Огни ночного города… Как это знакомо, как это привычно, как это скучно…
Добавить в моё избранное
94 мин, 19 сек 4063
Роксана уже вовсю рыдала.
— Лена! Не будь дурой! Не ведись. У неё ж на лице написано, что она с панели.
— Саша!
Мужчина схватил жену за руку.
— Я не собираюсь оставлять дома эту шлюху, — тихо сказал он.
— Чтобы за ней пришли дружки. Ты просто так новости смотришь, да? Совсем дура, что ли!
— Но ты пустил её, а теперь выгоняешь. Дай ей тогда денег на такси!
— А на хлеб тебе она потом даст, когда ноги перед кем надо раздвинет!
Он схватил револьвер и сунул в стенной шкаф.
— Я вам правду сказала, — пролепетала Роксана, ухватившись за ручку входной двери, чтобы встать. Её качало на шпильках, как на ветру.
— Ты не имеешь основания принимать ее за… — стояла на своём хозяйка.
— Не глупи! Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что к чему. Она не выглядит женой нового русского, чтобы ходить в таких нарядах в казино.
Роксана потянулась к замку, Лена перехватила ее руку.
— Оставайтесь.
— Нет, — Роксана мотнула головой.
— Я не хочу, чтобы из-за меня у вас возникли проблемы. Спасибо, что пустили. Жаль, что телефон не работает…
— Оставайтесь!
Мужской голос прозвучал, как приказ. Роксана посмотрела ему в глаза и поняла, что внутри него борются два зверя. Хозяйка взяла её за локоть.
— Возьмите тапочки. Как вы каблуки-то такие не сломали…
— Я тебе сказал, как она не сломала! — прорычал мужчина и ушел в комнату, хлопнув дверью.
— Не обращайте на него внимания. Саша добрый. Просто работа охранником так действует. Хорошо, что дочка у бабушки сегодня. Да вы разувайтесь, разувайтесь.
Роксана вынула ноги из туфель и со сладостной болью всунула их в мягкие тапочки.
— Можно умыться?
— Нужно, — улыбнулась Лена.
Она включила в ванной свет и распахнул дверь.
— Берите любое полотенце и приходите на кухню. Я чайник вскипячу.
Роксана поблагодарила изастонала, увидев отражение в зеркале: какое убожество! Она стала, не щадя глаз, намыливать лицо, смывая грязные пятна царского макияжа. Затем уселась на край ванны и вновь разревелась. Хозяйка нерешительно постучала.
— Я заварила вам чая.
Роксана вытерла глаза ладонями и прошла на кухню.
— Зачем столько беспокойства? — смутилась она.
— Да какое беспокойство!
Роксана села на край табуретки и отхлебнула горячего напитка. Лена села напротив.
— Вы действительно не хотите позвонить в милицию? Сейчас телефон не работает, но завтра с утра…
— Нет, — Роксана вцепилась в обжигающую чашку.
— Я все равно ничего не запомнила. Да и никто искать не будет. Я одна, что ли, такая… Других в канаве находят мертвыми.
— Да, вам повезло.
— Повезло, какое точное слово, — Роксана прикусила край чашки, чтобы не разреветься вновь.
— Я не хочу, чтобы муж знал об этом. Вы не понимаете.
— Я все понимаю. Я все понимаю. Вы пейте. Вам легче будет. А может водки налить? — вдруг спохватилась Лена.
— Не надо. Я и так, как пьяная. Мне бы последний разум не растерять и что-нибудь наплести мужу. Может, у вас нитки есть? Я бы платье подшила и сказала бы, что у подруги ночевала. Думаете, поверит?
— Конечно, поверит. А утром я могу вам даже прострочить платье. Машинка бабушкина есть. Ручная. Немецкая. Зингер. Знаете такие? Да вы пейте чай. Простите, что у нас к чаю ничего нет. Все с дочкой отправили. Но, если хотите, я отрежу хлеба.
— Спасибо, мне чая хватит.
Роксана продолжала чувствовать привкус съеденного в «Колобке» пирожка.
— Как вас зовут? — хозяйка пыталась дружески улыбнуться.
— Меня, как поняли уже, Лена.
— Роксана.
— Роксана?
— Улыбка исчезла с лица Лены.
— Это ваше настоящее имя, да?
— Настоящее, — Роксана судорожно сжимала горячую чашку.
— Меня в честь Роксаны Бабаян родители назвали. Вы подумали, что ваш муж прав, верно? Возможно и прав, только чуть-чуть. Но я действительно сбежала от мужа.
— Я ничего не подумала, — только голос Лены остался сухим.
— У меня нет основания вам не верить. Да и будь это ваше рабочее платье, вы бы не дали его порвать, наверное…
Роксана тяжело вздохнула.
— Наверное… Лена, я почти неделю не живу дома. Я живу у подруги, и от неё я сбежала. Это её платье, но она не будет о нём переживать. У неё их очень много.
— А почему вы ушли из дома?
— Потому что мне не нравилась моя жизнь, но все считают, что так жить мне лучше. Если бы я пошла к маме, она бы выгнала меня обратно. Ей нравятся деньги моего мужа. А я не соответствую его деньгам. Я слишком простая для них.
— Это вы-то простая! — всплеснула руками Лена, но тут же осеклась, поняв, что кричит среди ночи.
