Дорогой читатель, я хочу поведать тебе один невероятный, но не выдуманный случай из моей жизни. Я не берусь утверждать, что именно произошло в ту летнюю ночь и с чем нам пришлось столкнуться, а просто расскажу тебе все так, как было.
Добавить в моё избранное
6 мин, 12 сек 10965
Мне было пятнадцать лет. Мой друг — имена выдуманы, ибо настоящих имен своих друзей детства я, по понятным причинам, раскрыть не могу — Стас занимался спортивным ориентированием и вечно ездил на соревнования от нашей школы. Он коллекционировал фонарики и всегда носил парочку с собой. Его походная куртка, по сути, являлась одним большим карманом, молния, которого располагалась на груди. В его коллекции были и большие и маленькие фонарики, в общем — на все случаи жизни. Мы с друзьями: Игорем, Стасом и Дэном, любили пошатать друг другу нервишки, рассказывая темными вечерами истории, выдуманные на ходу, от чего, рассказчику становилось не менее жутко, чем слушателям. Помню как Стас, посмотрев фильм «Полтергейст» стал пересказывать нам сюжет и мы, глядя безумными глазами, друг на друга, боялись даже пошевелиться. Именно в тот день, основательно нас припугнув, Стас и предложил такую забаву, как набрать еды, стащить из дому какую-нибудь клеенку, чтобы было на чем умоститься, да пойти в открытый подвал его дома. Мы дружно кивнули, разошлись по домам, взяли все необходимое и встретились у его подъезда. Стас раздал нам по ручному фонарику, сам же, нацепил на кепку туристический. И вот, завершив все приготовления, поправив лямки на рюкзаках, проверив фонарики и поиграв с регуляторами яркости, мы вошли в подъезд.
Дверь в подвал не была чем-то угрожающим, нет, просто подвал, который я видел и не раз, до этого. Стас осторожно поднял дверцу, чтобы не услыхали соседи с первого и мы смело спустились вниз.
Разложили клеенку, скинули на нее портфели и стали увлеченно в них рыться, выкладывая наш «провиант». Мы дружно рассмеялись, глядя, как Стас достает из недр своего ранца кусочки пирога, чищеную морковку, сыр, хлеб и масло. Я открыл термос, налил чая и мы, принялись точить, напрочь позабыв о главной цели нашего спуска — напугать друг друга выдуманными наспех историями. Поужинав, мы развалились на нашем «покрывале». Дэн и Игорь закурили. Сизый дым разлился по подвальному помещению, окутывая нас с ног до головы.
— Мама опять подумает, что я курил, — помнится, недовольно бросил я, обнюхивая куртку.
Стас, в свойственной ему манере, плюнул на добрых пять метров, махнув на меня рукой.
— Не ссы, никто не будет тебя обнюхивать.
Дэн потер руки и, воровато озираясь, понес свою «лабуду» о каких-то непроходимых чащах да скелете медведя, который, почему-то, упал с елки на героя его повествования. Тут, снова сплюнув через передние зубы, Стас подскочил, дал Дэну подзатыльник и, покрутив головой, выхватил из темноты лежавший в сторонке лист металла. На все наши«Сядь, угомонись! Соседи услышат!» Стас лишь зашикал и, схватив лист, запустил его в стену. Лист металла отскочил от стены с чудовищным звоном, который, казалось, разбудил все пять этажей и бумерангом залетел за угол. Стас развернулся на носках и, расплывшись в улыбке шарпея, вернулся на свое место.
— Продолжай, Дениска, — сказал он, пытаясь вернуть своему лицу серьезность.
— Все, я не буду рассказывать, пусть этот шутник продолжает, — замахал руками Дэн, уткнувшись взглядом в свой портфель.
Запротестовав и отчаянно отнекиваясь, Стас все же начал свой рассказ, намеренно посветив своей «чудо — кепкой» нам в глаза.
Он рассказывал о каких-то склепах, но так долго и нудно, что я начал было зевать как тут, до моего слуха донесся еле слышимый посторонний звук. Я долго вслушивался в него, через томный, нарочито загробный голос Стаса.
— Тихо, — прошептал я, — закройте рты.
Ребята вопросительно уставились на меня, будто я сделал что-то необычное и нелепое.
— Чего?
— Подал голос и тут же умолк Игорь.
Тишина, напряженная тишина, нарушаемая лишь какими-то неопределенными, но приближающимися шорохами.
— Крыса, — сказал Дэн.
— Толстая крыса, как дома у Санька.
— Если бы моя Лариска издавала подобные звуки, я бы вышвырнул ее за тонкий розовый хвост, — шепотом отозвался я.
А тем временем, звуки становились все громче. Игорь посветил на пыльный пол и неуверенно прошептал:
— Может, посмотрим, что там творится?
