Четыре объединенных одной темой рассказа по типу дневника и комментариев к нему о том кто такие вампиры, как их воспринимают люди, и могут ли они сосуществовать вместе: у каждого «автора» записок своя версия.
Добавить в моё избранное
13 мин, 10 сек 7291
Жизнь коротка и оттого так бесценна! Поэтому мы не забираем чужие жизни. Все это не более чем «байки из склепа». И мы не считаем себя расой, стоящей выше людей, как, например, эти высокомерные эльфы. Мы– люди, своего рода– меньшинства. Мы живем по людским законам, но они пока, только ПОКА, не учитывают нашу специфику и… наши права. Просто мы не политики по натуре, хотя… какое поле для деятельности! Но быть на виду для нас чревато. Так что к политическому террору мы не причастны. Нам проще собрать стадионы!
И еще… метисов среди нас нет. Мы несовместимы генетически в плане потомства ни с кем другим. Такая вот генетическая аномалия, мелкая неприятность среди множества бесспорных достоинств.
Грубо говоря, спать можно с кем угодно, а вот детей завести только от себе подобных. Но ведь сердцу не прикажешь, не так ли? И тогда приходится делать сложный выбор: жить с любимым человеком и десятком кошек или жить с нелюбимым, но качать на коленях свое дитя. Двоеженцев у нас тоже не любят! По сему, и здесь закон один для всех. Однако раньше большинство из нас умирало раньше срока, то бишь молодыми, а теперь, благодаря гуманизму и борьбе с геноцидом, мы имеем возможность прожить две жизни: одну в свое удовольствие, другую строго по правилам. Так что теперь выбор не так тяжел!
Чем нам интересны обычные люди? Своей непосредственностью, простотой взгляда на жизнь, своей любознательностью и гениальностью. Ведь для нас они обычные не потому, что они– посредственные, а потому что мы– не такие как они, то есть необычные, в чем-то похожие, в чем-то нет. Как правило, генетические патологии не столь удачны. Да плюс века оттачивания своих талантов.
А теперь главный вопрос: на чьей мы стороне? Добра или Зла? Да как все люди! Каждый выбирает по — себе. Кто-то малюет картины и пишет мрачные вирши, а кто-то еще в Средневековье изобретает аналоги пулеметов, подводных лодок и т. д. и т. п. Хорошо еще, что обычные люди иногда так кстати консервативны! Просто выше всех похвал… Вот так мы и дополняем друг друга. Но все еще прячем свою сущность в тени обычных человеческих качеств. Или уже не таких и обычных? Они, несомненно, влияют на нас, но и мы, похоже, тоже влияем на них… Наверное, не за горами то время, когда мы сможем выйти из глубокого подполья, из мрака на свет, и открыто сказать: «Мы– вампиры. И это звучит гордо!».
Жаль только, что я вряд ли доживу до этой прекрасной поры. Однако надеюсь, что тогда мою книгу перенесут в библиотеке из раздела «фэнтэзи» в раздел«классика» (да, забыл отметить, что от скромности мы не умираем, по– крайней мере я– точно!).
Вот, пожалуй, и все, что я хотел сказать тебе, дорогой читатель! И поверь вампиру на слово: это еще не конец!
Часть 2.
Вначале я не хотел ничего писать: идея друга наваять роман о себе, любимом упыре, и срубить на этом бабок, сразу показалась мне дикой. Но молчать после прочтения того, что нацарапал этот креативный ваятель, и вовсе нет сил…
Создал, называется интригу! Сам черт не разберет! Открыл людям правду… Какую такую правду? Да, что такого он вообще сказал? Что он вампир, что ему 30 лет, что он не бессмертен и способен на чувства (скромность и стыд– не в счет). Надо же, как много! И вам сразу все стало понятно. До этого бродили во тьме суеверий как слепые котята, а тут сразу прозрели.
А кто мы и откуда– так и осталось за кадром. Но он прав: мы люди, но на определенном витке эволюции в нашем организме что-то произошло, некая патология, благодаря которой мы выжили, когда другие вымерли вслед за динозаврами. Мы уступили местоХомо Сапиенс. А как же иначе, если мы с октября по апрель в спячку впадаем? Вот пока одни спали, другие и расплодились. А чем еще заниматься долгими зимними вечерами? Зато раз полжизни мы спим, то и живем в два раза дольше. Все остальное– чушь собачья!
Люди– нелюди… все это так относительно. В самом обычном человеке столько всего намешано. Есть в нем и что-то от оборотня (просыпающееся лишь в минуту опасности), и от эльфа (стремление к возвышенному), и от гнома (страсть к сокровищам), от орков (грубость), от нас (презрение к смерти).
Современный человек– это совершенное существо, вобравшее в себя все от тех, кто был до него, и потому вытеснившее своих конкурентов за черту значимости. С каждым веком нас все меньше и меньше.
Поначалу в людях еще проявлялась та или иная сущность, как анахронизм, чем дальше, тем реже, пугая обывателей. И не потому, что жгли, а потому что генетика постепенно менялась, что-то сохраняя, что-то отбраковывая, что-то приберегая до поры до времени. Но факт остается фактом: промежуточные звенья и прототипы постепенно становятся легендой.
