Одно из последних интервью исследователя аномальных явлений Вадима Черноброва. 18 мая пришла скорбная весть: на 52 году жизни после тяжелой болезни скончался уфолог, руководитель и идейный вдохновитель Общероссийского научно-исследовательского общественного объединения «Космопоиск» Вадим Чернобров. Ему до всего было дело.
Добавить в моё избранное
7 мин, 30 сек 9709
Например, каждый год он организовывал экспедиции на Кавказ, где искал следы древних цивилизаций. В частности, Вадим пытался разгадать загадки мегалитов, а также занимался поиском артефактов, связанных с небезызвестным обществом «Аненербе». Об этих и других вещах, связанных в том числе и с Битвой за Кавказ во время Великой Отечественной войны, мы беседовали с ним в одном из последних интервью…
«СП»:
— Вадим, как вы думаете, что нацисты из общества «Наследие предков» могли искать на Кавказе?
— Вы знаете, «Аненербе» — организация довольно большая, и специалисты там работали самого разного профиля. Нацисты могли, например, искать редкие или лекарственные растения для нужд Вермахта или другие вещи для научных исследований. Исторические раритеты, необычные с точки зрения эзотерики места. Да мало ли… Могли изучать обычаи и менталитет местных народностей с тем, чтобы привлечь их на свою сторону.
Полярник Евсеев — о белых медведях, розыгрышах и человеческом факторе.
«СП»:
— А что могли искать эсэсовцы в районе Кишинского каньона? Для чего они стремились уничтожить зубров в зубропарке под поселком Киши?
— Это своеобразный эзотерический шаг. Эсэсовцы просто хотели уничтожить культовое животное, как символ силы местного народа, его традиций.
«СП»:
— Кроме Адыгеи, где располагалось главное командование Вермахта, сотрудники «Аненербе» исследовали во время войны весь Кавказ. Почему ему было отдано такое значение?
— Потому что Кавказ — это самое узкое место на переходе из Азии или Африки в Европу, перекресток, который миновать очень сложно. Здесь до сих пор сохранились следы древних трагедий. Например, не так давно в одном из ущелий нашли несколько тысяч нательных крестиков. Видимо, какой-то народ заставили одномоментно отречься от христианской веры и перейти в какую-то другую — может быть, мусульманскую.
Разумеется, такие экзерсисы кроме как под угрозой смерти происходить не могли. А что делали те народы, которые не шли на предательство, желая сохранить свои национальные черты, веру, самобытность? Они уходили выше в горы, замедляясь в своей эволюции или просто исчезая. На Кавказе в замороженном состоянии существуют национальности, которые были уничтожены тысячи лет назад. В этом смысле Кавказ можно назвать заповедником древних народов, рас, возможно, и европейской, арийской. И это не могло не привлекать исследователей из «Аненербе».
«СП»:
— Что они еще там искали? Чашу Грааля?
— Я не уверен, что ее там искали. Возможно, ее поиск нацистами — это всего лишь легенда прикрытия. Потому что при любой подобной научной, научно-исследовательской или военной операции, которую проводило «Аненербе» всегда существовала кроме основной цели еще и цель прикрытия. Если вы хотите, чтобы никто не догадался, для чего вы приехали, вам совсем не обязательно говорить, что вы никому не скажете, зачем вы здесь. Напротив, вы должны всячески поддерживать какую-нибудь легенду, цель вашего приезда сюда. И, поверьте, это будет довольно убедительное прикрытие. Может быть, поиск Чаши Грааля и был той самой операцией прикрытия. По крайней мере, исторические документы в этом плане к Кавказу нас не отсылают…
Кавказ — это стратегически очень важный регион, точка перегиба: проходите ее — и все изменяется. То есть по сути Битва за Кавказ и за Сталинград — это точка бифуркации истории: кто кого пересилит. Например, если бы немцы вышли к границе с Турцией, та непременно вступила бы в войну на стороне Гитлера. Кроме того, за Кавказом находились колонии, которые в случае успехов нацистов моментально вспыхнули бы восстанием. Потому что нацисты, которые рвались к своим корням, появились бы как спасители, которые рядились в образы, привлекательные восточным народам. Ведь они всячески подчеркивали, что принадлежат германо-индийской или германо-арийской расе. И достичь Индии для них означало то же самое, что и для индусов достичь нирваны. Но Индия без Кавказа недостижима, по крайней мере, здесь проходит кратчайший путь в Индокитай.
«СП»:
— Кроме исторических и расовых изысканий «Аненербе» что-то еще изучало?
— «Аненербе» могло быть занято среди прочего поиском высоких технологий, заключенных, например, в древних мегалитах. На Кавказе ведь встречаются, скажем, такие интересные объекты, как дольмены — сооружения из камней. И это не просто нагромождения булыжников. В Адыгее, например, есть ущелье Белой реки, которое тянется с низовья высоко в горы. Я исследовал историю того, как немцы захватывали это ущелье.
