Я встретился с Джастином в 1995 году, когда ему было шесть. Он находился тогда в Педиатрическом центре интенсивной терапии. Сотрудники пригласили меня, попросив как-то повлиять на этого ребенка, чтобы он прекратил бросать в них фекалии и еду…
Добавить в моё избранное
11 мин, 41 сек 7539
За это время логопеды помогли ему научиться говорить и давали много вербальной информации, пополняя его словарный запас. Его мозг, казалось, был подобен губке, жаждущей необходимых ему впечатлений и охотно впитывающей их в себя. Спустя две недели он поправился настолько, что его можно было выписать из больницы и устроить в приемную семью. На нашей памяти это было самое быстрое выздоровление ребенка, жившего в условиях крайней запущенности. Хотя мы предложили свои услуги новой медицинской команде, курировавшей Джастина, в конце концов, мы потеряли его след из-за огромного потока пациентов, которыми начала заниматься наша группа.
Однако примерно через два года в клинику пришло письмо от его семьи. Джастин продолжал делать успехи, быстро оставляя позади этапы развития, которые никто даже не ожидал, что он достигнет. Теперь, в восемь лет, он мог пойти в первый класс. К письму была приложена фотография Джастина при полном параде, с коробочкой для завтрака в руках и с рюкзаком за спиной стоящего возле школьного автобуса. На обратной стороне письма Джастин сам написал карандашом:
«Спасибо Вам, доктор Перри. Джастин».
Однако примерно через два года в клинику пришло письмо от его семьи. Джастин продолжал делать успехи, быстро оставляя позади этапы развития, которые никто даже не ожидал, что он достигнет. Теперь, в восемь лет, он мог пойти в первый класс. К письму была приложена фотография Джастина при полном параде, с коробочкой для завтрака в руках и с рюкзаком за спиной стоящего возле школьного автобуса. На обратной стороне письма Джастин сам написал карандашом:
«Спасибо Вам, доктор Перри. Джастин».
Страница 4 из 4
