Жизнь сложилась так, что я периодически подрабатываю в ночь охранником на одном строящемся производственном объекте. Подрабатываю — одно название. На деле мы с напарником просто спим почти всю ночь, ибо объект далеко за городом и на въезде/выезде есть какой-никакой КПП, который отсеивает всех непрошеных гостей, которых ночью, как ни странно, почти не бывает.
Добавить в моё избранное
6 мин, 35 сек 12369
За ночь мы обычно делаем один или два обхода территории, чтобы спалось спокойнее и все. Напарник мой — простой деревенский парнишка, человек, который найдет общий язык с любым, типичный «свояк». Больше о нем и сказать-то нечего. Казалось бы, что тут может произойти особенного, кроме, разве что, какой-нибудь крупной кражи или бандитского налета? Так вот, уж лучше бы меня рэкетиры лицом в пол положили или еще что, чем случилось то, что случилось…
Началось все, как всегда. Впрочем, как же еще все могло начаться? Мы играли в карты, травили байки, гоняли чаи и зависали в «Контакте» с телефонов. Даже обход сделали от скуки. Пошел третий час ночи и мы решили, что пора бы спать. Стоит сказать, что в комнате охранников условий для удобного размещения туловища в горизонтальном положении, разумеется, не было и спали мы в офисном здании. Напарник спал в соседней комнате, табличка на двери, которой гласила«Комната отдыха водителей» на коротком и узком диванчике, который я ему с радостью уступил. Мои же«апартаменты» располагались этажом выше, в комнате неизвестного предназначения, на данный момент исполняющей роль своеобразного склада. Склада коробок со сборной мебелью. Особую ценность для меня представляли коробки со столешницами — длинные, широкие, ровные, они ровной стопочкой лежали у правой стены прямоугольной комнаты. Там я и погружался в объятия Морфея. Оба входа на второй этаж я закрывал за собой, дабы начальство, решившее проверить своих доблестных сотрудников, не ворвалось в комнату со спящим мной.
Пожелав спокойно ночи друг другу, мы разошлись по своим лежбищам. Дверь в комнату я оставлял слегка приоткрытой, чтобы в нее (комнату) попадал свет из коридора на случай, если придется резко вскочить и куда— либо побежать, дабы не нарваться на коробки с мебелью или не влететь в ту же дверь. Положив телогрейку под голову, я почти сразу же уснул. Спал, однако же, неспокойно, несколько раз просыпался за ночь ни с того ни с сего. Вот в одно из таких пробуждений я сквозь тягучую дрему почувствовал себя как-то не по себе. Я лежал лицом к стене, глаза мои были закрыты, а сознание немного заторможено, как это обычно бывает спросонья. Как бы это банально ни звучало, но я лежал и чувствовал, что со мной рядом еще кто-то есть. Будто воздух из-за его присутствия стал плотнее, а взгляд его буравил мне спину. Я с силой сжал веки, чтобы отогнать от себя это чувство, но тут вдруг услышал легкий скрип двери. Но я же один на всем этаже, ключи от дверей только у меня — без шума, чтобы не разбудить меня, влезть бы никто не смог. Если бы это было начальство, то сначала они проверили бы моего напарника, а он бы уж как-нибудь оттелефонировал мне, чтобы предупредить.
Просто скрип. Сквозняк. Древесно-стружечная плита двери прогрелась, расширилась и ее центр тяжести едва сместился, заставив слегка скрипнуть петли. Да что угодно… Я почти успокоил себя, но дурацкое чувство чужого присутствия не хотело отступать. Собравшись уже забить-таки на него железобетонный болт, я вдруг услышал голос… своего напарника. Он окликнул меня. Это повергло меня в небольшой ступор, потому что его не могло тут быть. Да и зачем? Если бы что-то случилось, он бы позвонил. Не успев найти логическое объяснение, я снова услышал его: «Лёха… Лёха-а-а»… Откликнуться на его призыв не было никакого желания. Может, я и вовсе еще сплю? Тем временем он продолжал шептать едва различимо: «Лёх… Лёха… Эй, посмотри сюда… Ну же… Лёха… Лёха»… От этого у меня мурашки побежали на спине. Мой затянутый в дремоту, как в болото, разум не придумал ничего лучше, чем притвориться спящим вне зависимости от того, что моему напарнику было нужно. Ведь будь это что-то срочное или серьезное, он бы давно растолкал меня… да я еще раньше проснулся бы, услышав, как он выламывает двери на лестничной площадке. Ведь так? Верно. Значит, решил приколоться или еще что. Ну и пошел он к черту. Но… как же он попал на второй этаж? Может, дубликат ключей выдали или еще что…
Додумать успокоительные отговорки я не успел: поток мыслей опять прервал его голос, на этот раз громче. Он все так же призывал посмотреть меня на что-то. Просто стоял в дверях, не двигаясь и звал меня по имени. «Посмотри, посмотри, посмотри, посмотри сюда!». Мне стало действительно не по себе с такого расклада. Что за чертовщина вообще происходит? Я хотел было вскочить и выбежать из комнаты, но меня будто парализовало. Инстинкт самосохранения сработал самым странным образом и велел мне оставаться на месте и не двигаться. И, главное, не открывать глаза. Ни за что.
— ТЫ ЖЕ СЛЫШИШЬ МЕНЯ, Я ЗНАЮ! ПОСМОТРИ СЮДА, ТОЛЬКО ОДНИМ ГЛАЗКОМ, ГЛЯНЬ! ДАВАЙ!
