Острый клык блестит как кинжал. Верхняя эмаль прочная как гранит, а лубяная основа не оставляет сомнений в механических свойствах опасно красивой белизны.
Добавить в моё избранное
77 мин, 6 сек 12518
Неожиданно большой оказалась челюсть. Верхние клыки резанули по щекам– ротовую полость заполнила кровь.
— Начало вашей трансформации, — ответил инквизитор, — вот, что происходит.
— Какой…
— Иксор хотел закончить фразу, но из горла вырвался громкий рык.
— Вы же не могли подумать, что мы оставим вас в живых после того, как боги Нового мира уже начали стирать расу абсолютов и их наследие первой крови из бытия. Ваши великие семейства, дома, рыцарство и традиции– все канет в лету, как только машина Левиафана сделает еще пару оборотов. И представьте себе, силы Света пошли на сделку с Тьмой, потому что это единственный способ положить начало перемирию в кровопролитной войне между Добром и Злом, Хаосом и Порядком, Светом и Тьмой. Вы создаете новые миры и новых богов, подчиняющихся вашей воле, и агрессия противоположностей вспыхивает с новой силой. Я понимаю, что ваш орден Драконов-охотников, крадущихся в сумерках, был попыткой создания регулярной армии на основе союза между Светом и Тьмой. Но надо признать, что первая попытка не всегда является удачной. Мы можем сделать миры более совершенными. Новая власть, передающаяся победителю по праву силы– вот будущее и Новый мир.
— Имматериальный мир, — прошептал рыцарь из последних сил.
— Что? — переспросил инквизитор.
— Вам есть что добавить?
— Имматериальный мир не позволит стирать целые пласты истории. Он обязательно выдаст ответ.
— Имматериальный мир, которым абсолюты и их боги-слуги так всех пугают, не что иное, как квантовое искажение реальности. Он существует ровно столько, сколько нашим кораблям требуется времени для преодоления межпростанственных коридоров. А вот вы, мой некогда могучий друг, через пару минут превратитесь в ужасное кровососущее существо. Этот алгоритм трансформации мы взяли из мира будущего, и как раз генетическая карта человеческой расы нам отлично в этом помогла.
— Как…
— Превратившись в чудовище, — продолжал инквизитор, — вы впадете в приступ голодной ярости. Жажда заставит вас разорвать в клочья двух невинных существ. И войны нашего Святого братства осуществлять казнь мятежного абсолюта, нарушившего закон. И таким образом, последний выживший на Дархейге, будет уничтожен.
— Та ты все знал! Неужели нападение на крепость подстроило Святое братство? Вирус, синтезируемый в будущем из последних наших потомков. Только настоящий комбинатор времени смог бы реализовать подобную схему уничтожения. Нужно как-то выбираться отсюда и желательно без причинения вреда людям. Гидракус, ты здесь? Вот теперь мне ты очень нужен, и боюсь, что нужен как никогда.
Древний демон Космоса молчал. Его слова больше не щекотали голову ядовитыми идеями и предложениями. И коварный магистр тоже не выказывал своего присутствия. Обычно его слова стрекотали в голове как щупальца медуз. Кто бы только мог подумать, что внутри души абсолюта смогут найти приют такие две сущности как побитый демон и рыцарь-тиран. Это было странно и страшно, ног в тоже время неожиданно приятно всегда сознавать, что ты находишься не один. Особенно о свободе мечтал Гидракус. Он действительно как мелкий обрубок от огромной гидры трепыхался и рос, набирая силы с каждым убитым Дзардом врагом. Рано или поздно гордому рыцарю дома Иксор пришлось бы расстаться с жизнью. В противном случае его бы ожидала судьба отступника или демонического мутанта, обречённого на вечные гонения по всему имматериальному миру. Так, он бы убивал своих сородичей и собратьев. А сейчас, похоже, он убьет двух невинных людей и навлечёт на собственные плечи справедливый топор инквизиции.
Сколько было умных и глупых мыслей. Но ни озвучить, ни осуществить ни одну из них Дзард же не мог. Вирус от раны распространился по всему телу, и сейчас его конечностями управляло нечто злое, голодное и абсолютное лишенное тепла и сострадания.
— Мама!
— Кира закричала, когда правая рука с громким щелчком разорвала державшие ее оковы. Металл треснул как бумага, а прижимавшая створки оков заклепка со скоростью пули отлетела в каменную стену.
— Я вижу, что процесс твоей деградации уже подходит к финальной стадии.
— Арга все происходившее в камере заключенных радовала так, словно он смотрел на сцене театра новейшую комедию.
— Буду ли у благородного сэра пожелания перед тем, как интеллект покинет его голову окончательно.
— Да!
— Дзарду приходилось кричать, надрывая все мышцы лица. Клыки резали плоть, язык стал длинным и мешался, а губы разошлись в неприличной ухмылке– они оголяли частокол острых зубов. Но четкие слова все еще могли выговариваться. И монстр их произносил.
— Где я?
— Что ты хочешь попросить? — переспросил инквизитор.