— Может, лучше свалим? — эхом отозвался Дэн.
Стас потер руки о джинсы и махнув рукой, двинулся к выходу. Там он остановился и вопросительно посмотрел на нас.
Игорь зло зыркнул в сторону товарища и, схватив меня за рукав, потянул навстречу таинственным шорохам. Ноги меня не несли, разум подернулся морозной дымкой, по спине прошел холодок. Но мы шли, к повороту, медленно, но верно, а неизвестное нам существо также неумолимо двигалось навстречу. Вдруг, Игорь схватил меня за карман и жестом показал быть тише. Мы застыли, вслушиваясь. Стас и Дэн стояли у выхода, не отводя от нас тяжелого тревожного взгляда. Не знаю, сколько секунд или минут мы простояли там, но теперь я, наконец, распознал природу этих самых шорохов — это были шаги. Да, ошибки быть не могло.
Дверь в подвал не была чем-то угрожающим, нет, просто подвал, который я видел и не раз, до этого. Стас осторожно поднял дверцу, чтобы не услыхали соседи с первого и мы смело спустились вниз.
Разложили клеенку, скинули на нее портфели и стали увлеченно в них рыться, выкладывая наш «провиант». Мы дружно рассмеялись, глядя, как Стас достает из недр своего ранца кусочки пирога, чищеную морковку, сыр, хлеб и масло. Я открыл термос, налил чая и мы, принялись точить, напрочь позабыв о главной цели нашего спуска — напугать друг друга выдуманными наспех историями. Поужинав, мы развалились на нашем «покрывале». Дэн и Игорь закурили. Сизый дым разлился по подвальному помещению, окутывая нас с ног до головы.
— Мама опять подумает, что я курил, — помнится, недовольно бросил я, обнюхивая куртку.
Стас, в свойственной ему манере, плюнул на добрых пять метров, махнув на меня рукой.
— Не ссы, никто не будет тебя обнюхивать.
Дэн потер руки и, воровато озираясь, понес свою «лабуду» о каких-то непроходимых чащах да скелете медведя, который, почему-то, упал с елки на героя его повествования. Тут, снова сплюнув через передние зубы, Стас подскочил, дал Дэну подзатыльник и, покрутив головой, выхватил из темноты лежавший в сторонке лист металла. На все наши«Сядь, угомонись! Соседи услышат!» Стас лишь зашикал и, схватив лист, запустил его в стену. Лист металла отскочил от стены с чудовищным звоном, который, казалось, разбудил все пять этажей и бумерангом залетел за угол. Стас развернулся на носках и, расплывшись в улыбке шарпея, вернулся на свое место.
— Продолжай, Дениска, — сказал он, пытаясь вернуть своему лицу серьезность.
— Все, я не буду рассказывать, пусть этот шутник продолжает, — замахал руками Дэн, уткнувшись взглядом в свой портфель.
Запротестовав и отчаянно отнекиваясь, Стас все же начал свой рассказ, намеренно посветив своей «чудо — кепкой» нам в глаза.
Он рассказывал о каких-то склепах, но так долго и нудно, что я начал было зевать как тут, до моего слуха донесся еле слышимый посторонний звук. Я долго вслушивался в него, через томный, нарочито загробный голос Стаса.
— Тихо, — прошептал я, — закройте рты.
Ребята вопросительно уставились на меня, будто я сделал что-то необычное и нелепое.
— Чего?
— Подал голос и тут же умолк Игорь.
Тишина, напряженная тишина, нарушаемая лишь какими-то неопределенными, но приближающимися шорохами.
— Крыса, — сказал Дэн.
— Толстая крыса, как дома у Санька.
— Если бы моя Лариска издавала подобные звуки, я бы вышвырнул ее за тонкий розовый хвост, — шепотом отозвался я.
А тем временем, звуки становились все громче. Игорь посветил на пыльный пол и неуверенно прошептал:
— Может, посмотрим, что там творится?
— Может, лучше свалим? — эхом отозвался Дэн.
Стас потер руки о джинсы и махнув рукой, двинулся к выходу. Там он остановился и вопросительно посмотрел на нас.
Игорь зло зыркнул в сторону товарища и, схватив меня за рукав, потянул навстречу таинственным шорохам. Ноги меня не несли, разум подернулся морозной дымкой, по спине прошел холодок. Но мы шли, к повороту, медленно, но верно, а неизвестное нам существо также неумолимо двигалось навстречу. Вдруг, Игорь схватил меня за карман и жестом показал быть тише. Мы застыли, вслушиваясь. Стас и Дэн стояли у выхода, не отводя от нас тяжелого тревожного взгляда. Не знаю, сколько секунд или минут мы простояли там, но теперь я, наконец, распознал природу этих самых шорохов — это были шаги. Да, ошибки быть не могло.
Страница 1 из 2
