Максим прикурил сигарету и задумчиво взглянул на витрины небольших магазинчиков, ярко сверкающих новогодними гирляндами. До праздника оставалось всего несколько дней, а подарки еще не были куплены. Поэтому Максим решил потратить весь сегодняшний день именно на это занятие.
Добавить в моё избранное
7 мин, 16 сек 19234
Разве это не прекрасно?
Максим молча посмотрел на длинные ряды стеллажей.
— Это правда? Все, что вы говорите — это действительно не розыгрыш?
— Если бы это было шуткой, то она бы вошла в историю, как самая дорогостоящая. Посмотрите на все эти сувениры. Неужели вы думаете, что кто-то специально создавал бы это все для того, чтобы посмеяться над вами?
— Бред какой-то, — тряхнул головой Максим, — хорошо, я могу пройтись и посмотреть на эти ваши сувениры?
— Конечно, — продавец метнулся к столу и выудил из-под него небольшую корзинку, — вот, возьмите. С ней вам будет гораздо удобнее. Максим бродил по магазину и все больше осознавал, что все это никакой не розыгрыш. Он смахивал пыль с уже почти забытых событий его жизни, рассматривал их, и в зависимости от того, что было на них изображено, улыбался, смеялся или тяжко вздыхал. Когда корзинка, которую ему любезно предоставил продавец, уже наполнилась доверху, Максим снова оказался у входа.
— Вот. Эти я хотел бы выкупить, — произнес он, стараясь не смотреть на свои неприятные воспоминания.
— Давайте посчитаем, — улыбнулся продавец, — кстати, как вам экскурсия в прошлое?
— Да как вам сказать… — скривился Максим, — с одной стороны — много чего хорошего и интересного накопал, а с другой… Вот это вот все, — он кивнул на корзинку, — лучше бы не видел. Стояли бы лучше там под пылью и не показывались мне на глаза.
— Больше и не увидите, не переживайте, — закончил подсчет продавец, — здесь пятнадцать сувениров. С вас пятнадцать лет.
— Чего? Каких лет?
— Пятнадцать лет вашей жизни.
— То есть, за уничтожение плохих воспоминаний нужно расплачиваться своей жизнью?
— Нет разницы — негативные они или позитивные. За все воспоминания мы расплачиваемся жизнью. Чем вы так удивлены? Как можно приобрести воспоминания, не потратив на них своего времени? Это невозможно.
Максим, только обрадовавшийся от того, что он наконец-то избавится от этих сувениров, снова нахмурился.
— Но… Пятнадцать лет — это слишком много. Я не готов отдавать их.
Продавец понимающе закивал.
— Да, я понимаю. Сумма достаточно большая. Но, к сожалению, вам придется или платить, или жить дальше со всеми этими сувенирами, которые вы принесли в корзинке. Вы смахнули с них пыль, а это значит, что они теперь снова будут терзать вас. Да не по одному, а сразу всем скопом. Я даже не знаю, сколько пройдет времени, пока они снова не покроются пылью.
Максим покосился на корзинку и тут же с отвращением отвернулся.
— Не хочу помнить их…
— Да, я вижу, — покачал головой продавец, — здесь и статуэтка с предательством, и брелок с воровством, и медальон с обманом друга, и…
— Не обязательно вам рассматривать все это, — рявкнул Максим, — скидка есть какая-нибудь?
— К сожалению, нет, — покачал головой продавец.
— Эх…
— Максим на секунду задумался, — нет. Пятнадцать лет — это слишком много. Я не могу так просто ими разбрасываться.
С этими словами он нерешительно зашагал к выходу.
— Подождите, молодой человек, — сжалился продавец, — я вижу, как вам теперь тяжело. Хорошо, я пойду вам навстречу.
Максим остановился и посмотрел на продавца, который вытащил из-под стола какой-то небольшой предмет. Подойдя поближе, он взял его в руки и приблизил к глазам. Это был обычный стеклянный шарик на подставке, который нужно было встряхнуть для того, чтобы бутафорские снежинки начали изображать снегопад, медленно и красиво опускаясь на статуэтку, которая, при ближайшем рассмотрении снова оказалась его точной копией. Маленькая фигурка в центре шарика изображала Максима, открывающего дверь в эту самую сувенирную лавку, в которой он сейчас находился.
— Я готов продать вам этот сувенир всего за три года вашей жизни.
— Это воспоминание о посещении вашего магазина?
— Именно.
— И я не буду помнить ничего из того, что здесь произошло?
— Абсолютно.
— И все забытые воспоминания, которые я снова увидел на полках, тоже не вспомню?
— Нет.
— Я согласен.
— Вот и отлично, — улыбнулся продавец, — по рукам?
— По рукам.
Максим схватился за протянутую руку. Какие-то синеватые искорки побежали по его руке и перебежали на руку продавца, как будто впитавшись в его кожу.
— Вам упаковать сувенир или вы предпочтете разобраться с ним здесь?
— Здесь.
Максим взял в руки протянутый шарик и со всего размаха бросил его на пол. Сувенир разлетелся на маленькие кусочки, а молодой человек в это время уже закрывал за собой входную дверь.