— Да вы поглядите на себя!
— Лена! Не будь дурой! Не ведись. У неё ж на лице написано, что она с панели.
— Саша!
Мужчина схватил жену за руку.
— Я не собираюсь оставлять дома эту шлюху, — тихо сказал он.
— Чтобы за ней пришли дружки. Ты просто так новости смотришь, да? Совсем дура, что ли!
— Но ты пустил её, а теперь выгоняешь. Дай ей тогда денег на такси!
— А на хлеб тебе она потом даст, когда ноги перед кем надо раздвинет!
Он схватил револьвер и сунул в стенной шкаф.
— Я вам правду сказала, — пролепетала Роксана, ухватившись за ручку входной двери, чтобы встать. Её качало на шпильках, как на ветру.
— Ты не имеешь основания принимать ее за… — стояла на своём хозяйка.
— Не глупи! Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что к чему. Она не выглядит женой нового русского, чтобы ходить в таких нарядах в казино.
Роксана потянулась к замку, Лена перехватила ее руку.
— Оставайтесь.
— Нет, — Роксана мотнула головой.
— Я не хочу, чтобы из-за меня у вас возникли проблемы. Спасибо, что пустили. Жаль, что телефон не работает…
— Оставайтесь!
Мужской голос прозвучал, как приказ. Роксана посмотрела ему в глаза и поняла, что внутри него борются два зверя. Хозяйка взяла её за локоть.
— Возьмите тапочки. Как вы каблуки-то такие не сломали…
— Я тебе сказал, как она не сломала! — прорычал мужчина и ушел в комнату, хлопнув дверью.
— Не обращайте на него внимания. Саша добрый. Просто работа охранником так действует. Хорошо, что дочка у бабушки сегодня. Да вы разувайтесь, разувайтесь.
Роксана вынула ноги из туфель и со сладостной болью всунула их в мягкие тапочки.
— Можно умыться?
— Нужно, — улыбнулась Лена.
Она включила в ванной свет и распахнул дверь.
— Берите любое полотенце и приходите на кухню. Я чайник вскипячу.
Роксана поблагодарила изастонала, увидев отражение в зеркале: какое убожество! Она стала, не щадя глаз, намыливать лицо, смывая грязные пятна царского макияжа. Затем уселась на край ванны и вновь разревелась. Хозяйка нерешительно постучала.
— Я заварила вам чая.
Роксана вытерла глаза ладонями и прошла на кухню.
— Зачем столько беспокойства? — смутилась она.
— Да какое беспокойство!
Роксана села на край табуретки и отхлебнула горячего напитка. Лена села напротив.
— Вы действительно не хотите позвонить в милицию? Сейчас телефон не работает, но завтра с утра…
— Нет, — Роксана вцепилась в обжигающую чашку.
— Я все равно ничего не запомнила. Да и никто искать не будет. Я одна, что ли, такая… Других в канаве находят мертвыми.
— Да, вам повезло.
— Повезло, какое точное слово, — Роксана прикусила край чашки, чтобы не разреветься вновь.
— Я не хочу, чтобы муж знал об этом. Вы не понимаете.
— Я все понимаю. Я все понимаю. Вы пейте. Вам легче будет. А может водки налить? — вдруг спохватилась Лена.
— Не надо. Я и так, как пьяная. Мне бы последний разум не растерять и что-нибудь наплести мужу. Может, у вас нитки есть? Я бы платье подшила и сказала бы, что у подруги ночевала. Думаете, поверит?
— Конечно, поверит. А утром я могу вам даже прострочить платье. Машинка бабушкина есть. Ручная. Немецкая. Зингер. Знаете такие? Да вы пейте чай. Простите, что у нас к чаю ничего нет. Все с дочкой отправили. Но, если хотите, я отрежу хлеба.
— Спасибо, мне чая хватит.
Роксана продолжала чувствовать привкус съеденного в «Колобке» пирожка.
— Как вас зовут? — хозяйка пыталась дружески улыбнуться.
— Меня, как поняли уже, Лена.
— Роксана.
— Роксана?
— Улыбка исчезла с лица Лены.
— Это ваше настоящее имя, да?
— Настоящее, — Роксана судорожно сжимала горячую чашку.
— Меня в честь Роксаны Бабаян родители назвали. Вы подумали, что ваш муж прав, верно? Возможно и прав, только чуть-чуть. Но я действительно сбежала от мужа.
— Я ничего не подумала, — только голос Лены остался сухим.
— У меня нет основания вам не верить. Да и будь это ваше рабочее платье, вы бы не дали его порвать, наверное…
Роксана тяжело вздохнула.
— Наверное… Лена, я почти неделю не живу дома. Я живу у подруги, и от неё я сбежала. Это её платье, но она не будет о нём переживать. У неё их очень много.
— А почему вы ушли из дома?
— Потому что мне не нравилась моя жизнь, но все считают, что так жить мне лучше. Если бы я пошла к маме, она бы выгнала меня обратно. Ей нравятся деньги моего мужа. А я не соответствую его деньгам. Я слишком простая для них.
— Это вы-то простая! — всплеснула руками Лена, но тут же осеклась, поняв, что кричит среди ночи.
— Да вы поглядите на себя!
Страница 18 из 27
