Так сложилась жизнь, что моя активная и энергичная мама в 57 лет стала инвалидом 1 группы из-за инсульта. Поэтому походы по поликлиникам и лежания по больницам для нас, увы, не редкость. И вот, в одной из больниц, ожидая беседы с врачом, я случайно разговорилась с одной из пациенток отделения неврологии.
Добавить в моё избранное
6 мин, 41 сек 9509
Вечером пришел взволнованный Михаил. Забежав в спальню, он резко остановился:
— Вы кто? Где Соня?
— Миша, ты что? Это же…
Михаил медленно подошёл к кровати и с ужасом и недоверием на лице стал её разглядывать. Это заставило Соню, несмотря на боль и тяжесть, подняться и подойти к зеркалу. Когда она себя увидела, то потеряла сознание.
— Я сразу себя даже не узнала. Из зеркала на меня смотрела морщинистая старуха с жёлтой кожей и обвисшими веками… Не мудрено, что Миша меня не узнал, — рассказывала мне Софья.
Пока Михаил звонил врачу, Соня вспомнила череду смертей в поселке с такими же симптомами, вспомнила и слухи о мёртвой воде. И страшно испугалась, припомнив, что в последний раз ела и пила вместе с Натальей 2 дня назад, причем чай ей наливала «лучшая подружка».
Соня сказала Михаилу, что врач ей уже не поможет, и попросила отвезти к цыганке. Тот отнёсся с недоверием, взял обещание, что после цыганки Соня немедленно ляжет в больницу, но просьбу исполнил.
Когда цыганка её увидела, то сразу закричала что-то на своем языке, попутно выгоняя всех из своего жилища — небольшого шатра, где она проводила сеансы магии и гадания. Остальное Соня помнила как в тумане. Цыганка уложила её на лежанку, схватила ковш, плеснула в него воды и что-то быстро над ним заговорила. Вначале она бормотала тихо, потом стала кричать все громче и громче и, в конце концов, просто взвыла. Соне показалось, что над ковшиком начал подниматься пар и вода в нем забурлила, как при кипении. Внезапно цыганка замолчала и, подойдя к Софье, сунула ей ковш под нос и потребовала выпить всё до капли. Глядя в её глаза, словно под гипнозом, Соня выпила всю воду, которая была вполне обычной, холодной, свежей, и сразу заплакала. Ей казалось, будто по её щекам катятся густые, как смола, слёзы, она вытирала их руками и видела обычную воду. Цыганка же сказала, что Софья вовремя к ней приехала, иначе лишилась бы жизни.
Пока Соня приходила в себя, цыганка рассказала, что дар воды передаётся у них по наследству. Вода вообще очень восприимчива к человеческим эмоциям. Так вот в её роду передаётся искусство проклинать и благословлять воду, из-за этого она и приобретает те или иные чудесные качества. Судя по всему, Софью кто-то напоил мёртвой водой, которую цыганка наговорила против сорняков. Хоть смерть и отступила, с внешностью и здоровьем Сони, по словам цыганки, уже ничего нельзя было сделать.
Софья знала, кто это сделал, и понятное дело, захотела отомстить. А цыганка сказала, что в этом нет нужды — того, кто хоть раз использовал её воду не по назначению, и так ждет скорая смерть.
— Надо быть полным идиотом, чтобы сделать такое с человеком, ведь за всё приходится платить.
Наталья и еще несколько человек из поселка (жена алкаша, мать фермера и местный скотник — тот самый, у которого увели жену) вскоре погибли при взрыве газового баллона на пристани. Их останки потом долго вылавливали из реки, так как при взрыве пристань развалилась и ухнула в воду. Пострадавших было гораздо больше, но все, кроме этих, выжили. Табор ушел из поселка как раз в день этого трагического события. Цыгане свернули свои лавочки и шатры и отбыли в неизвестном направлении.
Вскоре после этого Соня и Михаил расстались. Он уехал на заработки на север и больше не вернулся. Софья уж не могла следить за частным домом, и брат купил ей квартиру в городе. Так и живёт с тех пор, периодически попадая в больницу.
Напоследок она мне сказала:
— Ты меня не жалей, я уже это всё пережила и выгляжу гораздо лучше, чем три года назад, когда это всё произошло. А знаешь почему? Я с тех пор над каждой каплей воды наговариваю, что я молодая, здоровая и красивая. И очень верю, что поможет.
