Эта история случилась несколько лет назад. Мой лучший друг Алексей тогда занимался альпинизмом и спелеологией, поэтому мы с ним частенько выбирались в горы или пещеры. Во время одного из таких походов и произошли события, о которых я хочу вам рассказать.
Добавить в моё избранное
8 мин, 56 сек 10495
Из-за тесноты прохода я ничего не разобрал и, включив фонарь, крикнул:
— Чё?
Буквально через секунду из-за поворота появились его ноги. Они как-то судорожно дергались, при этом он постоянно говорил. Но ввиду хреновой акустики я слышал только:
— Бу-бу, м-му, ба-да-ма!
— Эй, ты чего там вытворяешь?
Он настолько быстро, насколько это было возможно на брюхе задом наперед, приближался к выходу. Когда я смог до него дотянуться, то попытался вытащить его за ногу, за что незамедлительно получил пяткой в нос.
— Ты чё, сдурел, что ли… — начал я и вдруг осекся, увидев его дурные глаза и белое лицо.
— Блядь! Там что-то есть! — заорал он, отползая подальше от дырки.
— Чё там? Ты что-то видел?
— Ну его нахер, пошли отсюда! — с этими словами он выхватил у меня фонарь и ломанулся к лагерю. Я, зная о бывалости друга, тоже неистово очканул и кинулся следом. Перспектива удирать в темноте от неведомой херни меня так напугала, что я даже не сразу вспомнил, что у меня есть свой фонарь.
На наши вопли уже спешили Олег с Михой. Я думаю, что нас было слышно даже снаружи. Сейчас это кажется смешным, но тогда нам было не до смеха.
— Что случилось? Чего орете, как ненормальные?
— Блин, пацаны, я чё-то пересрал сейчас…
Немного успокоившись, он рассказал нам, как все было:
— Прополз я метров десять — слышу, впереди шебуршится кто-то, ну, думаю, наверное, вторая группа, которую Олег слышал. Я крикнул, мол, есть кто впереди? Тишина. Ну, я думаю, может, показалось, эхо же дурацкое в этих узких норах. Не успел подумать, как впереди зашипело и звук, как будто камни друг о друга трутся. Я назад со страху как ломанулся, все руки изодрал и фонарь посеял!
Олег поднялся:
— Пошли, посмотрим. Ветер, наверное, гудел, а ты чуть не обкакался.
Напряжение улетучилось, и мы пошли доставать Лёхин фонарь.
— Да, кстати, были мы в «третьем» нет тут никакой группы, — вставил Мишка.
Надо сказать, оптимизма это не добавило.
Когда мы подошли к злополучному лазу, никто особо не горел желанием туда лезть. Поэтому, как самый «закаленный» вызвался Олег. Но, добравшись до поворота направо он надолго остановился. А потом медленно вылез обратно.
— Это точно тот лаз?
— Да, конечно, — одновременно подтвердили мы.
— А что? Фонарь видел?
— Да какой, в жопу, фонарь, там за поворотом сразу тупик! Вы что-то перепутали.
— В каком смысле тупик? Я же туда лазил двадцать минут назад. Вон, Саня видел, — Лёха снова побледнел.
— Да, точно эта дыра, вот на этом камне я сидел, вот даже следы мои! — показал я.
Олег пожал плечами:
— Не знаю, Лёха, хочешь — сам проверь, тупик там.
Через пару минут мой друг, весь потный и пыхтящий, вылез из прохода:
— Блин, в натуре тупик, пацаны. Валить отсюда надо, херня какая-то творится…
Молчавший все это время Мишка обреченно заметил:
— Куда валить-то среди ночи? До ближайшего населенного пункта километров двадцать. Да и гроза снаружи, заблудимся, промокнем. Никто нас даже не найдет.
С такими невеселыми мыслями мы добрались до нашей стоянки.
— Оп-па! Миха, ты трогал мой рюкзак?
— Нет, Олег, я только фонарь взял. А что такое?
— Я его на камне оставлял. Не мог же он сам на три метра уползти.
Мы стояли, открыв рот.
Глубину момента нарушил громкий плеск волны подземного озера. Озера, где нет ветра и не бывает волн… Тут же я явственно почувствовал на себе чужой взгляд, а по позвоночнику пробежал озноб.
Мы стали шарить по поверхности лучами фонарей, но ничего не увидели. А еще через секунду то ли с противоположной стороны, то ли из глубины вод донесся низкочастотный гул, от которого у меня заныли зубы.
Не сговариваясь, похватав рюкзаки, мы бросились к выходу из пещеры.
— Эй, вы слышите? — задыхаясь, вдруг крикнул Миха.
Среди шума осыпающихся камней и нашего тяжелого дыхания мы все услышали приближающиеся со всех сторон шепотки, какое-то шипение и звук, похожий на трущиеся друг о друга огромные камни.
— Мля-я-я! Что за нах! — завопил я от ужаса. Мои товарищи тотчас же взвыли, и вперемешку с матами мы устроили такую какофонию, что я до сих пор удивляюсь, как на нас не обрушился свод пещеры. Но в тот момент я был готов на все, лишь бы не слышать этот адский шёпот.
Не помню, как мы добежали до подъёма на поверхность. Помню только, что веревку в темноте мы нашли не сразу, и ужас, когда я осознал, что выбираться придется по одному.
— Твою мать! — застонал Олег, прислонившись к стене.
— Я, кажется, колено разбил.