Он перешел на крик так резко, что я чуть не вздрогнул. С этого момента он просто орал, тараторил как из автомата, без остановки, как на аудиозаписи, ни на долю секунды не остановился, чтобы перевести дыхание:
— ПОСМОТРИПОСМОТРИПОСМТОРИСЮДАЛЁХАЭЙНУЖЕПОСМОТРИПОООСМОООТРИИИИИИ!
Голос перешел на визг.
Началось все, как всегда. Впрочем, как же еще все могло начаться? Мы играли в карты, травили байки, гоняли чаи и зависали в «Контакте» с телефонов. Даже обход сделали от скуки. Пошел третий час ночи и мы решили, что пора бы спать. Стоит сказать, что в комнате охранников условий для удобного размещения туловища в горизонтальном положении, разумеется, не было и спали мы в офисном здании. Напарник спал в соседней комнате, табличка на двери, которой гласила«Комната отдыха водителей» на коротком и узком диванчике, который я ему с радостью уступил. Мои же«апартаменты» располагались этажом выше, в комнате неизвестного предназначения, на данный момент исполняющей роль своеобразного склада. Склада коробок со сборной мебелью. Особую ценность для меня представляли коробки со столешницами — длинные, широкие, ровные, они ровной стопочкой лежали у правой стены прямоугольной комнаты. Там я и погружался в объятия Морфея. Оба входа на второй этаж я закрывал за собой, дабы начальство, решившее проверить своих доблестных сотрудников, не ворвалось в комнату со спящим мной.
Пожелав спокойно ночи друг другу, мы разошлись по своим лежбищам. Дверь в комнату я оставлял слегка приоткрытой, чтобы в нее (комнату) попадал свет из коридора на случай, если придется резко вскочить и куда— либо побежать, дабы не нарваться на коробки с мебелью или не влететь в ту же дверь. Положив телогрейку под голову, я почти сразу же уснул. Спал, однако же, неспокойно, несколько раз просыпался за ночь ни с того ни с сего. Вот в одно из таких пробуждений я сквозь тягучую дрему почувствовал себя как-то не по себе. Я лежал лицом к стене, глаза мои были закрыты, а сознание немного заторможено, как это обычно бывает спросонья. Как бы это банально ни звучало, но я лежал и чувствовал, что со мной рядом еще кто-то есть. Будто воздух из-за его присутствия стал плотнее, а взгляд его буравил мне спину. Я с силой сжал веки, чтобы отогнать от себя это чувство, но тут вдруг услышал легкий скрип двери. Но я же один на всем этаже, ключи от дверей только у меня — без шума, чтобы не разбудить меня, влезть бы никто не смог. Если бы это было начальство, то сначала они проверили бы моего напарника, а он бы уж как-нибудь оттелефонировал мне, чтобы предупредить.
Просто скрип. Сквозняк. Древесно-стружечная плита двери прогрелась, расширилась и ее центр тяжести едва сместился, заставив слегка скрипнуть петли. Да что угодно… Я почти успокоил себя, но дурацкое чувство чужого присутствия не хотело отступать. Собравшись уже забить-таки на него железобетонный болт, я вдруг услышал голос… своего напарника. Он окликнул меня. Это повергло меня в небольшой ступор, потому что его не могло тут быть. Да и зачем? Если бы что-то случилось, он бы позвонил. Не успев найти логическое объяснение, я снова услышал его: «Лёха… Лёха-а-а»… Откликнуться на его призыв не было никакого желания. Может, я и вовсе еще сплю? Тем временем он продолжал шептать едва различимо: «Лёх… Лёха… Эй, посмотри сюда… Ну же… Лёха… Лёха»… От этого у меня мурашки побежали на спине. Мой затянутый в дремоту, как в болото, разум не придумал ничего лучше, чем притвориться спящим вне зависимости от того, что моему напарнику было нужно. Ведь будь это что-то срочное или серьезное, он бы давно растолкал меня… да я еще раньше проснулся бы, услышав, как он выламывает двери на лестничной площадке. Ведь так? Верно. Значит, решил приколоться или еще что. Ну и пошел он к черту. Но… как же он попал на второй этаж? Может, дубликат ключей выдали или еще что…
Додумать успокоительные отговорки я не успел: поток мыслей опять прервал его голос, на этот раз громче. Он все так же призывал посмотреть меня на что-то. Просто стоял в дверях, не двигаясь и звал меня по имени. «Посмотри, посмотри, посмотри, посмотри сюда!». Мне стало действительно не по себе с такого расклада. Что за чертовщина вообще происходит? Я хотел было вскочить и выбежать из комнаты, но меня будто парализовало. Инстинкт самосохранения сработал самым странным образом и велел мне оставаться на месте и не двигаться. И, главное, не открывать глаза. Ни за что.
— ТЫ ЖЕ СЛЫШИШЬ МЕНЯ, Я ЗНАЮ! ПОСМОТРИ СЮДА, ТОЛЬКО ОДНИМ ГЛАЗКОМ, ГЛЯНЬ! ДАВАЙ!
Он перешел на крик так резко, что я чуть не вздрогнул. С этого момента он просто орал, тараторил как из автомата, без остановки, как на аудиозаписи, ни на долю секунды не остановился, чтобы перевести дыхание:
— ПОСМОТРИПОСМОТРИПОСМТОРИСЮДАЛЁХАЭЙНУЖЕПОСМОТРИПОООСМОООТРИИИИИИ!
Голос перешел на визг.
Страница 1 из 2
