Несмотря на что, что сейчас в комнате стоит тишина, я могу расслышать шорох листьев за окном. С них по-прежнему продолжает капать вода от совсем недавно прошедшего дождя. Я знаю, они жадно впитывают влагу, несмотря на то, что дождь здесь идет около пяти раз в неделю. Каждый листок и травинка тянутся к его каплям, к воде. Она — их жизнь. О, как бы хотел поменяться местами с этими бессловесными, но такими прекрасными созданиями природы! Однако увы, для меня жизнь заключается в жидкости, что будет малость погуще…
Добавить в моё избранное
102 мин, 30 сек 12081
От боли девушка закричала под крики радости вампиров, находящихся в тени. И вдруг…
Это было удивительным, но Кристиан каким-то образом смог вырваться, с силой оттолкнул Алоиса и остальных и бросился к любимой Он успел в последний момент освободить ее и оттолкнуть в сторону, затем на на него уже полностью упал солнечный свет.
Невозможно описать, какой истошный крик сорвался с губ девушки в то мгновение. Превозмогая боль, она бросилась к Кристиану, который из-за нехватки сил уже не был способен укрыться от света и покрывался все более ужасными ранами и ожогами. Когда Ланере удалось снять его с крыши, он был уже совершенно изувечен.
Сама девушка не слишком пострадала: в тени ее небольшие ранки зажили быстро. Ее пугало только состояние Кристиана.
Обожженный и окровавленный, будучи не в состоянии даже поднять руку, он мог лишь едва слышно шептать: «Ланера… подойди…» Когда девушка немного подняла ему голову, опустившись рядом на колени, Кристиан произнес:«Вот и все, теперь я действительно умираю, но умираю счастливым, поскольку смерть в твоих объятиях — величайшее счастье для меня… Я так рад, что встретил тебя… большего мне и не надо…».
— Тихо, тихо, не говори больше ничего, не нужно.
— Ланера, хоть и была вампиром, все же еще могла плакать.
— Все еще может обойтись, ты поправишься, мы что-нибудь придумаем…
— Не надо ничего придумывать, ты только…
— Кристиан через силу улыбнулся.
— Помни обо мне. А затем… Пускай Господь нас и рассудит, я Ему повинюсь полностью…
Юноша говорил все тише, а вскоре и вовсе затих, запрокинув голову. Не веря в худшее, Ланера взглянула ему в лицо. Глаза закрылись, а само выражение стало как у покойника. Девушка помнила, что вампиры — нежить, поэтому у них не бьется сердце, однако не забыла о том, что иногда Кристиан может по привычке делать вдохи и выдохи. Теперь этого не было.
В горле Ланеры словно что-то застряло. Глухо застонав, девушка упала головой на тело любимого, захлебываясь остатками своих слез. Она не видела как остальные вампиры, глядя на это зрелище уже не со злостью, а с некоторым смятением, ушли — ей было уже все равно. «Сейчас я сама снова выйду на солнце и умру, без него я не смогу жить.» — решила Ланера. Внезапно в ее памяти всплыли слова одной из вампиресс о том, что она еще чиста душой, поскольку не совершила ни одного убийства. А это значит…
Дрожа от возможной спасительной догадки, девушка вновь склонилась над Кристианом. Что-то прошептав, девушка поцеловала его в губы и начала по каплям вдыхать в него свою душу, чувствуя, что все еще способна плакать — слезы падали на его безмолвное лицо. Поначалу ничего не происходило, однако затем… «Показалось или нет? Должно быть…».
Внезапно Ланера почувствовала нежное прикосновение к своей руке. Не веря, девушка взглянула в лицо Кристиана: его глаза вновь сознательно на нее смотрели, а на губах проступила слабая улыбка.
— Ты все-таки и в этот раз не дала мне умереть. — негромко произнес юноша, пытаясь медленно сесть.
— Я еще раньше собирался тебе рассказать о том, что твоя душа может не стать проклятой, если ты спасешь чью-то жизнь с ее помощью, но… Не успел.
— Да. Я сама это поняла. — все еще заплаканные глаза Ланеры светились счастьем.
— Иначе и быть не могло.
Новый поцелуй ненадолго прервал их разговор.
Эпилог.
Не так давно прошел дождь. Земля на кладбище сделалась сырой, а растущие там деревья и кусты слегка блестели в лунном свете мокрой листвой. Было прохладно, и невольно закрадывалась мысль: совсем скоро лето должно было закончиться. Однако времена года всегда возвращаются, и через несколько месяцев все снова встанет на круги своя. По крайней мере, почтивсе.
Ланера и Кристиан вновь пришли сюда. Теперь юноша уже совершенно оправился от полученных на солнце увечий и выглядел даже лучше, чем в ночь их с Ланерой знакомства. Разумеется, он как всегда взял с собой скрипку — сегодня музыкант намеревался дать небольшой концерт в обители усопших.
Так же, как когда-то, Ланера медленно приблизилась к известной могиле, обвитой розовым кустом, наклонилась, протянула руку, пригляделась… Да, наконец-то теперь это случилось! Долгожданный бутон на единственном выжившем стебле раскрылся.
Это было немного странным, поскольку совсем недавно шел дождь, а на небе светила лишь Луна, однако девушка уже не удивлялась. Очень осторожно дотронувшись до свежего цветка, она поднесла его к своим губам, прошептав: «Это настоящее чудо… Теперь я непременно нарисую такую картину».
