Если война подступает к самому порогу, то долг мужчины — защитить свою семью, свой дом и свою страну. Рюдигер фон Шлотерштайн воспринял известие о войне спокойно. Он всегда знал, что настанет день, когда стране пригодится его меч. Его предки всегда были опрой трона, именно вампирам короли Алдании доверяли свою жизнь и безопасность. Его жене остается лишь ждать и молиться чтобы разлука не оказалась вечной.
Добавить в моё избранное
538 мин, 42 сек 2490
На нем была кольчуга, в которой было ужасно жарко, и мысленно он ругал жену, которая не хотела выпускать его без нее из дома. Крина не на шутку разволновалась, она твердила ему, что он уже давно не молод, что теперь любая рана может отправить его на тот свет, что если он не думает о себе, то пусть подумает о тех, кому он не безразличен. Под конец она села на лавку и неожиданно горестно разрыдалась. Иоганн сдался, но теперь уже не один раз пожалел о своей минутной слабости.
Василий щеголял в такой же, как у Рюга, кожаной безрукавке, перетянутой ремнем, с арбалетом за спиной, шпагой на боку и длинным ножом у пояса. Если бы не длинные уши, он выглядел бы настоящим головорезом. Он повернулся к Рюгу и возмущенно шепнул:
— Тебя что по голове вчера стукнули? Они же дикари, язычники, да что там, хищные звери на двух ногах!
Рюдигер сердито поглядел на друга, которого знал с детства:
— Знаешь, и про меня можно сказать почти тоже самое, ну про дикого зверя… Мы должны им помочь выжить и найти свое место в этом мире!
Он распрямил плечи и сделал шаг навстрече Крону, который медленно шел к нему с двумя воинами. Вождь слегка склонил голову:
— К сожалению, не все из нас решились придти сюда, часть моих людей ушла. Но остальные готовы дать тебе, хозяин этих мест, клятву верности.
Лиза уже вовсю шушукалась с Ланой. Лесная жительница держалась совершенно свободно, делая вид, что ее не удивляют ни оружие из неизвестного прочного металла, ни странные животные, на которых ездят верхом, ни строения из дерева на другом берегу реки.
Между тем, клятва верности включала в себя целый обряд. Серые Совы прямо здесь перерезали горло самке оленя. Рюдигер подумал, что будет не просто отучить их охотиться в его лесу. Кровь быстро слили в деревянный ковш и пустили по кругу. Каждый, кто считался воином, должен был выпить из этого ковша. Воины Рюга, среди которых людей и нелюдей было поровну, справились с этим неплохо.
Когда ковш дошел до тролля, он сделал попытку сбежать, но Иоганн крепко держал его за плечо:
— Куда собрался, или ты не считаешь себя воином?
Васька хмуро посмотрел на Рюдигера и сделал глоток. Его лицо сначало побледнело, потом как-то позеленело, и он быстро затерялся среди деревенских жителей.
Лана, которая считала себя ничем не хуже любого мужчины, приняла ковш, выпила из него и передала Лизе. Не понимая, что она делает, Лиза с невозмутимым видом отпила еще теплой крови и передала ковш следующему. Рюдигер испуганно посмотрел на нее, но его жена держалась, как ни в чем не бывало. Однако, как только ритуал закончился, Лиза вдруг куда– то исчезла. Обеспокоенный Рюдигер нашел жену за кустами бузины. Ее просто выворачивало наизнанку. Наконец она выпрямилась и сердито взглянула на мужа:
— Дурацкие обычаи, настоящие дикари!
— Рюдигер с невинным видом пожал плечами:
— А я думал, у нас будет еще малыш! Ты даже не поморщилась, выпила, как глоток воды!
Лиза, спустившись к реке, вымыла руки:
— С тобой не первый год живу, наверное привыкла!
Она вдруг плеснула в него водой и засмеялась. Не в силах удержаться, он притянул ее к себе и принялся целовать горящие от смущения щеки.
Когда они вернулись на поляну, там уже было шумно и весело. Горели костры, на которых жарилось мясо. Хозяин Красного Замка приказал забить для праздника трех баранов и достать из подвала несколько бочонков вина. Под ритмичный перестук обтянутых оленьими шкурами барабанов дикарки устроили танцы. Их стройные смуглые фигурки в коротких с разрезами юбках слаженно кружились и извивались под гулкие удары и завывание странной свирели. Настасья, глядя на голые ноги танцовщиц, не выдержала:
— Тьфу ты срамота какая, почти голые бесстыдницы!
Несколько стоявших рядом с ней крестьянок горячо ее поддержали. Местные парни смущенно промолчали, их мнение было совершенно противоположным, но свирепый вид спутников полуголых красоток удерживал их от любых высказываний. Лана не приняла участия в танцах, проводив соплеменниц презрительным взглядом. Зато в стрельбе из лука ей не было равных. Подвыпившие деревенские парни и воины из Красного замка как ни старались, но не смогли сравниться с юной дикаркой в меткости.
Гулянье закончилось далеко за полночь, усталые жители деревни разбрелись по домам. Серые Совы заночевали прямо на лесной опушке у догорающих костров. Уже засыпая, Рюдигер подумал, что конечно, сразу взаимное недоверие не исчезнет, но начало положено. Теперь надо учиться жить вместе.