Их наступление остановили практически у поселка Гузерипль, где их намертво заперли в ущелье. В чем секрет успеха? А в том, что место для обороны было выбрано идеально. Изучая, где находились стрелковые ячейки наших солдат, я столкнулся, прежде всего, с тем, что местные исследователи, когда я их просил показать мне древние памятники, однажды привели к непонятным, по их словам, каменным сооружениям, которые уже были разрушены.
«СП»:
— Вадим, как вы думаете, что нацисты из общества «Наследие предков» могли искать на Кавказе?
— Вы знаете, «Аненербе» — организация довольно большая, и специалисты там работали самого разного профиля. Нацисты могли, например, искать редкие или лекарственные растения для нужд Вермахта или другие вещи для научных исследований. Исторические раритеты, необычные с точки зрения эзотерики места. Да мало ли… Могли изучать обычаи и менталитет местных народностей с тем, чтобы привлечь их на свою сторону.
Полярник Евсеев — о белых медведях, розыгрышах и человеческом факторе.
«СП»:
— А что могли искать эсэсовцы в районе Кишинского каньона? Для чего они стремились уничтожить зубров в зубропарке под поселком Киши?
— Это своеобразный эзотерический шаг. Эсэсовцы просто хотели уничтожить культовое животное, как символ силы местного народа, его традиций.
«СП»:
— Кроме Адыгеи, где располагалось главное командование Вермахта, сотрудники «Аненербе» исследовали во время войны весь Кавказ. Почему ему было отдано такое значение?
— Потому что Кавказ — это самое узкое место на переходе из Азии или Африки в Европу, перекресток, который миновать очень сложно. Здесь до сих пор сохранились следы древних трагедий. Например, не так давно в одном из ущелий нашли несколько тысяч нательных крестиков. Видимо, какой-то народ заставили одномоментно отречься от христианской веры и перейти в какую-то другую — может быть, мусульманскую.
Разумеется, такие экзерсисы кроме как под угрозой смерти происходить не могли. А что делали те народы, которые не шли на предательство, желая сохранить свои национальные черты, веру, самобытность? Они уходили выше в горы, замедляясь в своей эволюции или просто исчезая. На Кавказе в замороженном состоянии существуют национальности, которые были уничтожены тысячи лет назад. В этом смысле Кавказ можно назвать заповедником древних народов, рас, возможно, и европейской, арийской. И это не могло не привлекать исследователей из «Аненербе».
«СП»:
— Что они еще там искали? Чашу Грааля?
— Я не уверен, что ее там искали. Возможно, ее поиск нацистами — это всего лишь легенда прикрытия. Потому что при любой подобной научной, научно-исследовательской или военной операции, которую проводило «Аненербе» всегда существовала кроме основной цели еще и цель прикрытия. Если вы хотите, чтобы никто не догадался, для чего вы приехали, вам совсем не обязательно говорить, что вы никому не скажете, зачем вы здесь. Напротив, вы должны всячески поддерживать какую-нибудь легенду, цель вашего приезда сюда. И, поверьте, это будет довольно убедительное прикрытие. Может быть, поиск Чаши Грааля и был той самой операцией прикрытия. По крайней мере, исторические документы в этом плане к Кавказу нас не отсылают…
Кавказ — это стратегически очень важный регион, точка перегиба: проходите ее — и все изменяется. То есть по сути Битва за Кавказ и за Сталинград — это точка бифуркации истории: кто кого пересилит. Например, если бы немцы вышли к границе с Турцией, та непременно вступила бы в войну на стороне Гитлера. Кроме того, за Кавказом находились колонии, которые в случае успехов нацистов моментально вспыхнули бы восстанием. Потому что нацисты, которые рвались к своим корням, появились бы как спасители, которые рядились в образы, привлекательные восточным народам. Ведь они всячески подчеркивали, что принадлежат германо-индийской или германо-арийской расе. И достичь Индии для них означало то же самое, что и для индусов достичь нирваны. Но Индия без Кавказа недостижима, по крайней мере, здесь проходит кратчайший путь в Индокитай.
«СП»:
— Кроме исторических и расовых изысканий «Аненербе» что-то еще изучало?
— «Аненербе» могло быть занято среди прочего поиском высоких технологий, заключенных, например, в древних мегалитах. На Кавказе ведь встречаются, скажем, такие интересные объекты, как дольмены — сооружения из камней. И это не просто нагромождения булыжников. В Адыгее, например, есть ущелье Белой реки, которое тянется с низовья высоко в горы. Я исследовал историю того, как немцы захватывали это ущелье.
Их наступление остановили практически у поселка Гузерипль, где их намертво заперли в ущелье. В чем секрет успеха? А в том, что место для обороны было выбрано идеально. Изучая, где находились стрелковые ячейки наших солдат, я столкнулся, прежде всего, с тем, что местные исследователи, когда я их просил показать мне древние памятники, однажды привели к непонятным, по их словам, каменным сооружениям, которые уже были разрушены.
Страница 1 из 3
