пути из пункта А в пункт Б по хорошему шоссе в центре города, в уютных теплых объятиях автобуса и пуховика, меня внезапно посетила свежая идея. Что, например, через десять секунд вокруг погаснет свет. И выключится двигатель автобуса.
Добавить в моё избранное
1 мин, 36 сек 11228
Возможно, мы по инерции еще въедем кому-то в жопу, а кто-то въедет в нас. Потом, когда мы расчухаемся, станет ясно, что не работает вообще ничего. Ни гидравлика дверей, ни сотовый телефон. И вот тут-то я замечусь. Тут-то я заору благим матом, мол, открывайте живо салон, бежать, срочно бежать. Меня будут пытаться унять и приструнить, водила будет орать матом, я тоже буду орать матом и бить по сусалам бородатого дядю, пытающегося меня удержать. Тети в норковых шубах и шапках будут визгливо охать и хвататься за сердце.
И никто из них не будет понимаnь, что все, это пиздец, по нашу душу пришло Что-то, и сидеть в остывающем автобусе посреди омертвевшего города, потерявшего свою электрическую и бензиновую кровь — смерти подобно.
Потом-то я может, еще и вырвусь, окончательно забив ногами всех препятствующих. Обязательно порву на себе свои теплые зимние шмотки. С безумным лицом выскочу в ледяную ночь и затопочу копытами в сторону черных дворов, пытаясь уйти с открытых территорий дорог. С дыркой в пуховике или штанах. А до дома ведь пять километров. И там тоже сейчас ничего нет, и тепло медленно вытекает поверх быстро остывающих батарей. И, кстати, дома у меня нет книг, которые можно жечь, а можно рвать на листочки и пихать их в штаны для утепления. И запасов еды у меня немного. А воду на восьмой этаж перестанет качать насос, и даже если я окопаюсь, закрыв окна паласами, то куда ссать-то буду? А спичек у меня тоже полкоробка, я зажигаю плиту электророзжигом. А могу ли я подручными плоскогубцами вскрыть закрытый по случаю ночи киоск с колбасой? И не будут ли его вскрывать уже какие-то другие, более организованные личности, чем я? Нормально ли будет нарубить веток с околоподъездных деревьев по-быстрому и начать жечь их в осушенной ванне, чтобы жить в этой ванной комнате еще неделю?
В общем, неутешительные картины мне нарисовались. Кажется, в Апокалипсис нас ничто не спасет. А вот у вас какие бывают размышления о светлом будущем по вечерам?
И никто из них не будет понимаnь, что все, это пиздец, по нашу душу пришло Что-то, и сидеть в остывающем автобусе посреди омертвевшего города, потерявшего свою электрическую и бензиновую кровь — смерти подобно.
Потом-то я может, еще и вырвусь, окончательно забив ногами всех препятствующих. Обязательно порву на себе свои теплые зимние шмотки. С безумным лицом выскочу в ледяную ночь и затопочу копытами в сторону черных дворов, пытаясь уйти с открытых территорий дорог. С дыркой в пуховике или штанах. А до дома ведь пять километров. И там тоже сейчас ничего нет, и тепло медленно вытекает поверх быстро остывающих батарей. И, кстати, дома у меня нет книг, которые можно жечь, а можно рвать на листочки и пихать их в штаны для утепления. И запасов еды у меня немного. А воду на восьмой этаж перестанет качать насос, и даже если я окопаюсь, закрыв окна паласами, то куда ссать-то буду? А спичек у меня тоже полкоробка, я зажигаю плиту электророзжигом. А могу ли я подручными плоскогубцами вскрыть закрытый по случаю ночи киоск с колбасой? И не будут ли его вскрывать уже какие-то другие, более организованные личности, чем я? Нормально ли будет нарубить веток с околоподъездных деревьев по-быстрому и начать жечь их в осушенной ванне, чтобы жить в этой ванной комнате еще неделю?
В общем, неутешительные картины мне нарисовались. Кажется, в Апокалипсис нас ничто не спасет. А вот у вас какие бывают размышления о светлом будущем по вечерам?
