История со слов моей бабушки, которая всю жизнь прожила в селе и с детства работала на колхозных полях.
Добавить в моё избранное
1 мин, 26 сек 1325
Небольшое вступление: церковь нам постоянно говорит, что официальные Святые, почитаемые нами — это лишь вершина айсберга. Намного больше непрославленных Святых Божиих людей, скрывающих свою святость, боясь людской славы.
А теперь рассказ со слов бабушки, от первого лица.
… Мне было тогда лет 11. Нас послали на сенокос. Было много крестьян, в том числе и не из нашего села, поэтому многих я не знала. Так вот, типичный сенокос: лето, жара, пауты летают, в поле тени не найти… Когда солнце встало в зените, мужики и бабы начали обедать. Разбрелись по кучкам, кто-то вёл разговоры. И вот среди одной кучки один мужик посреди разговора вдруг говорит:
— А я, если захочу, на любого порчу могу навести!
— Да ну! — удивлялись мужики.
— А вот смотрите на этот огурец…
Взял, положил небольшой огурец на ладонь, а огурец у всех на глазах постепенно, от одного кончика до другого, стал из зелёного превращаться в чёрный, и стал полностью чёрный как уголёк.
Мужик этот колдуном, видать, был. Мужики вокруг начали охать да ахать. В советское время атеизма такая чертовщина…
Вдруг к этой группе людей подходит мужичок и говорит колдуну:
— А ну и сволочь же ты!
— Почему?
— Да потому что такие как ты только зло умеют причинять.
— А что тебе ещё надо?
— Ты сможешь этот огурец обратно к жизни вернуть?
— Нет. Этого никто не может.
— Вот в том-то и дело. Ломать да портить вы всегда горазды, а вот жизнь вернуть — не в ваших силах. Бог дал жизнь, Бог может её вернуть. А вы, забирая жизнь у других, грешите против Него.
После чего мужичок взял чёрный огурец, помолился, три раза перекрестил, и огурчик у всех на глазах стал опять зелёным, а колдун ретировался.
Вот такую историю рассказала мне бабушка. Вот такие безызвестные Божии люди жили и работали в наших колхозах.
А теперь рассказ со слов бабушки, от первого лица.
… Мне было тогда лет 11. Нас послали на сенокос. Было много крестьян, в том числе и не из нашего села, поэтому многих я не знала. Так вот, типичный сенокос: лето, жара, пауты летают, в поле тени не найти… Когда солнце встало в зените, мужики и бабы начали обедать. Разбрелись по кучкам, кто-то вёл разговоры. И вот среди одной кучки один мужик посреди разговора вдруг говорит:
— А я, если захочу, на любого порчу могу навести!
— Да ну! — удивлялись мужики.
— А вот смотрите на этот огурец…
Взял, положил небольшой огурец на ладонь, а огурец у всех на глазах постепенно, от одного кончика до другого, стал из зелёного превращаться в чёрный, и стал полностью чёрный как уголёк.
Мужик этот колдуном, видать, был. Мужики вокруг начали охать да ахать. В советское время атеизма такая чертовщина…
Вдруг к этой группе людей подходит мужичок и говорит колдуну:
— А ну и сволочь же ты!
— Почему?
— Да потому что такие как ты только зло умеют причинять.
— А что тебе ещё надо?
— Ты сможешь этот огурец обратно к жизни вернуть?
— Нет. Этого никто не может.
— Вот в том-то и дело. Ломать да портить вы всегда горазды, а вот жизнь вернуть — не в ваших силах. Бог дал жизнь, Бог может её вернуть. А вы, забирая жизнь у других, грешите против Него.
После чего мужичок взял чёрный огурец, помолился, три раза перекрестил, и огурчик у всех на глазах стал опять зелёным, а колдун ретировался.
Вот такую историю рассказала мне бабушка. Вот такие безызвестные Божии люди жили и работали в наших колхозах.