Население деревни увеличилось сразу на два десятка человек или точнее сказать, нелюдей. Впрочем, почти половину составляли женщины и дети. На краю деревни быстро выросли еще пять домов. Самым трудным оказалось втолковать Серым Совам, что если они будут охотиться так, как привыкли, то скоро вся живность в лесу исчезнет, а так же, что коровы дают молоко, которое полезно детям, а для того, чтобы получить кровь, совсем не обязательно убивать животное.
Василий щеголял в такой же, как у Рюга, кожаной безрукавке, перетянутой ремнем, с арбалетом за спиной, шпагой на боку и длинным ножом у пояса. Если бы не длинные уши, он выглядел бы настоящим головорезом. Он повернулся к Рюгу и возмущенно шепнул:
— Тебя что по голове вчера стукнули? Они же дикари, язычники, да что там, хищные звери на двух ногах!
Рюдигер сердито поглядел на друга, которого знал с детства:
— Знаешь, и про меня можно сказать почти тоже самое, ну про дикого зверя… Мы должны им помочь выжить и найти свое место в этом мире!
Он распрямил плечи и сделал шаг навстрече Крону, который медленно шел к нему с двумя воинами. Вождь слегка склонил голову:
— К сожалению, не все из нас решились придти сюда, часть моих людей ушла. Но остальные готовы дать тебе, хозяин этих мест, клятву верности.
Лиза уже вовсю шушукалась с Ланой. Лесная жительница держалась совершенно свободно, делая вид, что ее не удивляют ни оружие из неизвестного прочного металла, ни странные животные, на которых ездят верхом, ни строения из дерева на другом берегу реки.
Между тем, клятва верности включала в себя целый обряд. Серые Совы прямо здесь перерезали горло самке оленя. Рюдигер подумал, что будет не просто отучить их охотиться в его лесу. Кровь быстро слили в деревянный ковш и пустили по кругу. Каждый, кто считался воином, должен был выпить из этого ковша. Воины Рюга, среди которых людей и нелюдей было поровну, справились с этим неплохо.
Когда ковш дошел до тролля, он сделал попытку сбежать, но Иоганн крепко держал его за плечо:
— Куда собрался, или ты не считаешь себя воином?
Васька хмуро посмотрел на Рюдигера и сделал глоток. Его лицо сначало побледнело, потом как-то позеленело, и он быстро затерялся среди деревенских жителей.
Лана, которая считала себя ничем не хуже любого мужчины, приняла ковш, выпила из него и передала Лизе. Не понимая, что она делает, Лиза с невозмутимым видом отпила еще теплой крови и передала ковш следующему. Рюдигер испуганно посмотрел на нее, но его жена держалась, как ни в чем не бывало. Однако, как только ритуал закончился, Лиза вдруг куда– то исчезла. Обеспокоенный Рюдигер нашел жену за кустами бузины. Ее просто выворачивало наизнанку. Наконец она выпрямилась и сердито взглянула на мужа:
— Дурацкие обычаи, настоящие дикари!
— Рюдигер с невинным видом пожал плечами:
— А я думал, у нас будет еще малыш! Ты даже не поморщилась, выпила, как глоток воды!
Лиза, спустившись к реке, вымыла руки:
— С тобой не первый год живу, наверное привыкла!
Она вдруг плеснула в него водой и засмеялась. Не в силах удержаться, он притянул ее к себе и принялся целовать горящие от смущения щеки.
Когда они вернулись на поляну, там уже было шумно и весело. Горели костры, на которых жарилось мясо. Хозяин Красного Замка приказал забить для праздника трех баранов и достать из подвала несколько бочонков вина. Под ритмичный перестук обтянутых оленьими шкурами барабанов дикарки устроили танцы. Их стройные смуглые фигурки в коротких с разрезами юбках слаженно кружились и извивались под гулкие удары и завывание странной свирели. Настасья, глядя на голые ноги танцовщиц, не выдержала:
— Тьфу ты срамота какая, почти голые бесстыдницы!
Несколько стоявших рядом с ней крестьянок горячо ее поддержали. Местные парни смущенно промолчали, их мнение было совершенно противоположным, но свирепый вид спутников полуголых красоток удерживал их от любых высказываний. Лана не приняла участия в танцах, проводив соплеменниц презрительным взглядом. Зато в стрельбе из лука ей не было равных. Подвыпившие деревенские парни и воины из Красного замка как ни старались, но не смогли сравниться с юной дикаркой в меткости.
Гулянье закончилось далеко за полночь, усталые жители деревни разбрелись по домам. Серые Совы заночевали прямо на лесной опушке у догорающих костров. Уже засыпая, Рюдигер подумал, что конечно, сразу взаимное недоверие не исчезнет, но начало положено. Теперь надо учиться жить вместе.
Население деревни увеличилось сразу на два десятка человек или точнее сказать, нелюдей. Впрочем, почти половину составляли женщины и дети. На краю деревни быстро выросли еще пять домов. Самым трудным оказалось втолковать Серым Совам, что если они будут охотиться так, как привыкли, то скоро вся живность в лесу исчезнет, а так же, что коровы дают молоко, которое полезно детям, а для того, чтобы получить кровь, совсем не обязательно убивать животное.
Страница 16 из 149
