Был август, тихий тёплый ветер дул нам прямо в лицо, солнце клонилось к закату, огромные воздушные тучи пролетали над горой. Издали пахло спелыми сочными яблоками и сливами, я знала этот запах, как родной, ибо таковым он для меня и был. Как-никак, а я выросла именно на этих самым дедушкиных фруктах.
Добавить в моё избранное
43 мин, 15 сек 9457
Зелья испивший, под взглядом планет.
Станет великим, станет вампиром.
С мечтой завладеть Вселенной и миром!
— Кто — он! Андрей! — тихо заорала я, опасливо развернулась и увидела позади какое-то едва видимое прозрачное существо, то самое, что я видела сегодня за розой!
— А ты не верил мне! Не верил! Не верил! Смотри!
Сергей не отвечал. Молчащий, он также же вперил свой взор на медленно выплывавший из стены призрак. Взгляд убийцы говорил о многом, как и то, что он весь состоял из света. Но не прошло и секунды, как в его руках его показались два серебристых ножа! Сверкающие в лунном свете, они были чрезмерно длинными и вопреки тому, кто держал их, материальны.
Мы стояли какое-то время, не в силах сдвинуться ни на шаг. Самый настоящий ступор, прежде мне не доводилось переживать ничего подобного!
Как вдруг оно напомнило о себе, неожиданно и быстро толкнув меня в бок. Разглядеть лица неприятеля было очень сложно. Правильнее сказать, лица-то так такового у него и не было. Лишь серая масса струящегося дыма с двумя чёрными пустыми глазницами, сквозь, которых насквозь проходили лунные лучи и терялись где-то на другой стороне кирпичной кладки. Я закричала и хотела было ринуться вперёд, но ужасный запах сырости, тот час же обрушившийся на голову, приостановил движение. А потом я разглядела новое лицо злодея. Полу прозрачное и с красными, точно кровь, глазами, оно веяло неземной печалью и ужасом. А по бестелесному подбородку стекала небольшая алая струйка, что уж никак не вписывалось в происходящее.
«Где клад!» — вдруг раздался в моей голове его истошный рёв. Я замерла, не зная, что делать, а оно уже направилось к отцу.
— Нет! — наконец, вырвалось изо рта, точно желая привлечь внимание призрака. На зеркале напротив вновь проступило слово: «Вампир» словно говорящее о том, какую судьбу мог принести за собой один«поцелуй» этого чудовища.
Со всех сторон к Сергею летели сотни мышей. Вихрем летали встревоженные бумаги, жуткие записи обезумевшего деда, запечатленные в стихотворной форме.
Вдали пробежала чёрная кошка, а после, прыгнув в вихрь, слилась с общей массой творящихся событий. Папа выхватил из стены железную ветку, вероятно держащую целую конструкцию, отчего в то же мгновение одна за другой полетели и стали разбиваться те самые таинственные банки! Жёлтые яблочки заскакали, словно бешеные, а алые грибы приросли к полу. Листы жгучей полыхающей бумаги облепили меня с головой. Хотелось кричать и бежать в сторону, ведь стекло уже градом сыпалось вслед. Рушился и этот таинственный зал, опадая смертоносным дождём в ничтожном расстоянии от нас. Всё шипело и ломалось, даже кирпичи рассыпались на мельчайшие осколки. Что касалось настоящего дождя, который ещё так недавно портил мне настроение, то я совершенно забыла о нём. Так само неожиданно пришлось и вспомнить, когда макушкой я ощутила его холодные льдистые струи.
Сквозь щёлку над потолком сверкали звёзды, и лишь бледная белая полоса разрезала небо с юга на север. Какая-то банка с грохотом свалившаяся с потолка, вмиг вспыхнула огнём, словно спичка. Огонь стал передаваться со скоростью звука, словно разносимый неведомым ветром или всё заранее было орошено чем-то вроде бензина? Горящие лепестки летали, словно мухи, мелькая пред глазами и исчезая в небытие. Неожиданно послышался дикий вопль призрака. Видно, совершенно не ожидающего такого исхода событий. Эти листы стояли ему жизни, и потому были так сильно дороги…
Воняло палёной резиной и горелыми досками. Столбами клубился дым, и искры градом осыпались на нас. Бежать было некуда. Стихия охватила почти всю левую часть помещения и не намеревалась отступать. Ни на шаг. Книги вспыхивали, как зажженные петарды. Одна за другой. И всё это случилось до того быстро, что, казалось, нас не спасёт уже ничто…
Всюду летал пепел, «бешеные яблочки» отскакивали от одной лишь искры и распались прямо на моих удивлённых глазах. Начинало казаться, что в воздухе уже пахнет кровью. Хотя откуда мне знать её запаха? И вдруг, когда с новым залпом оглушительного грохота упал ещё один шкаф и в воздух взвились зеленоватые струйки каких-то испарений, под своими ногами на горящем полу я увидела ещё один лист, где огнём светились новы, не менее странные письмена:
Власть дана не для трусливых.
Не свернёшь теперь назад!
Станешь ты теперь «счастливым».
Проложивши путь свой в ад!
И тогда я не выдержала, схватила и разорвала этот листок. Так, просто, пополам! Он вспыхнул огнём, а приведение издало душераздирающий крик, и вмиг на стене появилась трещина! Сергей, не поверив, что оттуда веет свежим воздухом, ринулся в сторону «свободы».
