Ад в египетских пирамидах

— Черт бы побрал этого профессора с его научными открытиями.

— Джон Стоун смачно сплюнул и сдвинул на затылок свою широкополую шляпу.

— Этот песок уже сыплется изо всех моих отверстий. Четвёртые сутки в пути и ни тебе куста, ни деревца. Как думаешь, Билли, долго нам ещё тащиться? Его путник даже не повернул головы. Край шляпы Билли Гранта уперся в его переносицу, а та часть лица, которая была доступна взору, застыла словно каменная. Ещё какое-то время мужчина молчал, может быть, размышляя над тем, стоит ли разговаривать с таким ничтожеством, и в конце концов снизошёл для разговора.

— Ты вообще, Джон, за каким чёртом сюда попёрся?

— За каким и ты, — ответил Стоун с вызовом. Лошадь под ним оступилась, и мужчина разразился непристойной бранью, но быстро успокоился и заговорил спокойным тоном.

— Я, Билли, с раннего детства наслушался сказок о пирамидах у Мемфиса. Имхотеп мне как отец родной. Не знаю, какой он там был строитель, но деньжат в пирамиду, наверное, положил немерено. Думаю, если профессор загребёт всё себе, это будет крайне несправедливо— Да с таким как ты, — улыбнулся Гранд, — профессору не достанутся даже от мертвого осла уши.

— А с таким как ты … Договорить Джон Стоун не успел. Его лошадь резко остановилась, а затем попятилась.

— Ты что, ковбой, домой собрался? — расхохотался Билли Грант.

— Так тебя же без денег ни одна шлюха к себе и на пушечный выстрел не подпустит. Кое-как справившись со своей лошадью, Джон Стоун приблизился к своему приятелю.

— Это дурной знак, Билли, — мужчина огляделся по сторонам.

— Как и то, что профессор Айсман русский. От русских никогда не знаешь чего ждать. Грант посмотрел на собеседника с нескрываемой усмешкой.

— Айсман русский? А я всю жизнь считал, что он еврей.

— Какая разница, — зашипел Стоун, — всё равно знак дурной. Мужчина немного помолчал, явно над чем-то размышляя, затем взволнованно спросил:

— А как ты думаешь, Билли, проводник не сбился с курса? У меня его заунывное нытьё уже в печёнках сидит. Может, его пристрелить, как бешеную собаку?

— Пристрели, — ухмыльнулся Грант.

— А потом лучше сам застрелись. В нескольких десятках метров от Билли и Джона катилась повозка, запряжённая парой лошадей. В ней профессор Айсман беседовал с доктором Нельсоном.

— Вы поймите, док, сейчас вся мировая общественность следит за ходом нашей научной экспедиции.

— Я не спорю, профессор, по поводу важности нашей экспедиции. Я только хочу вас предостеречь от неприятностей. Начнём с того, что команда ваша — сплошные головорезы. Вот хотя бы эта парочка — Билли Грант и Джон Стоун.

— Да бросьте вы, доктор, все они отличные ребята, да ведь и не в этом дело. Наша экспедиция… Прошло ещё много однообразных и нескончаемых дней. Когда у путешественников уже, казалось, не было ни надежды, ни сил, их взору открылась широкая равнина. На её краю возвышался ряд строений. В его в середине находилась пирамида фараона Джосера.

— О, боже! — воскликнул профессор.

— Вы только взгляните на это творение. Этому чуду около пяти тысяч лет! А высота пирамиды порядка шестидесяти метров! Путники смотрели в ту сторону, куда указывала рука профессора, и каждый думал о своем. Пирамида была выполнена в форме лестницы.

— По мнению египтян, — не унимался профессор, — фараоны должны были восходить по ней в небо. Это же первая каменная постройка в Египте! Вы представляете, что это должно значить, джентльмены? «Это значит, что сокровища там несметные» — подумал Джон Стоун, потирая руки.

— Я должен попасть в пирамиду как можно скорее, — воскликнул профессор и устремился вперёд. Проводник заговорил о чём-то очень быстро.

— Что он там лопочет? — поинтересовался Джон Стоун.

— Да кого интересует мнение этой обезьяны? — возмутился Билли Грант.

— Он говорит, что духи пирамиды могут прогневаться, если в пирамиду войти без разрешения, — пояснил доктор Нельсон— Какие духи?

— Рассмеялся Стоун.

— Малый совсем сдурел. Путешественники направились вслед за профессором. Вход в пирамиду был привален огромной глыбой. Профессор тщетно пытался отодвинуть её в сторону.

— Ну что же вы стоите, — обратился доктор к входящим в состав экспедиции рабочим, — помогите профессору! С большой неохотой от толпы отделилось несколько человек и направилось в сторону глыбы. Проводник снова что-то заговорил, но его уже никто не слушал. Мужчины обступили глыбу со всех сторон и принялись раскачивать её. Небо моментально заволокло тучами, и где-то совсем рядом послышался раскат грома.

— О, Боже мой, — произнёс один из рабочих.

— Это добром не кончится. Блеснула молния, и одновременно с ней прогрохотал гром. Поражённый молнией рабочий дико воскликнул и упал, широко раскинув руки. Доктор бросился к нему, но было уже поздно — тело несчастного полностью обгорело.