Детство… для многих воспоминания из того времени подобны прекрасным снам о беззаботной жизни.
Добавить в моё избранное
13 мин, 24 сек 17040
Когда мы зашли домой, я угостила Друга вишнёвым пирогом, который испекла мама. Но Друг почему-то не ел. Тогда я доела за ним сама. А пока я ела, Друг пристально смотрел на меня своим глазом и улыбался. Тогда я предложила ему поиграть в мои игрушки. Хоть мой товарищ и не умел говорить, играть с ним было интересно. Мы просидели так до половины одиннадцатого вечера. И стоило мне посмотреть на часы и понять, что нужно лечь спать, пока не пришли родители, послышался звук ключа, который поворачивают в замочной скважине.
— Наверное мама, — поднимаясь с пола, на котором играя сидели мы с Другом, сказала я, — она поругает меня за то, что я ещё не сплю… ну ничего, зато я познакомлю её с тобой!
Я схватила за руку Друга и мы вдвоём кинулись к двери. Когда она открылась, я увидела маму. С какой-то странной коробкой в руках. Переноской, что ли, только маленькой.
— Аврора, ты почему ещё не спишь? — слышу я удивлённый тон мамы, но тут же перебиваю радостными криками:
— Мам, мам! Познакомься с моим новым другом, его так и зовут — Друг!
Я молча указала на Друга, стоящего с улыбкой на лице, если так можно это назвать. С натянутой такой улыбкой.
Мама долго осматривала Друга и потом вдруг внезапно, сказала:
— О ком ты говоришь, доченька? Ты выдумала себе друга?
— Нет, мама, я не выдумала, мама, вот же он! Ты что, его не видишь?
Мама вновь посмотрела на Друга, но потом резко перевела взгляд в противоположную сторону и сказала:
— Да, вижу, вон, рядом с вешалкой стоит.
Но как же так? Мама что, не видит Друга?
— Ну, так или иначе, — произнесла мама, посмотрев на меня, — у меня есть для тебя сюрприз!
И тут мама протянула мне коробку и открыла её. Я чуть не умерла от радости. Там, на подушке, лежал, закрыв глаза, маленький белый щеночек. Я мечтала о собаке с трёх лет, а тут сразу и так неожиданно мечта исполняется!
Я радостно, но аккуратно схватила коробку и повернулась в сторону Друга.
— Смотри, Друг, разве не здорово? У нас теперь будет щенок!
Я слышала, как посмеялась мама. Но меня это не волновало. Я смотрела на Друга и на его натянутую улыбку. Мне было весело. Просто чертовски весело!
— А ну-ка, живо спать!
Я, не оборачиваясь на добрый, но как обычно строгий голос мамы, схватив Друга за руку, кинулась к себе в комнату. Усевшись на кровати, я вытащила щенка из переноски и положила на свои колени. Тот блаженно засопел.
— Друг, выключи свет, пожалуйста!
Я посмотрела на Друга. Последний направился к выключателю и даже когда комнату окутала тьма, я всё равно смогла разглядеть улыбку. Натянутую улыбку.
— Друг, ты хочешь спать? — опять наивно спрашиваю я.
Вижу, как Друг мотает головой в разные стороны.
— Тогда подожди до утра, пока мы с ним поспим, хорошо?
Не дождавшись ответа, я сонно произнесла «спокойной ночи» обняла щенка и, повернувшись на бок, закрыв глаза, заснула.
Проснулась я от того, что над моим ухом кто-то громко, то ли фыркал, то ли чавкал, то ли рычал… неохотно раскрыв сначала правый глаз, потом левый, я увидела перед собой Друга. Его улыбка была натянутой. Измазанной кровью.
— Друг, что? — хотела было сказать я, но тут же спохватилась — где щенок!
Я быстро поднялась и, спрыгнув с кровати, осмотрела комнату. Всё измазано кровью. Абсолютно всё. Письменный стол сломан, занавески лежат на полу. Испачканные кровью. Из книжной полки куда-то пропали все книги, игрушки все разорваны в клочья. Пахло вокруг приторно— сладко. Даже до тошнотворности. И только когда я посмотрела в сторону окна, я увидела… своего щенка… лежащего на подоконнике… и его органы, лежащие отдельно от него… щенка, разорванного на части… вывернутого наизнанку… мёртвого…
— Д… д-друг, — дрожащим от набежавших на меня слёз голосом, произношу я, — это ты сделал?
Я посмотрела на него, а Друг лишь молча кивнул. С всё той же натянутой улыбкой.
— Как… как ты мог! Что он тебе сделал! За что ты так с ним обошёлся! Какой же ты после этого друг! Я тебя ненавижу! Уходи, я не хочу тебя видеть!
И впервые, впервые я увидела, как сползла с лица Друга, если его после этого можно так называть, улыбка и лицо его стало сердитым… он разозлился… на что? это я должна была злиться, а не он!
— Только я друг…
Я впервые в жизни услышала этот голос. Странный. Приятный и в то же время, противный. Я упала без чувств, не знаю, из-за чего и последним, что я видела, была всё та же улыбка… натянутая… и теперь уже страшная…
Проснулась я вся заплаканная, в холодном поту. Рядом, освещаемая лучами солнца, сидела мама.