Такие вот дела. Мы с Соней виделись ещё два раза, потом врач сказал, что её выписали из больницы и она уехала домой.
— Вы кто? Где Соня?
— Миша, ты что? Это же…
Михаил медленно подошёл к кровати и с ужасом и недоверием на лице стал её разглядывать. Это заставило Соню, несмотря на боль и тяжесть, подняться и подойти к зеркалу. Когда она себя увидела, то потеряла сознание.
— Я сразу себя даже не узнала. Из зеркала на меня смотрела морщинистая старуха с жёлтой кожей и обвисшими веками… Не мудрено, что Миша меня не узнал, — рассказывала мне Софья.
Пока Михаил звонил врачу, Соня вспомнила череду смертей в поселке с такими же симптомами, вспомнила и слухи о мёртвой воде. И страшно испугалась, припомнив, что в последний раз ела и пила вместе с Натальей 2 дня назад, причем чай ей наливала «лучшая подружка».
Соня сказала Михаилу, что врач ей уже не поможет, и попросила отвезти к цыганке. Тот отнёсся с недоверием, взял обещание, что после цыганки Соня немедленно ляжет в больницу, но просьбу исполнил.
Когда цыганка её увидела, то сразу закричала что-то на своем языке, попутно выгоняя всех из своего жилища — небольшого шатра, где она проводила сеансы магии и гадания. Остальное Соня помнила как в тумане. Цыганка уложила её на лежанку, схватила ковш, плеснула в него воды и что-то быстро над ним заговорила. Вначале она бормотала тихо, потом стала кричать все громче и громче и, в конце концов, просто взвыла. Соне показалось, что над ковшиком начал подниматься пар и вода в нем забурлила, как при кипении. Внезапно цыганка замолчала и, подойдя к Софье, сунула ей ковш под нос и потребовала выпить всё до капли. Глядя в её глаза, словно под гипнозом, Соня выпила всю воду, которая была вполне обычной, холодной, свежей, и сразу заплакала. Ей казалось, будто по её щекам катятся густые, как смола, слёзы, она вытирала их руками и видела обычную воду. Цыганка же сказала, что Софья вовремя к ней приехала, иначе лишилась бы жизни.
Пока Соня приходила в себя, цыганка рассказала, что дар воды передаётся у них по наследству. Вода вообще очень восприимчива к человеческим эмоциям. Так вот в её роду передаётся искусство проклинать и благословлять воду, из-за этого она и приобретает те или иные чудесные качества. Судя по всему, Софью кто-то напоил мёртвой водой, которую цыганка наговорила против сорняков. Хоть смерть и отступила, с внешностью и здоровьем Сони, по словам цыганки, уже ничего нельзя было сделать.
Софья знала, кто это сделал, и понятное дело, захотела отомстить. А цыганка сказала, что в этом нет нужды — того, кто хоть раз использовал её воду не по назначению, и так ждет скорая смерть.
— Надо быть полным идиотом, чтобы сделать такое с человеком, ведь за всё приходится платить.
Наталья и еще несколько человек из поселка (жена алкаша, мать фермера и местный скотник — тот самый, у которого увели жену) вскоре погибли при взрыве газового баллона на пристани. Их останки потом долго вылавливали из реки, так как при взрыве пристань развалилась и ухнула в воду. Пострадавших было гораздо больше, но все, кроме этих, выжили. Табор ушел из поселка как раз в день этого трагического события. Цыгане свернули свои лавочки и шатры и отбыли в неизвестном направлении.
Вскоре после этого Соня и Михаил расстались. Он уехал на заработки на север и больше не вернулся. Софья уж не могла следить за частным домом, и брат купил ей квартиру в городе. Так и живёт с тех пор, периодически попадая в больницу.
Напоследок она мне сказала:
— Ты меня не жалей, я уже это всё пережила и выгляжу гораздо лучше, чем три года назад, когда это всё произошло. А знаешь почему? Я с тех пор над каждой каплей воды наговариваю, что я молодая, здоровая и красивая. И очень верю, что поможет.
Такие вот дела. Мы с Соней виделись ещё два раза, потом врач сказал, что её выписали из больницы и она уехала домой.
Страница 2 из 2
