Мне снился плохой сон, — сказала Аня Косте. Они стояли на перроне…
274 мин, 35 сек 6531
Через некоторое время миссис Бенсон слегка оправилась, и супруги решили покинуть зловещее место. Они спустились с холма, перешли через железнодорожные пути и хотели было еще побродить по окрестностям, но вдруг их охватила страшная сонливость, они прилегли на траву и мгновенно заснули. Дальнейшее оба помнят — весьма смутно. Кажется, они оказались на железнодорожной станции Доркинг, в нескольких милях от Уоттона. Там сели в поезд и вернулись домой в Баттерси.
Следующие два года миссис Бенсон жила в смятении. Она не могла забыть ужаса, охватившего ее при появлении трех мрачных личностей в черном облачении. В конце концов, она решила, что сможет избавиться от преследующего ее наваждения только «вышибив клин клином». Не сказав мужу ни слова, миссис Бенсон в одиночку отправилась в злополучное место, чтобы снова подняться по тропинке на вершину холма и убедиться, что там по-прежнему
весело поют птицы и нет никаких личностей в черном.
Однако, подойдя к знакомой церкви, она увидела, что вокруг все стало по-другому. Прежде всего, не было тропинки, ведущей на вершину холма, потому что… холма тоже не было. Кругом простиралось ровное, плоское пространство. Никаких зарослей кустарника, никаких деревьев в радиусе примерно с километр.
Из разговора со старожилом миссис Бенсон узнала, что здесь нет и никогда не было ничего похожего на тот ландшафт, который она ему описала. И ни на одной из окрестных полян нет никакой скамьи тем более дубовой.
Возвратившись, домой, миссис Бенсон рассказала мужу и о том, что она там увидела. Тот, будучи человеком, сугубо практическим, счел рассказ супруги нелепой фантазией, и в следующее воскресенье сам решил разобраться во всем на месте. Но, приехав в городок и подойдя к церкви, мистер Бенсон, к своему огромному удивлению, понял, что супруга была права.
Этот случай стал известен члену Лондонского общества психических исследований доктору Мери Роуз Баррингтон. Искренность супругов Бенсон не вызывала у нее сомнения. Доктор Баррингтон стала изучать хроники Джона Эвелина в надежде найти в них ключ к разгадке удивительного происшествия. И нашла! Из хроник она узнала, что 16 марта 1696 года были казнены «три презренных негодяя, в их числе один священнослужитель, изобличенных как участники католического заговора с целью убийства короля Уильяма». Казнь, судя по описанию в хрониках, происходила в местности, очень похожей на ту, в которой очутились супруги Бенсон.
Мери Баррингтон считает, что Бенсоны смогли проникнуть в «аномальную реальность», и что их увлеченность творчеством Джона Эвелина непостижимым образом помогла им оказаться в его мире, существовавшем около 250 лет тому назад.
Карл Густав Юнг, знаменитый швейцарский психолог и философ, живо интересовался также оккультными науками и паранормальными явлениями. Он изучал астрологию и алхимию, внимательно следил за бурно развивавшейся в начале XX века парапсихологией. И самому Юнгу случалось бывать свидетелем, а то и участником, странных, не имеющих разумного объяснения событий. Одно из них, наверное, самое удивительное, он описал в автобиографической книге «Воспоминания, мечты, раздумья».
В 1913 году 38-летний Юнг, путешествуя вместе со своей приятельницей по Италии, посетил один из древнейших городов страны — Равенну. Среди сохранившихся там архитектурных памятников эпохи раннего средневековья выделялся построенный в V веке и знаменитый своими мозаиками мавзолей императрицы Галлы Плацидии. Особенно сильное впечатление на Юнга и его спутницу произвело мозаичное панно с изображением Христа, протягивающего руку, чтобы спасти тонущего апостола Петра. Завороженные великолепием мозаики, они простояли перед ней около получаса, делясь друг с другом впечатлениями. Юнг, в своих воспоминаниях не раз, возвращавшийся к поразившему его шедевру, решил непременно приобрести открытку с изображением мозаики. Однако она ни разу не попалась ему на глаза.
После возвращения в Цюрих Юнг посоветовал одному из своих друзей, собиравшемуся в Равенну, обязательно осмотреть мавзолей Галлы Плацидии и попросил его привезти открытку с изображением запавшей ему в душу мозаики. Тот охотно согласился, но, приехав в Равенну, понял, что ни он, ни кто-либо другой никогда не сможет выполнить просьбу Юнга. Дело в том, что никакого изображения поразившей его мозаики не могло существовать, потому что… не существовало и самой этой мозаики!