— Держись, братан, мы тебя вытащим, — бросил Мишка, цепляя к веревке снаряжение.
— Лёшка, давай ты следом, Саня, подстрахуй Олега.
— Чё?
Буквально через секунду из-за поворота появились его ноги. Они как-то судорожно дергались, при этом он постоянно говорил. Но ввиду хреновой акустики я слышал только:
— Бу-бу, м-му, ба-да-ма!
— Эй, ты чего там вытворяешь?
Он настолько быстро, насколько это было возможно на брюхе задом наперед, приближался к выходу. Когда я смог до него дотянуться, то попытался вытащить его за ногу, за что незамедлительно получил пяткой в нос.
— Ты чё, сдурел, что ли… — начал я и вдруг осекся, увидев его дурные глаза и белое лицо.
— Блядь! Там что-то есть! — заорал он, отползая подальше от дырки.
— Чё там? Ты что-то видел?
— Ну его нахер, пошли отсюда! — с этими словами он выхватил у меня фонарь и ломанулся к лагерю. Я, зная о бывалости друга, тоже неистово очканул и кинулся следом. Перспектива удирать в темноте от неведомой херни меня так напугала, что я даже не сразу вспомнил, что у меня есть свой фонарь.
На наши вопли уже спешили Олег с Михой. Я думаю, что нас было слышно даже снаружи. Сейчас это кажется смешным, но тогда нам было не до смеха.
— Что случилось? Чего орете, как ненормальные?
— Блин, пацаны, я чё-то пересрал сейчас…
Немного успокоившись, он рассказал нам, как все было:
— Прополз я метров десять — слышу, впереди шебуршится кто-то, ну, думаю, наверное, вторая группа, которую Олег слышал. Я крикнул, мол, есть кто впереди? Тишина. Ну, я думаю, может, показалось, эхо же дурацкое в этих узких норах. Не успел подумать, как впереди зашипело и звук, как будто камни друг о друга трутся. Я назад со страху как ломанулся, все руки изодрал и фонарь посеял!
Олег поднялся:
— Пошли, посмотрим. Ветер, наверное, гудел, а ты чуть не обкакался.
Напряжение улетучилось, и мы пошли доставать Лёхин фонарь.
— Да, кстати, были мы в «третьем» нет тут никакой группы, — вставил Мишка.
Надо сказать, оптимизма это не добавило.
Когда мы подошли к злополучному лазу, никто особо не горел желанием туда лезть. Поэтому, как самый «закаленный» вызвался Олег. Но, добравшись до поворота направо он надолго остановился. А потом медленно вылез обратно.
— Это точно тот лаз?
— Да, конечно, — одновременно подтвердили мы.
— А что? Фонарь видел?
— Да какой, в жопу, фонарь, там за поворотом сразу тупик! Вы что-то перепутали.
— В каком смысле тупик? Я же туда лазил двадцать минут назад. Вон, Саня видел, — Лёха снова побледнел.
— Да, точно эта дыра, вот на этом камне я сидел, вот даже следы мои! — показал я.
Олег пожал плечами:
— Не знаю, Лёха, хочешь — сам проверь, тупик там.
Через пару минут мой друг, весь потный и пыхтящий, вылез из прохода:
— Блин, в натуре тупик, пацаны. Валить отсюда надо, херня какая-то творится…
Молчавший все это время Мишка обреченно заметил:
— Куда валить-то среди ночи? До ближайшего населенного пункта километров двадцать. Да и гроза снаружи, заблудимся, промокнем. Никто нас даже не найдет.
С такими невеселыми мыслями мы добрались до нашей стоянки.
— Оп-па! Миха, ты трогал мой рюкзак?
— Нет, Олег, я только фонарь взял. А что такое?
— Я его на камне оставлял. Не мог же он сам на три метра уползти.
Мы стояли, открыв рот.
Глубину момента нарушил громкий плеск волны подземного озера. Озера, где нет ветра и не бывает волн… Тут же я явственно почувствовал на себе чужой взгляд, а по позвоночнику пробежал озноб.
Мы стали шарить по поверхности лучами фонарей, но ничего не увидели. А еще через секунду то ли с противоположной стороны, то ли из глубины вод донесся низкочастотный гул, от которого у меня заныли зубы.
Не сговариваясь, похватав рюкзаки, мы бросились к выходу из пещеры.
— Эй, вы слышите? — задыхаясь, вдруг крикнул Миха.
Среди шума осыпающихся камней и нашего тяжелого дыхания мы все услышали приближающиеся со всех сторон шепотки, какое-то шипение и звук, похожий на трущиеся друг о друга огромные камни.
— Мля-я-я! Что за нах! — завопил я от ужаса. Мои товарищи тотчас же взвыли, и вперемешку с матами мы устроили такую какофонию, что я до сих пор удивляюсь, как на нас не обрушился свод пещеры. Но в тот момент я был готов на все, лишь бы не слышать этот адский шёпот.
Не помню, как мы добежали до подъёма на поверхность. Помню только, что веревку в темноте мы нашли не сразу, и ужас, когда я осознал, что выбираться придется по одному.
— Твою мать! — застонал Олег, прислонившись к стене.
— Я, кажется, колено разбил.
— Держись, братан, мы тебя вытащим, — бросил Мишка, цепляя к веревке снаряжение.
— Лёшка, давай ты следом, Саня, подстрахуй Олега.
Страница 2 из 3
