Около трёх лет назад. Место разговора: психологическая клиника. Кабинет главврача.
Добавить в моё избранное
6 мин, 0 сек 12988
— Тебе еще не надоели игры со своим воображаемым другом?
— Не знаю. Я уже привык к глюкам.
— Вот как!
— Я не говорю, что мне это нравится. Но ведь все могло быть гораздо хуже. По крайней мере, я держу своих демонов в узде. Я знаю, с чем имею дело. Не всем так везет.
— Ты умудряешься во всем найти положительные стороны. Но знай, Эрик, рано или поздно твои внутренние демоны вырвутся на волю. И ты ничего не сможешь с этим поделать.
— И долго ты ещё собрался вот так, сидеть неподвижно, смотреть в окно, за, которым в течение трёх часов ничего так и не произошло? — сказал пустым, совершено без эмоциональным голосом парень, сидящий в углу у окна. При желание, можно было протянуть руку вниз и дотронуться до волос, которые казались на вид, жестокими как солома. Но на ощупь были совсем другими, мягкими. Светлеет. Одинокий лучик солнца прошел сквозь решетку и остановился на тёмноволосой макушки. Данный субъект, опустил голову вниз, спрятав этим от настойчивого солнца своё слишком бледное лицо. Посидев в тишине ещё пару минут, тот, кому задавался этот вопрос отвернулся от окна и посмотрел своими большими серыми глазами на темноволосого.
— Ты ошибаешься, за это время много чего успело произойти. И ты мог бы это заметить, если бы не тратил время на никому не нужную старую привычку. Можно сказать, что ты потратил своё драгоценное время впустую. сказано было тихо и с грустью в голосе.
— Впустую? И тем же мне, по-твоему нужно было заняться? Нет, у меня конечно есть предложения но боюсь они тебе совсем не понравятся. — сказано с насмешкой и с кривой улыбкой на лице.
Опять тишина. Она угнетает и затягивает в себя. Тихий стук шагов раздаётся совсем рядом. Можно повернуть голову чуть левее и наверняка тогда можно было бы увидеть того, кому принадлежали эти тихие аккуратные до неприличия шаги. Вот только есть одна маленькая проблемка. На самом деле эти шаги не кем не создаются, а значит и его обладателя тоже нет. Это всего лишь обычные галлюцинации после пережитого шока. Я это знаю, потому что такое происходит не в первый раз. Я знаю, что это иллюзия и прекрасно это осознаю. И даже если бы я это не осознавал, я бы понял правду. В такое время все ещё спят. А тем, кому не спиться, как и мне, сидят у себя в палатах и тихонько поскуливают о чёрных тенях на стенах. Которые никак не хотят уходить даже после того, как наступило утро. Не все тени уходят. Наши страхи всегда будут снами. Всегда и везде. Убежать от них не выйдет. Они всегда будут с нами наравне. Остаётся только их побороть. Вот только не у всех это получается. Мне повезло, я не один, хотя это и временное явление. Скоро он тоже исчезнет.
— Нет.
Отрываюсь от своих мыслей и с непониманием на него смотрю.
— Что, нет?
— Я не уйду. Если конечно ты сам не захочешь, чтобы я ушёл.
Э… он, что опять копался у меня в голове! Ах, ты!
— Мы же с тобой уже говорили на эту тему. Не. Смей. Лазать. У. Меня. В. Голове! — срываюсь на крик.
Он меня никогда не слушает всегда делает только то, что хочет сам. Эгоист. Думающий только о себе. Так было всегда. И всегда будет. Я это понял ещё восемь лет назад. Когда первый раз с ним познакомился. Тогда он сам всё решил за нас обоих. И до сих пор поступает так же. Ведь и здесь, я нахожусь по его вине. Если бы не тот пожар. Всё могло быть по-другому.
Радует, что это не надолго, как только я отойду от шока то, перестану видеть эту наглую морду. по-другому не назвать. Осталось только немного потерпеть. Он прав. Только я могу решать оставаться ли ему в моей законной палате или покинуть её. Смотрю прямо в его тёмно-зелёные глаза. На такой слишком бледной коже они смотреться очень даже красиво. Он отвечает мне тем же. Наша игра в гляделки продолжалась даже тогда, когда он поднялся с пола и протянул свою руку к моим волосам, которые находились в полном беспорядке. Некоторые пряди были испачканы моей же кровью. Лицо не выражала не каких эмоции. Не когда нельзя было понять, о чём он думает. В такие моменты меня это очень сильно расстраивало. Пройдя рукой по моим испачканным прядям, он с осторожностью дотронулся до моего виска. А потом медленно спустился к щеке. Он не спеша наклонился к моему лицу и я уже чувствовал его дыхание на своей коже. Так же как и мурашке, которые в миг прошлись по всему тело. А щёки стали горячими. От необдуманного поступка меня спас тихий стук в дверь. Собрав последние силы, я быстро обошел его стороной и потопал к двери. Из немного при открытой створки двери можно было увидеть светлую макушку. Которая подняла на меня свои голубые глаза. В них был страх вперемешку с надеждой.
— Цветик, почему ты не в своей кровати? — как можно мягче попытался я произнести эти слова.
Цветик, а точнее Кира, девочка лет десяти была отдана сюда год назад своим воспитателем из детдома. Мне её очень жаль, но я мало, чем могу ей помочь. Серое платье на ней весело мешком.