— Почему ты так громко плакала? Тебе приснился страшный сон? — ласково поинтересовалась она, поглаживая меня по голове. И улыбаясь. Но как-то по-другому. Не так, как Друг. Не натянуто. Искренне.
— Наверное мама, — поднимаясь с пола, на котором играя сидели мы с Другом, сказала я, — она поругает меня за то, что я ещё не сплю… ну ничего, зато я познакомлю её с тобой!
Я схватила за руку Друга и мы вдвоём кинулись к двери. Когда она открылась, я увидела маму. С какой-то странной коробкой в руках. Переноской, что ли, только маленькой.
— Аврора, ты почему ещё не спишь? — слышу я удивлённый тон мамы, но тут же перебиваю радостными криками:
— Мам, мам! Познакомься с моим новым другом, его так и зовут — Друг!
Я молча указала на Друга, стоящего с улыбкой на лице, если так можно это назвать. С натянутой такой улыбкой.
Мама долго осматривала Друга и потом вдруг внезапно, сказала:
— О ком ты говоришь, доченька? Ты выдумала себе друга?
— Нет, мама, я не выдумала, мама, вот же он! Ты что, его не видишь?
Мама вновь посмотрела на Друга, но потом резко перевела взгляд в противоположную сторону и сказала:
— Да, вижу, вон, рядом с вешалкой стоит.
Но как же так? Мама что, не видит Друга?
— Ну, так или иначе, — произнесла мама, посмотрев на меня, — у меня есть для тебя сюрприз!
И тут мама протянула мне коробку и открыла её. Я чуть не умерла от радости. Там, на подушке, лежал, закрыв глаза, маленький белый щеночек. Я мечтала о собаке с трёх лет, а тут сразу и так неожиданно мечта исполняется!
Я радостно, но аккуратно схватила коробку и повернулась в сторону Друга.
— Смотри, Друг, разве не здорово? У нас теперь будет щенок!
Я слышала, как посмеялась мама. Но меня это не волновало. Я смотрела на Друга и на его натянутую улыбку. Мне было весело. Просто чертовски весело!
— А ну-ка, живо спать!
Я, не оборачиваясь на добрый, но как обычно строгий голос мамы, схватив Друга за руку, кинулась к себе в комнату. Усевшись на кровати, я вытащила щенка из переноски и положила на свои колени. Тот блаженно засопел.
— Друг, выключи свет, пожалуйста!
Я посмотрела на Друга. Последний направился к выключателю и даже когда комнату окутала тьма, я всё равно смогла разглядеть улыбку. Натянутую улыбку.
— Друг, ты хочешь спать? — опять наивно спрашиваю я.
Вижу, как Друг мотает головой в разные стороны.
— Тогда подожди до утра, пока мы с ним поспим, хорошо?
Не дождавшись ответа, я сонно произнесла «спокойной ночи» обняла щенка и, повернувшись на бок, закрыв глаза, заснула.
Проснулась я от того, что над моим ухом кто-то громко, то ли фыркал, то ли чавкал, то ли рычал… неохотно раскрыв сначала правый глаз, потом левый, я увидела перед собой Друга. Его улыбка была натянутой. Измазанной кровью.
— Друг, что? — хотела было сказать я, но тут же спохватилась — где щенок!
Я быстро поднялась и, спрыгнув с кровати, осмотрела комнату. Всё измазано кровью. Абсолютно всё. Письменный стол сломан, занавески лежат на полу. Испачканные кровью. Из книжной полки куда-то пропали все книги, игрушки все разорваны в клочья. Пахло вокруг приторно— сладко. Даже до тошнотворности. И только когда я посмотрела в сторону окна, я увидела… своего щенка… лежащего на подоконнике… и его органы, лежащие отдельно от него… щенка, разорванного на части… вывернутого наизнанку… мёртвого…
— Д… д-друг, — дрожащим от набежавших на меня слёз голосом, произношу я, — это ты сделал?
Я посмотрела на него, а Друг лишь молча кивнул. С всё той же натянутой улыбкой.
— Как… как ты мог! Что он тебе сделал! За что ты так с ним обошёлся! Какой же ты после этого друг! Я тебя ненавижу! Уходи, я не хочу тебя видеть!
И впервые, впервые я увидела, как сползла с лица Друга, если его после этого можно так называть, улыбка и лицо его стало сердитым… он разозлился… на что? это я должна была злиться, а не он!
— Только я друг…
Я впервые в жизни услышала этот голос. Странный. Приятный и в то же время, противный. Я упала без чувств, не знаю, из-за чего и последним, что я видела, была всё та же улыбка… натянутая… и теперь уже страшная…
Проснулась я вся заплаканная, в холодном поту. Рядом, освещаемая лучами солнца, сидела мама.
— Почему ты так громко плакала? Тебе приснился страшный сон? — ласково поинтересовалась она, поглаживая меня по голове. И улыбаясь. Но как-то по-другому. Не так, как Друг. Не натянуто. Искренне.
Страница 3 из 4