Это известие буквально потрясло выдающегося психиатра. Он допускал, что мог быть подвержен галлюцинации, но чтобы она одновременно появилась у двух здоровых и совершенно трезвых людей — в это верилось с трудом. Юнг сообщил сенсационную новость своей тогдашней спутнице. Она отказывалась верить, что в далекой Равенне перед ними мог возникнуть один и тот же шедевр-призрак. Однако то, что стену мавзолея Плацидии никогда не украшала мозаика, привидевшаяся им обоим, было абсолютно точно.
Следующие два года миссис Бенсон жила в смятении. Она не могла забыть ужаса, охватившего ее при появлении трех мрачных личностей в черном облачении. В конце концов, она решила, что сможет избавиться от преследующего ее наваждения только «вышибив клин клином». Не сказав мужу ни слова, миссис Бенсон в одиночку отправилась в злополучное место, чтобы снова подняться по тропинке на вершину холма и убедиться, что там по-прежнему
весело поют птицы и нет никаких личностей в черном.
Однако, подойдя к знакомой церкви, она увидела, что вокруг все стало по-другому. Прежде всего, не было тропинки, ведущей на вершину холма, потому что… холма тоже не было. Кругом простиралось ровное, плоское пространство. Никаких зарослей кустарника, никаких деревьев в радиусе примерно с километр.
Из разговора со старожилом миссис Бенсон узнала, что здесь нет и никогда не было ничего похожего на тот ландшафт, который она ему описала. И ни на одной из окрестных полян нет никакой скамьи тем более дубовой.
Возвратившись, домой, миссис Бенсон рассказала мужу и о том, что она там увидела. Тот, будучи человеком, сугубо практическим, счел рассказ супруги нелепой фантазией, и в следующее воскресенье сам решил разобраться во всем на месте. Но, приехав в городок и подойдя к церкви, мистер Бенсон, к своему огромному удивлению, понял, что супруга была права.
Этот случай стал известен члену Лондонского общества психических исследований доктору Мери Роуз Баррингтон. Искренность супругов Бенсон не вызывала у нее сомнения. Доктор Баррингтон стала изучать хроники Джона Эвелина в надежде найти в них ключ к разгадке удивительного происшествия. И нашла! Из хроник она узнала, что 16 марта 1696 года были казнены «три презренных негодяя, в их числе один священнослужитель, изобличенных как участники католического заговора с целью убийства короля Уильяма». Казнь, судя по описанию в хрониках, происходила в местности, очень похожей на ту, в которой очутились супруги Бенсон.
Мери Баррингтон считает, что Бенсоны смогли проникнуть в «аномальную реальность», и что их увлеченность творчеством Джона Эвелина непостижимым образом помогла им оказаться в его мире, существовавшем около 250 лет тому назад.
Карл Густав Юнг, знаменитый швейцарский психолог и философ, живо интересовался также оккультными науками и паранормальными явлениями. Он изучал астрологию и алхимию, внимательно следил за бурно развивавшейся в начале XX века парапсихологией. И самому Юнгу случалось бывать свидетелем, а то и участником, странных, не имеющих разумного объяснения событий. Одно из них, наверное, самое удивительное, он описал в автобиографической книге «Воспоминания, мечты, раздумья».
В 1913 году 38-летний Юнг, путешествуя вместе со своей приятельницей по Италии, посетил один из древнейших городов страны — Равенну. Среди сохранившихся там архитектурных памятников эпохи раннего средневековья выделялся построенный в V веке и знаменитый своими мозаиками мавзолей императрицы Галлы Плацидии. Особенно сильное впечатление на Юнга и его спутницу произвело мозаичное панно с изображением Христа, протягивающего руку, чтобы спасти тонущего апостола Петра. Завороженные великолепием мозаики, они простояли перед ней около получаса, делясь друг с другом впечатлениями. Юнг, в своих воспоминаниях не раз, возвращавшийся к поразившему его шедевру, решил непременно приобрести открытку с изображением мозаики. Однако она ни разу не попалась ему на глаза.
После возвращения в Цюрих Юнг посоветовал одному из своих друзей, собиравшемуся в Равенну, обязательно осмотреть мавзолей Галлы Плацидии и попросил его привезти открытку с изображением запавшей ему в душу мозаики. Тот охотно согласился, но, приехав в Равенну, понял, что ни он, ни кто-либо другой никогда не сможет выполнить просьбу Юнга. Дело в том, что никакого изображения поразившей его мозаики не могло существовать, потому что… не существовало и самой этой мозаики!
Это известие буквально потрясло выдающегося психиатра. Он допускал, что мог быть подвержен галлюцинации, но чтобы она одновременно появилась у двух здоровых и совершенно трезвых людей — в это верилось с трудом. Юнг сообщил сенсационную новость своей тогдашней спутнице. Она отказывалась верить, что в далекой Равенне перед ними мог возникнуть один и тот же шедевр-призрак. Однако то, что стену мавзолея Плацидии никогда не украшала мозаика, привидевшаяся им обоим, было абсолютно точно.
Страница 47 из 74