Наверное, я– пессимист, потому что не верю, что когда-нибудь праправнук скажет: «Я– вампир, и это звучит гордо!». Скорей уж Апокалипсис наступит. Хотя… Это ведь и будет одним из признаков близкого Апокалипсиса. Забавно!
Я не знаю, что нам готовит будущее.
И еще… метисов среди нас нет. Мы несовместимы генетически в плане потомства ни с кем другим. Такая вот генетическая аномалия, мелкая неприятность среди множества бесспорных достоинств.
Грубо говоря, спать можно с кем угодно, а вот детей завести только от себе подобных. Но ведь сердцу не прикажешь, не так ли? И тогда приходится делать сложный выбор: жить с любимым человеком и десятком кошек или жить с нелюбимым, но качать на коленях свое дитя. Двоеженцев у нас тоже не любят! По сему, и здесь закон один для всех. Однако раньше большинство из нас умирало раньше срока, то бишь молодыми, а теперь, благодаря гуманизму и борьбе с геноцидом, мы имеем возможность прожить две жизни: одну в свое удовольствие, другую строго по правилам. Так что теперь выбор не так тяжел!
Чем нам интересны обычные люди? Своей непосредственностью, простотой взгляда на жизнь, своей любознательностью и гениальностью. Ведь для нас они обычные не потому, что они– посредственные, а потому что мы– не такие как они, то есть необычные, в чем-то похожие, в чем-то нет. Как правило, генетические патологии не столь удачны. Да плюс века оттачивания своих талантов.
А теперь главный вопрос: на чьей мы стороне? Добра или Зла? Да как все люди! Каждый выбирает по — себе. Кто-то малюет картины и пишет мрачные вирши, а кто-то еще в Средневековье изобретает аналоги пулеметов, подводных лодок и т. д. и т. п. Хорошо еще, что обычные люди иногда так кстати консервативны! Просто выше всех похвал… Вот так мы и дополняем друг друга. Но все еще прячем свою сущность в тени обычных человеческих качеств. Или уже не таких и обычных? Они, несомненно, влияют на нас, но и мы, похоже, тоже влияем на них… Наверное, не за горами то время, когда мы сможем выйти из глубокого подполья, из мрака на свет, и открыто сказать: «Мы– вампиры. И это звучит гордо!».
Жаль только, что я вряд ли доживу до этой прекрасной поры. Однако надеюсь, что тогда мою книгу перенесут в библиотеке из раздела «фэнтэзи» в раздел«классика» (да, забыл отметить, что от скромности мы не умираем, по– крайней мере я– точно!).
Вот, пожалуй, и все, что я хотел сказать тебе, дорогой читатель! И поверь вампиру на слово: это еще не конец!
Часть 2.
Вначале я не хотел ничего писать: идея друга наваять роман о себе, любимом упыре, и срубить на этом бабок, сразу показалась мне дикой. Но молчать после прочтения того, что нацарапал этот креативный ваятель, и вовсе нет сил…
Создал, называется интригу! Сам черт не разберет! Открыл людям правду… Какую такую правду? Да, что такого он вообще сказал? Что он вампир, что ему 30 лет, что он не бессмертен и способен на чувства (скромность и стыд– не в счет). Надо же, как много! И вам сразу все стало понятно. До этого бродили во тьме суеверий как слепые котята, а тут сразу прозрели.
А кто мы и откуда– так и осталось за кадром. Но он прав: мы люди, но на определенном витке эволюции в нашем организме что-то произошло, некая патология, благодаря которой мы выжили, когда другие вымерли вслед за динозаврами. Мы уступили местоХомо Сапиенс. А как же иначе, если мы с октября по апрель в спячку впадаем? Вот пока одни спали, другие и расплодились. А чем еще заниматься долгими зимними вечерами? Зато раз полжизни мы спим, то и живем в два раза дольше. Все остальное– чушь собачья!
Люди– нелюди… все это так относительно. В самом обычном человеке столько всего намешано. Есть в нем и что-то от оборотня (просыпающееся лишь в минуту опасности), и от эльфа (стремление к возвышенному), и от гнома (страсть к сокровищам), от орков (грубость), от нас (презрение к смерти).
Современный человек– это совершенное существо, вобравшее в себя все от тех, кто был до него, и потому вытеснившее своих конкурентов за черту значимости. С каждым веком нас все меньше и меньше.
Поначалу в людях еще проявлялась та или иная сущность, как анахронизм, чем дальше, тем реже, пугая обывателей. И не потому, что жгли, а потому что генетика постепенно менялась, что-то сохраняя, что-то отбраковывая, что-то приберегая до поры до времени. Но факт остается фактом: промежуточные звенья и прототипы постепенно становятся легендой.
Наверное, я– пессимист, потому что не верю, что когда-нибудь праправнук скажет: «Я– вампир, и это звучит гордо!». Скорей уж Апокалипсис наступит. Хотя… Это ведь и будет одним из признаков близкого Апокалипсиса. Забавно!
Я не знаю, что нам готовит будущее.
Страница 2 из 4