Кирпичи повалились один за другим, показывая дорогу в свет.
Ухмыляясь, я в последний раз взглянула на призрака-вампира, который некогда был моим дедом (или не был?), и стрелой помчалась к выходу.
Станет великим, станет вампиром.
С мечтой завладеть Вселенной и миром!
— Кто — он! Андрей! — тихо заорала я, опасливо развернулась и увидела позади какое-то едва видимое прозрачное существо, то самое, что я видела сегодня за розой!
— А ты не верил мне! Не верил! Не верил! Смотри!
Сергей не отвечал. Молчащий, он также же вперил свой взор на медленно выплывавший из стены призрак. Взгляд убийцы говорил о многом, как и то, что он весь состоял из света. Но не прошло и секунды, как в его руках его показались два серебристых ножа! Сверкающие в лунном свете, они были чрезмерно длинными и вопреки тому, кто держал их, материальны.
Мы стояли какое-то время, не в силах сдвинуться ни на шаг. Самый настоящий ступор, прежде мне не доводилось переживать ничего подобного!
Как вдруг оно напомнило о себе, неожиданно и быстро толкнув меня в бок. Разглядеть лица неприятеля было очень сложно. Правильнее сказать, лица-то так такового у него и не было. Лишь серая масса струящегося дыма с двумя чёрными пустыми глазницами, сквозь, которых насквозь проходили лунные лучи и терялись где-то на другой стороне кирпичной кладки. Я закричала и хотела было ринуться вперёд, но ужасный запах сырости, тот час же обрушившийся на голову, приостановил движение. А потом я разглядела новое лицо злодея. Полу прозрачное и с красными, точно кровь, глазами, оно веяло неземной печалью и ужасом. А по бестелесному подбородку стекала небольшая алая струйка, что уж никак не вписывалось в происходящее.
«Где клад!» — вдруг раздался в моей голове его истошный рёв. Я замерла, не зная, что делать, а оно уже направилось к отцу.
— Нет! — наконец, вырвалось изо рта, точно желая привлечь внимание призрака. На зеркале напротив вновь проступило слово: «Вампир» словно говорящее о том, какую судьбу мог принести за собой один«поцелуй» этого чудовища.
Со всех сторон к Сергею летели сотни мышей. Вихрем летали встревоженные бумаги, жуткие записи обезумевшего деда, запечатленные в стихотворной форме.
Вдали пробежала чёрная кошка, а после, прыгнув в вихрь, слилась с общей массой творящихся событий. Папа выхватил из стены железную ветку, вероятно держащую целую конструкцию, отчего в то же мгновение одна за другой полетели и стали разбиваться те самые таинственные банки! Жёлтые яблочки заскакали, словно бешеные, а алые грибы приросли к полу. Листы жгучей полыхающей бумаги облепили меня с головой. Хотелось кричать и бежать в сторону, ведь стекло уже градом сыпалось вслед. Рушился и этот таинственный зал, опадая смертоносным дождём в ничтожном расстоянии от нас. Всё шипело и ломалось, даже кирпичи рассыпались на мельчайшие осколки. Что касалось настоящего дождя, который ещё так недавно портил мне настроение, то я совершенно забыла о нём. Так само неожиданно пришлось и вспомнить, когда макушкой я ощутила его холодные льдистые струи.
Сквозь щёлку над потолком сверкали звёзды, и лишь бледная белая полоса разрезала небо с юга на север. Какая-то банка с грохотом свалившаяся с потолка, вмиг вспыхнула огнём, словно спичка. Огонь стал передаваться со скоростью звука, словно разносимый неведомым ветром или всё заранее было орошено чем-то вроде бензина? Горящие лепестки летали, словно мухи, мелькая пред глазами и исчезая в небытие. Неожиданно послышался дикий вопль призрака. Видно, совершенно не ожидающего такого исхода событий. Эти листы стояли ему жизни, и потому были так сильно дороги…
Воняло палёной резиной и горелыми досками. Столбами клубился дым, и искры градом осыпались на нас. Бежать было некуда. Стихия охватила почти всю левую часть помещения и не намеревалась отступать. Ни на шаг. Книги вспыхивали, как зажженные петарды. Одна за другой. И всё это случилось до того быстро, что, казалось, нас не спасёт уже ничто…
Всюду летал пепел, «бешеные яблочки» отскакивали от одной лишь искры и распались прямо на моих удивлённых глазах. Начинало казаться, что в воздухе уже пахнет кровью. Хотя откуда мне знать её запаха? И вдруг, когда с новым залпом оглушительного грохота упал ещё один шкаф и в воздух взвились зеленоватые струйки каких-то испарений, под своими ногами на горящем полу я увидела ещё один лист, где огнём светились новы, не менее странные письмена:
Власть дана не для трусливых.
Не свернёшь теперь назад!
Станешь ты теперь «счастливым».
Проложивши путь свой в ад!
И тогда я не выдержала, схватила и разорвала этот листок. Так, просто, пополам! Он вспыхнул огнём, а приведение издало душераздирающий крик, и вмиг на стене появилась трещина! Сергей, не поверив, что оттуда веет свежим воздухом, ринулся в сторону «свободы».
Кирпичи повалились один за другим, показывая дорогу в свет.
Ухмыляясь, я в последний раз взглянула на призрака-вампира, который некогда был моим дедом (или не был?), и стрелой помчалась к выходу.
Страница 9 из 12