— Не самый правильный выбор, — произнес продавец, глядя ему вслед, — есть такие вещи, за которые лучше переплатить один раз. Впрочем, это не мое дело. Жаль только, что мне сегодня придется задержаться на работе.
Максим молча посмотрел на длинные ряды стеллажей.
— Это правда? Все, что вы говорите — это действительно не розыгрыш?
— Если бы это было шуткой, то она бы вошла в историю, как самая дорогостоящая. Посмотрите на все эти сувениры. Неужели вы думаете, что кто-то специально создавал бы это все для того, чтобы посмеяться над вами?
— Бред какой-то, — тряхнул головой Максим, — хорошо, я могу пройтись и посмотреть на эти ваши сувениры?
— Конечно, — продавец метнулся к столу и выудил из-под него небольшую корзинку, — вот, возьмите. С ней вам будет гораздо удобнее. Максим бродил по магазину и все больше осознавал, что все это никакой не розыгрыш. Он смахивал пыль с уже почти забытых событий его жизни, рассматривал их, и в зависимости от того, что было на них изображено, улыбался, смеялся или тяжко вздыхал. Когда корзинка, которую ему любезно предоставил продавец, уже наполнилась доверху, Максим снова оказался у входа.
— Вот. Эти я хотел бы выкупить, — произнес он, стараясь не смотреть на свои неприятные воспоминания.
— Давайте посчитаем, — улыбнулся продавец, — кстати, как вам экскурсия в прошлое?
— Да как вам сказать… — скривился Максим, — с одной стороны — много чего хорошего и интересного накопал, а с другой… Вот это вот все, — он кивнул на корзинку, — лучше бы не видел. Стояли бы лучше там под пылью и не показывались мне на глаза.
— Больше и не увидите, не переживайте, — закончил подсчет продавец, — здесь пятнадцать сувениров. С вас пятнадцать лет.
— Чего? Каких лет?
— Пятнадцать лет вашей жизни.
— То есть, за уничтожение плохих воспоминаний нужно расплачиваться своей жизнью?
— Нет разницы — негативные они или позитивные. За все воспоминания мы расплачиваемся жизнью. Чем вы так удивлены? Как можно приобрести воспоминания, не потратив на них своего времени? Это невозможно.
Максим, только обрадовавшийся от того, что он наконец-то избавится от этих сувениров, снова нахмурился.
— Но… Пятнадцать лет — это слишком много. Я не готов отдавать их.
Продавец понимающе закивал.
— Да, я понимаю. Сумма достаточно большая. Но, к сожалению, вам придется или платить, или жить дальше со всеми этими сувенирами, которые вы принесли в корзинке. Вы смахнули с них пыль, а это значит, что они теперь снова будут терзать вас. Да не по одному, а сразу всем скопом. Я даже не знаю, сколько пройдет времени, пока они снова не покроются пылью.
Максим покосился на корзинку и тут же с отвращением отвернулся.
— Не хочу помнить их…
— Да, я вижу, — покачал головой продавец, — здесь и статуэтка с предательством, и брелок с воровством, и медальон с обманом друга, и…
— Не обязательно вам рассматривать все это, — рявкнул Максим, — скидка есть какая-нибудь?
— К сожалению, нет, — покачал головой продавец.
— Эх…
— Максим на секунду задумался, — нет. Пятнадцать лет — это слишком много. Я не могу так просто ими разбрасываться.
С этими словами он нерешительно зашагал к выходу.
— Подождите, молодой человек, — сжалился продавец, — я вижу, как вам теперь тяжело. Хорошо, я пойду вам навстречу.
Максим остановился и посмотрел на продавца, который вытащил из-под стола какой-то небольшой предмет. Подойдя поближе, он взял его в руки и приблизил к глазам. Это был обычный стеклянный шарик на подставке, который нужно было встряхнуть для того, чтобы бутафорские снежинки начали изображать снегопад, медленно и красиво опускаясь на статуэтку, которая, при ближайшем рассмотрении снова оказалась его точной копией. Маленькая фигурка в центре шарика изображала Максима, открывающего дверь в эту самую сувенирную лавку, в которой он сейчас находился.
— Я готов продать вам этот сувенир всего за три года вашей жизни.
— Это воспоминание о посещении вашего магазина?
— Именно.
— И я не буду помнить ничего из того, что здесь произошло?
— Абсолютно.
— И все забытые воспоминания, которые я снова увидел на полках, тоже не вспомню?
— Нет.
— Я согласен.
— Вот и отлично, — улыбнулся продавец, — по рукам?
— По рукам.
Максим схватился за протянутую руку. Какие-то синеватые искорки побежали по его руке и перебежали на руку продавца, как будто впитавшись в его кожу.
— Вам упаковать сувенир или вы предпочтете разобраться с ним здесь?
— Здесь.
Максим взял в руки протянутый шарик и со всего размаха бросил его на пол. Сувенир разлетелся на маленькие кусочки, а молодой человек в это время уже закрывал за собой входную дверь.
— Не самый правильный выбор, — произнес продавец, глядя ему вслед, — есть такие вещи, за которые лучше переплатить один раз. Впрочем, это не мое дело. Жаль только, что мне сегодня придется задержаться на работе.
Страница 2 из 3
