Мама ищет меня Не так давно в одном из подмосковных частных домов случилось ЧП. Строение сгорело дотла, оставив после себя лишь кучу пепла и, распространившийся на километры, запах гари.
Добавить в моё избранное
8 мин, 6 сек 6838
Когда я оделась, папа подошел, взял меня за руку и повел в их комнату. По дороге я вспомнила, что в холодильнике лежит мороженное, и решила, что надо угостить мамочку. Хотела сходить на кухню, но папа не разжал свою руку. Теперь уже, крепко держа, он тащил меня. Мне стало очень страшно. Я заплакала, но ему было все равно.
Подойдя к двери он опустился на одно колено передо мной. Он сказал: «Солнышко. Будь ласкова с мамочкой, она все еще больна. Но сейчас ты покормишь ее, и ей обязательно станет лучше». Он открыл дверь, силой толкнул меня в комнату и закрыл ее за моей спиной.
Я упала и, поднявшись, сразу же повернулась лицом к двери, крикнув папе, что он забыл дать мне еду. Но в ответ звучал, лишь папин плачь, напоминающий какой-то вой.
Здесь так неприятно пахнет. «Мамочка?» — спросила я. Где-то в другом конце комнаты, за кроватью, послышались звуки движения, сопровождавшиеся металлическим лязганьем, которое я слышала раньше.«Мама?» — повторила я. Тишина.
Зажимая одной рукой нос, я сделала шаг вдоль стены и, нащупав рукой выключатель, щелкнула им. Свет зажегся всего на секунду. Этого хватило, что бы я, наконец, увидела свою маму.
Она стояла в нескольких метрах от меня и тянула ко мне испачканные кровью руки. Ее шея была застегнута в собачий строгий ошейник, который острыми шипами впивался ей в шею. От ошейника к стене тянулась толстая металлическая цепь, не дававшая ей дотянуться до меня. Теперь понятно, что за звук я слышала из этой комнаты.
Ее глаза… это не были глаза моей мамочки. Красные, налитые кровью бешенные наполненные ненавистью и злобой. Весь рот так же был перепачкан кровью. Когда она разомкнула губы, я увидела длинные острые тонкие, местами отсутствующие зубы. Ими она, издавая громкие щелчки, резко смыкая их, смотря прямо на меня. Я, наконец, поняла. Мамочкина еда — стоит прямо перед ней. Нарядная, в платье.
От страха я попятилась и опустила глаза. На полу валялись обглоданные останки какой-то собаки и… доктора, что приходил к нам несколько дней назад. Рядом лежали клещи и вырванные острые зубы. Думаю, папочка, таким образом, пытался вылечить маму. Думаю, у него ничего не получилось. Мама очень голодна.
Как я и сказала, прошло всего пару секунд, как мама махнула рукой и задела люстру. Вместе со звоном стекла, комната вновь погрузилась в темноту. В темноту, из которой часто-часто звучали щелканья зубами.
Я упала на колени и попыталась выползти отсюда. Осколки впивались и резали мои колени, но я не чувствовала боли. Дверь была заперта. Папа запер меня здесь.
Я поползла в сторону, пока не уткнулась в шкаф. В их комнате стоял огромный деревянный гардероб. Открыв его, я заползла вовнутрь и закрыла за собой дверь. Спустя какое-то время щелчки прекратились.
4 апреля 2014 (несколькими часами позднее).
Я сижу в шкафу. Слушаю тяжелое мамино дыхание. Звон цепочки. Я знаю, она пытается освободиться.
На улице уже светло. Через щель открывается небольшой обзор на дверь в комнату. С негромким скрипом она открылась, и в комнату вошел папа. С его появлением снова раздались щелчки. Мамочка очень голодна.
Папа пытается говорить с ней. Он спрашивает, почему она не поправляется, почему она все еще голодна? Он же скормил ей их дочь. Он же скормил меня! Мама ничего не отвечает, только щелкает зубами и издает хриплые звуки, напоминающие рычание собаки.
Я чувствую запах газа. Папа просит у нее прощения и говорит, что это единственный выход. Он поднимает руку, в которой у него что-то есть. Кажется это зажигалка. Я поняла, что он хочет сделать.
В этот момент раздался какой-то шум. Папа упал на спину, и мамочка набросилась на него. Значит, ей все-таки удалось освободиться от цепи. Она, словно изголодавшийся зверь, начинает обгладывать его лицо и тело. Она с легкостью рвет плоть и отделяет кости друг от друга. Я сдерживаюсь изо всех сил, что бы не закричать. Я знаю что будет со мной, если я закричу. Внезапно мама вздрогнула и замерла. Она подняла голову и огляделась вокруг. Я думаю, случилось нечто ужасное. Мама вспомнила, что где-то в доме должна быть я. Не поднимаясь на ноги, на руках и ногах она рывком выбежала из комнаты.
А я сижу в этом гардеробе и пишу. Хорошо, что мой блокнотик со мной. Наверное, я делаю последнюю запись в своей жизни. Я слышу, как она бегает по дому и щелкает зубами. Мама ищет меня. Несколько раз забегает в комнату, но почти сразу же покидает ее. Она не знает где я, но знает что я где-то рядом. Может она чует меня?
