Представьте себе игру на выживание, в которой вам и вашим коллегам по работе противостоит отряд обезьян-капуцинов. Обе команды сбрасываются в дикий африканский лес без всякого снаряжения — нет спичек, ножей, обуви, рыболовных крючков, одежды, антибиотиков, кастрюлей, верёвок, оружия. Год спустя команда с наибольшим числом выживших объявляется победителем. На какую команду вы бы сделали ставку?
Добавить в моё избранное
4 мин, 15 сек 17493
В-четвёртых, наша способность к инновациям зависит от размера нашего коллективного разума, который, в свою очередь, зависит от способности социальных норм к стимулированию людей придумывать новые идеи и практики, делиться ими и рекомбинировать их.
В-пятых, существует фундаментальная связь между общественными институтами и психологией. Поскольку разные общества имеют разные нормы, институты, языки и технологии, у них формируются различия в манере рассуждений, ментальной эвристике, мотивациях и эмоциональных реакциях. Навязывание импортных институтов часто приводит к психологическим и социальным несовпадениям, что, как правило, оборачивается печальными результатами.
Наконец, людям не хватает определённого уровня рациональности, из-за чего мы ужасно плохо проектируем эффективные институты и организации (по крайней мере, на сегодняшний день). Я надеюсь, что, когда мы получим более глубокие выводы о природе человека и культурной эволюции, этот недостаток можно будет исправить. Пока этого не произошло, нам следует брать страницы из учебника культурной эволюции и создавать такие системы, которые, пользуясь методом вариаций и отбора, заставляют институты конкурировать. Таким способом мы сможем избавиться от проигравших и сохранить победителей.
Исследуя богатство взаимодействия и одновременной эволюции психологии, культуры, биологии, истории и генетики, мы обретаем возможность получить очень важные выводы о человеческой психологии. Это ещё не проторенный научный путь. Он обещает захватывающее путешествие в неизученные интеллектуальные земли для тех из нас, кто стремится понять особенности нашего вида.
В-пятых, существует фундаментальная связь между общественными институтами и психологией. Поскольку разные общества имеют разные нормы, институты, языки и технологии, у них формируются различия в манере рассуждений, ментальной эвристике, мотивациях и эмоциональных реакциях. Навязывание импортных институтов часто приводит к психологическим и социальным несовпадениям, что, как правило, оборачивается печальными результатами.
Наконец, людям не хватает определённого уровня рациональности, из-за чего мы ужасно плохо проектируем эффективные институты и организации (по крайней мере, на сегодняшний день). Я надеюсь, что, когда мы получим более глубокие выводы о природе человека и культурной эволюции, этот недостаток можно будет исправить. Пока этого не произошло, нам следует брать страницы из учебника культурной эволюции и создавать такие системы, которые, пользуясь методом вариаций и отбора, заставляют институты конкурировать. Таким способом мы сможем избавиться от проигравших и сохранить победителей.
Исследуя богатство взаимодействия и одновременной эволюции психологии, культуры, биологии, истории и генетики, мы обретаем возможность получить очень важные выводы о человеческой психологии. Это ещё не проторенный научный путь. Он обещает захватывающее путешествие в неизученные интеллектуальные земли для тех из нас, кто стремится понять особенности нашего вида.
Страница 2 из 2