Кристиан опустился на корточки рядом с любимой.
— Я уверен, она станет самой лучшей из всех твоих работ, милая. — произнес вампир, целуя девушке руку, на которой уже несколько недель красовалось кольцо с темно-фиолетовым камнем.
— А как ты ее назовешь?
— «Запах роз после дождя».
Это было удивительным, но Кристиан каким-то образом смог вырваться, с силой оттолкнул Алоиса и остальных и бросился к любимой Он успел в последний момент освободить ее и оттолкнуть в сторону, затем на на него уже полностью упал солнечный свет.
Невозможно описать, какой истошный крик сорвался с губ девушки в то мгновение. Превозмогая боль, она бросилась к Кристиану, который из-за нехватки сил уже не был способен укрыться от света и покрывался все более ужасными ранами и ожогами. Когда Ланере удалось снять его с крыши, он был уже совершенно изувечен.
Сама девушка не слишком пострадала: в тени ее небольшие ранки зажили быстро. Ее пугало только состояние Кристиана.
Обожженный и окровавленный, будучи не в состоянии даже поднять руку, он мог лишь едва слышно шептать: «Ланера… подойди…» Когда девушка немного подняла ему голову, опустившись рядом на колени, Кристиан произнес:«Вот и все, теперь я действительно умираю, но умираю счастливым, поскольку смерть в твоих объятиях — величайшее счастье для меня… Я так рад, что встретил тебя… большего мне и не надо…».
— Тихо, тихо, не говори больше ничего, не нужно.
— Ланера, хоть и была вампиром, все же еще могла плакать.
— Все еще может обойтись, ты поправишься, мы что-нибудь придумаем…
— Не надо ничего придумывать, ты только…
— Кристиан через силу улыбнулся.
— Помни обо мне. А затем… Пускай Господь нас и рассудит, я Ему повинюсь полностью…
Юноша говорил все тише, а вскоре и вовсе затих, запрокинув голову. Не веря в худшее, Ланера взглянула ему в лицо. Глаза закрылись, а само выражение стало как у покойника. Девушка помнила, что вампиры — нежить, поэтому у них не бьется сердце, однако не забыла о том, что иногда Кристиан может по привычке делать вдохи и выдохи. Теперь этого не было.
В горле Ланеры словно что-то застряло. Глухо застонав, девушка упала головой на тело любимого, захлебываясь остатками своих слез. Она не видела как остальные вампиры, глядя на это зрелище уже не со злостью, а с некоторым смятением, ушли — ей было уже все равно. «Сейчас я сама снова выйду на солнце и умру, без него я не смогу жить.» — решила Ланера. Внезапно в ее памяти всплыли слова одной из вампиресс о том, что она еще чиста душой, поскольку не совершила ни одного убийства. А это значит…
Дрожа от возможной спасительной догадки, девушка вновь склонилась над Кристианом. Что-то прошептав, девушка поцеловала его в губы и начала по каплям вдыхать в него свою душу, чувствуя, что все еще способна плакать — слезы падали на его безмолвное лицо. Поначалу ничего не происходило, однако затем… «Показалось или нет? Должно быть…».
Внезапно Ланера почувствовала нежное прикосновение к своей руке. Не веря, девушка взглянула в лицо Кристиана: его глаза вновь сознательно на нее смотрели, а на губах проступила слабая улыбка.
— Ты все-таки и в этот раз не дала мне умереть. — негромко произнес юноша, пытаясь медленно сесть.
— Я еще раньше собирался тебе рассказать о том, что твоя душа может не стать проклятой, если ты спасешь чью-то жизнь с ее помощью, но… Не успел.
— Да. Я сама это поняла. — все еще заплаканные глаза Ланеры светились счастьем.
— Иначе и быть не могло.
Новый поцелуй ненадолго прервал их разговор.
Эпилог.
Не так давно прошел дождь. Земля на кладбище сделалась сырой, а растущие там деревья и кусты слегка блестели в лунном свете мокрой листвой. Было прохладно, и невольно закрадывалась мысль: совсем скоро лето должно было закончиться. Однако времена года всегда возвращаются, и через несколько месяцев все снова встанет на круги своя. По крайней мере, почтивсе.
Ланера и Кристиан вновь пришли сюда. Теперь юноша уже совершенно оправился от полученных на солнце увечий и выглядел даже лучше, чем в ночь их с Ланерой знакомства. Разумеется, он как всегда взял с собой скрипку — сегодня музыкант намеревался дать небольшой концерт в обители усопших.
Так же, как когда-то, Ланера медленно приблизилась к известной могиле, обвитой розовым кустом, наклонилась, протянула руку, пригляделась… Да, наконец-то теперь это случилось! Долгожданный бутон на единственном выжившем стебле раскрылся.
Это было немного странным, поскольку совсем недавно шел дождь, а на небе светила лишь Луна, однако девушка уже не удивлялась. Очень осторожно дотронувшись до свежего цветка, она поднесла его к своим губам, прошептав: «Это настоящее чудо… Теперь я непременно нарисую такую картину».
Кристиан опустился на корточки рядом с любимой.
— Я уверен, она станет самой лучшей из всех твоих работ, милая. — произнес вампир, целуя девушке руку, на которой уже несколько недель красовалось кольцо с темно-фиолетовым камнем.
— А как ты ее назовешь?
— «Запах роз после дождя».
Страница 27 из 28