— Не знаю. Я уже привык к глюкам.
— Вот как!
— Я не говорю, что мне это нравится. Но ведь все могло быть гораздо хуже. По крайней мере, я держу своих демонов в узде. Я знаю, с чем имею дело. Не всем так везет.
— Ты умудряешься во всем найти положительные стороны. Но знай, Эрик, рано или поздно твои внутренние демоны вырвутся на волю. И ты ничего не сможешь с этим поделать.
— И долго ты ещё собрался вот так, сидеть неподвижно, смотреть в окно, за, которым в течение трёх часов ничего так и не произошло? — сказал пустым, совершено без эмоциональным голосом парень, сидящий в углу у окна. При желание, можно было протянуть руку вниз и дотронуться до волос, которые казались на вид, жестокими как солома. Но на ощупь были совсем другими, мягкими. Светлеет. Одинокий лучик солнца прошел сквозь решетку и остановился на тёмноволосой макушки. Данный субъект, опустил голову вниз, спрятав этим от настойчивого солнца своё слишком бледное лицо. Посидев в тишине ещё пару минут, тот, кому задавался этот вопрос отвернулся от окна и посмотрел своими большими серыми глазами на темноволосого.
— Ты ошибаешься, за это время много чего успело произойти. И ты мог бы это заметить, если бы не тратил время на никому не нужную старую привычку. Можно сказать, что ты потратил своё драгоценное время впустую. сказано было тихо и с грустью в голосе.
— Впустую? И тем же мне, по-твоему нужно было заняться? Нет, у меня конечно есть предложения но боюсь они тебе совсем не понравятся. — сказано с насмешкой и с кривой улыбкой на лице.
Опять тишина. Она угнетает и затягивает в себя. Тихий стук шагов раздаётся совсем рядом. Можно повернуть голову чуть левее и наверняка тогда можно было бы увидеть того, кому принадлежали эти тихие аккуратные до неприличия шаги. Вот только есть одна маленькая проблемка. На самом деле эти шаги не кем не создаются, а значит и его обладателя тоже нет. Это всего лишь обычные галлюцинации после пережитого шока. Я это знаю, потому что такое происходит не в первый раз. Я знаю, что это иллюзия и прекрасно это осознаю. И даже если бы я это не осознавал, я бы понял правду. В такое время все ещё спят. А тем, кому не спиться, как и мне, сидят у себя в палатах и тихонько поскуливают о чёрных тенях на стенах. Которые никак не хотят уходить даже после того, как наступило утро. Не все тени уходят. Наши страхи всегда будут снами. Всегда и везде. Убежать от них не выйдет. Они всегда будут с нами наравне. Остаётся только их побороть. Вот только не у всех это получается. Мне повезло, я не один, хотя это и временное явление. Скоро он тоже исчезнет.
— Нет.
Отрываюсь от своих мыслей и с непониманием на него смотрю.
— Что, нет?
— Я не уйду. Если конечно ты сам не захочешь, чтобы я ушёл.
Э… он, что опять копался у меня в голове! Ах, ты!
— Мы же с тобой уже говорили на эту тему. Не. Смей. Лазать. У. Меня. В. Голове! — срываюсь на крик.
Он меня никогда не слушает всегда делает только то, что хочет сам. Эгоист. Думающий только о себе. Так было всегда. И всегда будет. Я это понял ещё восемь лет назад. Когда первый раз с ним познакомился. Тогда он сам всё решил за нас обоих. И до сих пор поступает так же. Ведь и здесь, я нахожусь по его вине. Если бы не тот пожар. Всё могло быть по-другому.
Радует, что это не надолго, как только я отойду от шока то, перестану видеть эту наглую морду. по-другому не назвать. Осталось только немного потерпеть. Он прав. Только я могу решать оставаться ли ему в моей законной палате или покинуть её. Смотрю прямо в его тёмно-зелёные глаза. На такой слишком бледной коже они смотреться очень даже красиво. Он отвечает мне тем же. Наша игра в гляделки продолжалась даже тогда, когда он поднялся с пола и протянул свою руку к моим волосам, которые находились в полном беспорядке. Некоторые пряди были испачканы моей же кровью. Лицо не выражала не каких эмоции. Не когда нельзя было понять, о чём он думает. В такие моменты меня это очень сильно расстраивало. Пройдя рукой по моим испачканным прядям, он с осторожностью дотронулся до моего виска. А потом медленно спустился к щеке. Он не спеша наклонился к моему лицу и я уже чувствовал его дыхание на своей коже. Так же как и мурашке, которые в миг прошлись по всему тело. А щёки стали горячими. От необдуманного поступка меня спас тихий стук в дверь. Собрав последние силы, я быстро обошел его стороной и потопал к двери. Из немного при открытой створки двери можно было увидеть светлую макушку. Которая подняла на меня свои голубые глаза. В них был страх вперемешку с надеждой.
— Цветик, почему ты не в своей кровати? — как можно мягче попытался я произнести эти слова.
Цветик, а точнее Кира, девочка лет десяти была отдана сюда год назад своим воспитателем из детдома. Мне её очень жаль, но я мало, чем могу ей помочь. Серое платье на ней весело мешком.
Страница 1 из 2
