Абортарий

Крышу было не очень видно, но небольшой фрагмент оказался более освещённым из-за отражения света фонарей и это напоминало что-то вроде островка света во тьме. Но суть не в этом, дело в том, что я мельком глянул на крышу и увидел там нечто странное. Прямо посреди этого освещённого места стоял стол, а за столом сидело пятеро человек, полностью одетых в чёрное, а перед ними стояли блюдца с чем-то бледным, вроде кучи спагетти. Это было очень странно, но меня не напугало. На той крыше часто бывают люди, особенно из конторки, которая находится в одном здании с абортарием. И я подумал, мало-ли, они устроили себе праздник ночной. Только вот, как стол такой громадный смогли притащить на крышу? Да и выглядели они почему-то абсолютно одинаково. Полностью одеты в чёрное, чёрные длинные волосы, а может это были капюшоны чёрные, чёрт знает. Чем дольше я вглядывался, тем страшнее и непонятнее становилось. Прошло уже минут пять, а никто из тех, что там сидели так и не сделали ни одного движения. Я пытался приглянуться в лицо единственного из присутствующих, который сидел ко мне лицом. Но никак не мог уловить черты лица, а видел сплошное бледное пятно и чёрные точки вместо глаз.

Действительно страшно стало, когда я услышал утробное бормотание, которое доносилось с их стороны. Не смог разобрать ни слова, звук был очень тихий и очень низкий, и звучал как засорившаяся труба. Но я отчётливо слышал пять разных голосов. Я попытался приглядеться максимально внимательно, чтобы засечь хоть какое-то движение, увидеть что за еда у них на столе. Тут я вспомнил про бинокль и побежал за ним. Когда я возвращался обратно, на балкон, какая-то часть меня рьяно отговаривала меня использовать бинокль, пойти дальше сидеть за компом и забыть, про эту хуйню.

Но я вышел на балкон, взглянул на крышу, приготовив бинокль, но там никого не было. Я вернулся в дом. Той ночью я не спал, всё думал об этом и думал.

Случилось это ночью 18 сентября 2006 года. Я решил, что это моё воображение. Всё было хорошо, пока я не вспомнил, что ровно четыре года назад, примерно в это-же время сюда приезжала полиция, в абортарий, что-то там случилось. Я решил порыть интернет и выяснить что к чему. Когда я нашёл, что искал, то кровь застыла у меня в венах от страха, когда я прочитал статью о том, что 18 сентября 2002 года была совершена облава на абортарий, где подпольно избавлялись от детей, причём не только нескольконедельных зародышей (как полагается по закону). В абортарии был найден целый склад мёртвых новорождённых детей, записи о клиентах, которые за деньги соглашались отдать своего новорождённого. Самым странным было то, что никто так и не нашёл с какой целью всё это делалось, никаких клиентов по покупке органов детей или стволовых клеток не было, все жертвы куда-то исчезали. Абортарий закрыли на время следствия, но так как ведущий дело комиссар и окружной прокурор умерли, дело передано было в другие руки. Короче говоря, абортарий снова работает, но под другим руководством и персоналом. Сама история заставила меня срать кирпичами, а вспомнив происшествие на крыше и сопоставив даты я вообще чуть сознание не потерял.

Прошло время. На дворе стояло 17 сентября 2007 года. Я ходил кругами по квартире и всё думал и думал. Стоит ли мне лезть не в своё дело? Сначала я даже сам хотел отправиться на крышу и ждать там ночи, но прокрутив в голове этот сценарий, решительно отказался. К вечеру, я решил, что просто буду ждать на балконе с биноклем и фотоаппаратом. Так и поступил.

Наступила ночь, на дворе уже было 18 сентября, а я сидел на балконе. Кстати, балкон у меня высокий и заделан фанерой, так что сидя ничего не видно, и чтобы что-то разглядеть мне нужно было встать. К двум часам ночи я ощутил резкий холод и весь покрылся гусиной кожей, клянусь, это было кошмарно, как будто меня обдали воздухом из морозилки. В голову сразу влезли кадры с места преступления, холодильные камеры с кучами зародышей и новорожденцов, густой пар конденсации поднимающийся от морозильников. И тут я услышал это бормотание. Гулкое, утробное бормотание, словно говорил какой-то мужчина у которого в горле застряло что-то водянистое и склизкое. Мне стало очень страшно, я всё никак не хотел подниматься, чтобы посмотреть.