— Доброй ночи, моё солнышко, — дверь стала закрываться со скрипом.
Добавить в моё избранное
6 мин, 5 сек 19799
Он отскочил от окна и медленно побежал вдоль улицы. В ночнушке я выбежала за ним, не осознавая, что волк — это свирепый лесной хищник. На улице никого не было, кроме меня и зверя. Я бежала за ним изо всех сил, пытаясь не отстать. Он привёл меня к той лавке, на которой мы сидели вместе с твоим отцом в вечер нашего знакомства. Луна скрылась за облаком, обнажив человеческую плоть волка. В изорванном балахоне на земле лежал мужчина, которого я любила больше всего на свете. Весь в поту, он тихо сказал: «Прости». Вышедшая из-за тучи луна осветила тело мужчины. Его кости стали ломаться с диким треском, сам он ревел от боли, а из кожи стали прорастать клочки шерсти. Мне стало страшно. Тот миф, за который я держалась, что зверь не может причинить мне боли развеялся, когда он набросился на меня. Волк вцепился мне в плечо, оставив шрам на всю жизнь. Дикость в его глазах окончательно вытеснила знакомые черты. Лишь крик людей с другого берега спугнул зверя. Он убежал в рощу, оглядываясь на меня. Я лежала на земле, ничего не понимая. Боль, исходящая из раны, усиливалась. На помощь ко мне прибежали всё те же люди, чей крик спас меня. Дальше дело оставалось за малым. В тот же вечер они показали меня врачу, сказав, что меня покусала огромная собака. Я не стала им перечить и решила оставить всё в секрете.
— В это слишком трудно поверить даже мне.
— Понимаю… Эта история, словно дивный сон, что будоражит сознание: красивая сказка, но с печальным концом. Единственное, что осталось у меня от него — это шрамы и ты… Порой я смотрю на луну и думаю о нём, чей мех серебрится по ночам. Где он сейчас! Жив ли! Возможно, это мы никогда не узнаем. Но так хочется знать, что с ним, всё хорошо и то, что он бежит по бескрайнему полю, а в лапах его стелются полевые цветы, источающие неповторимый аромат. Эх… Так или иначе, нам не понять его звериную натуру…
Мальчик закрыл глаза. Та история казалась ему, причудницы сказкой, рассказанной матерью, чтобы он уснул поскорее. Женщина перевела взгляд с ребёнка на окно. Полная луна освещала то самое создание, что было диким для мира людей и слишком чувственным для животных. Сквозь стёкла белый волк наблюдал, как мать укладывают своё любимое чадо спать. Женщина тихо всплакнула, увидев его за окном. Даже спустя столько лет она оставалась верна зверю, что при последней их встречи оставил шрамы. Женщина тихо прошептала: «Уходи» и волк, будто понимая её, отринул от окна и пошёл вдоль по улицы, завывая свою песню о луне.
— В это слишком трудно поверить даже мне.
— Понимаю… Эта история, словно дивный сон, что будоражит сознание: красивая сказка, но с печальным концом. Единственное, что осталось у меня от него — это шрамы и ты… Порой я смотрю на луну и думаю о нём, чей мех серебрится по ночам. Где он сейчас! Жив ли! Возможно, это мы никогда не узнаем. Но так хочется знать, что с ним, всё хорошо и то, что он бежит по бескрайнему полю, а в лапах его стелются полевые цветы, источающие неповторимый аромат. Эх… Так или иначе, нам не понять его звериную натуру…
Мальчик закрыл глаза. Та история казалась ему, причудницы сказкой, рассказанной матерью, чтобы он уснул поскорее. Женщина перевела взгляд с ребёнка на окно. Полная луна освещала то самое создание, что было диким для мира людей и слишком чувственным для животных. Сквозь стёкла белый волк наблюдал, как мать укладывают своё любимое чадо спать. Женщина тихо всплакнула, увидев его за окном. Даже спустя столько лет она оставалась верна зверю, что при последней их встречи оставил шрамы. Женщина тихо прошептала: «Уходи» и волк, будто понимая её, отринул от окна и пошёл вдоль по улицы, завывая свою песню о луне.
Страница 2 из 2