— Я не привык разговаривать с упырями.
— Где я нахожусь? — громче и уже не так чисто произнес Дзард.
— Планета?
— Это планета называется Скилл.
— Начало вашей трансформации, — ответил инквизитор, — вот, что происходит.
— Какой…
— Иксор хотел закончить фразу, но из горла вырвался громкий рык.
— Вы же не могли подумать, что мы оставим вас в живых после того, как боги Нового мира уже начали стирать расу абсолютов и их наследие первой крови из бытия. Ваши великие семейства, дома, рыцарство и традиции– все канет в лету, как только машина Левиафана сделает еще пару оборотов. И представьте себе, силы Света пошли на сделку с Тьмой, потому что это единственный способ положить начало перемирию в кровопролитной войне между Добром и Злом, Хаосом и Порядком, Светом и Тьмой. Вы создаете новые миры и новых богов, подчиняющихся вашей воле, и агрессия противоположностей вспыхивает с новой силой. Я понимаю, что ваш орден Драконов-охотников, крадущихся в сумерках, был попыткой создания регулярной армии на основе союза между Светом и Тьмой. Но надо признать, что первая попытка не всегда является удачной. Мы можем сделать миры более совершенными. Новая власть, передающаяся победителю по праву силы– вот будущее и Новый мир.
— Имматериальный мир, — прошептал рыцарь из последних сил.
— Что? — переспросил инквизитор.
— Вам есть что добавить?
— Имматериальный мир не позволит стирать целые пласты истории. Он обязательно выдаст ответ.
— Имматериальный мир, которым абсолюты и их боги-слуги так всех пугают, не что иное, как квантовое искажение реальности. Он существует ровно столько, сколько нашим кораблям требуется времени для преодоления межпростанственных коридоров. А вот вы, мой некогда могучий друг, через пару минут превратитесь в ужасное кровососущее существо. Этот алгоритм трансформации мы взяли из мира будущего, и как раз генетическая карта человеческой расы нам отлично в этом помогла.
— Как…
— Превратившись в чудовище, — продолжал инквизитор, — вы впадете в приступ голодной ярости. Жажда заставит вас разорвать в клочья двух невинных существ. И войны нашего Святого братства осуществлять казнь мятежного абсолюта, нарушившего закон. И таким образом, последний выживший на Дархейге, будет уничтожен.
— Та ты все знал! Неужели нападение на крепость подстроило Святое братство? Вирус, синтезируемый в будущем из последних наших потомков. Только настоящий комбинатор времени смог бы реализовать подобную схему уничтожения. Нужно как-то выбираться отсюда и желательно без причинения вреда людям. Гидракус, ты здесь? Вот теперь мне ты очень нужен, и боюсь, что нужен как никогда.
Древний демон Космоса молчал. Его слова больше не щекотали голову ядовитыми идеями и предложениями. И коварный магистр тоже не выказывал своего присутствия. Обычно его слова стрекотали в голове как щупальца медуз. Кто бы только мог подумать, что внутри души абсолюта смогут найти приют такие две сущности как побитый демон и рыцарь-тиран. Это было странно и страшно, ног в тоже время неожиданно приятно всегда сознавать, что ты находишься не один. Особенно о свободе мечтал Гидракус. Он действительно как мелкий обрубок от огромной гидры трепыхался и рос, набирая силы с каждым убитым Дзардом врагом. Рано или поздно гордому рыцарю дома Иксор пришлось бы расстаться с жизнью. В противном случае его бы ожидала судьба отступника или демонического мутанта, обречённого на вечные гонения по всему имматериальному миру. Так, он бы убивал своих сородичей и собратьев. А сейчас, похоже, он убьет двух невинных людей и навлечёт на собственные плечи справедливый топор инквизиции.
Сколько было умных и глупых мыслей. Но ни озвучить, ни осуществить ни одну из них Дзард же не мог. Вирус от раны распространился по всему телу, и сейчас его конечностями управляло нечто злое, голодное и абсолютное лишенное тепла и сострадания.
— Мама!
— Кира закричала, когда правая рука с громким щелчком разорвала державшие ее оковы. Металл треснул как бумага, а прижимавшая створки оков заклепка со скоростью пули отлетела в каменную стену.
— Я вижу, что процесс твоей деградации уже подходит к финальной стадии.
— Арга все происходившее в камере заключенных радовала так, словно он смотрел на сцене театра новейшую комедию.
— Буду ли у благородного сэра пожелания перед тем, как интеллект покинет его голову окончательно.
— Да!
— Дзарду приходилось кричать, надрывая все мышцы лица. Клыки резали плоть, язык стал длинным и мешался, а губы разошлись в неприличной ухмылке– они оголяли частокол острых зубов. Но четкие слова все еще могли выговариваться. И монстр их произносил.
— Где я?
— Что ты хочешь попросить? — переспросил инквизитор.
— Я не привык разговаривать с упырями.
— Где я нахожусь? — громче и уже не так чисто произнес Дзард.
— Планета?
— Это планета называется Скилл.
Страница 20 из 23