Запах газа стал совсем резкий. Рядом с изуродованным папиным телом лежит его зажигалка, которую он так и не успел зажечь. Думаю, у меня получится. Если нет, то пускай тот, кто найдет эти записи, знает, что здесь произошло. Если да, то, скорее всего, никто никогда ничего уже не узнает. Сейчас она в другой комнате. Думаю я успею. Я должна попытаться. Прощайте.
На этом запись заканчивается.
Подойдя к двери он опустился на одно колено передо мной. Он сказал: «Солнышко. Будь ласкова с мамочкой, она все еще больна. Но сейчас ты покормишь ее, и ей обязательно станет лучше». Он открыл дверь, силой толкнул меня в комнату и закрыл ее за моей спиной.
Я упала и, поднявшись, сразу же повернулась лицом к двери, крикнув папе, что он забыл дать мне еду. Но в ответ звучал, лишь папин плачь, напоминающий какой-то вой.
Здесь так неприятно пахнет. «Мамочка?» — спросила я. Где-то в другом конце комнаты, за кроватью, послышались звуки движения, сопровождавшиеся металлическим лязганьем, которое я слышала раньше.«Мама?» — повторила я. Тишина.
Зажимая одной рукой нос, я сделала шаг вдоль стены и, нащупав рукой выключатель, щелкнула им. Свет зажегся всего на секунду. Этого хватило, что бы я, наконец, увидела свою маму.
Она стояла в нескольких метрах от меня и тянула ко мне испачканные кровью руки. Ее шея была застегнута в собачий строгий ошейник, который острыми шипами впивался ей в шею. От ошейника к стене тянулась толстая металлическая цепь, не дававшая ей дотянуться до меня. Теперь понятно, что за звук я слышала из этой комнаты.
Ее глаза… это не были глаза моей мамочки. Красные, налитые кровью бешенные наполненные ненавистью и злобой. Весь рот так же был перепачкан кровью. Когда она разомкнула губы, я увидела длинные острые тонкие, местами отсутствующие зубы. Ими она, издавая громкие щелчки, резко смыкая их, смотря прямо на меня. Я, наконец, поняла. Мамочкина еда — стоит прямо перед ней. Нарядная, в платье.
От страха я попятилась и опустила глаза. На полу валялись обглоданные останки какой-то собаки и… доктора, что приходил к нам несколько дней назад. Рядом лежали клещи и вырванные острые зубы. Думаю, папочка, таким образом, пытался вылечить маму. Думаю, у него ничего не получилось. Мама очень голодна.
Как я и сказала, прошло всего пару секунд, как мама махнула рукой и задела люстру. Вместе со звоном стекла, комната вновь погрузилась в темноту. В темноту, из которой часто-часто звучали щелканья зубами.
Я упала на колени и попыталась выползти отсюда. Осколки впивались и резали мои колени, но я не чувствовала боли. Дверь была заперта. Папа запер меня здесь.
Я поползла в сторону, пока не уткнулась в шкаф. В их комнате стоял огромный деревянный гардероб. Открыв его, я заползла вовнутрь и закрыла за собой дверь. Спустя какое-то время щелчки прекратились.
4 апреля 2014 (несколькими часами позднее).
Я сижу в шкафу. Слушаю тяжелое мамино дыхание. Звон цепочки. Я знаю, она пытается освободиться.
На улице уже светло. Через щель открывается небольшой обзор на дверь в комнату. С негромким скрипом она открылась, и в комнату вошел папа. С его появлением снова раздались щелчки. Мамочка очень голодна.
Папа пытается говорить с ней. Он спрашивает, почему она не поправляется, почему она все еще голодна? Он же скормил ей их дочь. Он же скормил меня! Мама ничего не отвечает, только щелкает зубами и издает хриплые звуки, напоминающие рычание собаки.
Я чувствую запах газа. Папа просит у нее прощения и говорит, что это единственный выход. Он поднимает руку, в которой у него что-то есть. Кажется это зажигалка. Я поняла, что он хочет сделать.
В этот момент раздался какой-то шум. Папа упал на спину, и мамочка набросилась на него. Значит, ей все-таки удалось освободиться от цепи. Она, словно изголодавшийся зверь, начинает обгладывать его лицо и тело. Она с легкостью рвет плоть и отделяет кости друг от друга. Я сдерживаюсь изо всех сил, что бы не закричать. Я знаю что будет со мной, если я закричу. Внезапно мама вздрогнула и замерла. Она подняла голову и огляделась вокруг. Я думаю, случилось нечто ужасное. Мама вспомнила, что где-то в доме должна быть я. Не поднимаясь на ноги, на руках и ногах она рывком выбежала из комнаты.
А я сижу в этом гардеробе и пишу. Хорошо, что мой блокнотик со мной. Наверное, я делаю последнюю запись в своей жизни. Я слышу, как она бегает по дому и щелкает зубами. Мама ищет меня. Несколько раз забегает в комнату, но почти сразу же покидает ее. Она не знает где я, но знает что я где-то рядом. Может она чует меня?
Запах газа стал совсем резкий. Рядом с изуродованным папиным телом лежит его зажигалка, которую он так и не успел зажечь. Думаю, у меня получится. Если нет, то пускай тот, кто найдет эти записи, знает, что здесь произошло. Если да, то, скорее всего, никто никогда ничего уже не узнает. Сейчас она в другой комнате. Думаю я успею. Я должна попытаться. Прощайте.
На этом запись заканчивается.
Страница 2 из 3
