Эта история о смерти. Оно и понятно. Согласитесь, если бы в рассказе писалось о милой девочке, вышедшей на полянку половить бабочек, сюда бы я вряд ли стала его выкладывать. В истории для большего изящества вставлены французские реплики, в скобках дан перевод. Наслаждайтесь!… …
Добавить в моё избранное
7 мин, 18 сек 15853
— Но есть один нюанс… — пробормотал Пьер.
— Главная героиня в самом конце умирает…
— Пьер! — заливисто рассмеялась Жанна.
— Ну неужели ты веришь в эти суеверия? «Тот, кто умирает на сцене, умирает и в реальной жизни» — так, что ли? Пьер потупился.
— Я не хотел…
— Мало ли что ты хотел, — оборвала его Жанна. И тут же смутилась.
— Извини… Я понимаю, с моим характером приходится нелегко… Но я постараюсь исправиться, — уже окрепшим голосом произнесла она. Пьер выдавил из себя улыбку. Пустые слова, ничего больше — и оба это знали.
— Я навещу Филиппа, — сказал Пьер.
— Ты точно согласна? Учти, не пройдешь кастинг — не будешь играть в пьесе.
— Хорошо, — кивнула Жанна, — иди. А я подожду здесь. Пьер вышел из комнаты. Жанна пробормотала:
— Смерть на сцене — смерть в реальном мире… Пустяки и суеверия! Это ненастоящая смерть…
— Ну что, Пьер? — спросила Жанна, поигрывая цепочкой медальона.
— Я получила эту роль! Она показала человечку язык. Тот сидел в кресле и хмуро смотрел на актрису, кивая головой. Затем встал.
— Предположим, что ты ее получила, — сказал он резко, смотря на Жанну мертвыми серыми глазами, которые.
— Ну что, Пьер? — спросила Жанна, поигрывая цепочкой медальона.
— Я получила эту роль! Она показала человечку язык. Тот сидел в кресле и хмуро смотрел на актрису, кивая головой. Затем встал.
— Предположим, что ты ее получила, — сказал он резко, смотря на Жанну мертвыми серыми глазами, которые внезапно ожили. В них заплясали недобрые огоньки, — но что ты из этого получишь? Я бы на твоем месте начал составлять завещание!
— Да что ты? — улыбнулась девушка.
— Пьер, я тебе тысячу раз говорила — Сe n«est pas la vraie mort (это не настоящая смерть — франц.)! А ты продолжаешь в это верить! Пустые россказни глупых стариков — и ничего больше! Выкинь это из головы, я буду играть!»
— Хорошо, — к Пьеру вернулась его мягкость.
— Но имей в виду — я тебя предупреждал. Он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Жанна стояла за кулисами, ожидая, пока наступит ее черед. Она играла богатую аристократку — в роли она увидела саму себя, как будто на сцене мелькали эпизоды ее жизни. Она была шокирована, когда увидела в сценарии некоторые моменты, похожие на ее собственную жизнь. Эпизод с нищенкой, просящей подаяния… Это была холодная предновогодняя ночь. Актриса должна была возвращаться домой, но, не пройдя и пару сотен метров, она увидела возле фонаря туманную фигуру бедной ободранной девушки, роль которой она должна была первоначально играть…
Это была холодная предновогодняя ночь. Актриса должна была возвращаться домой, но не пройдя и пары сотен метров, она увидела возле фонаря туманную фигуру бедной ободранной девушки, роль которой она должна была первоначально играть. Нищенка обернулась и в отчаянии протянула к богатой даме исцарапанные руки, прося хоть кусочек хлеба, хотя бы одну монету, чтобы купить себе еду.
— Пошла прочь! — взвизгнула Жанна, отшатнувшись от нее. И вдруг остановилась. Так ли уж эти нищие отличаются от богатых аристократов? И стоит ли относиться к ним, как к отбросам? Не лучше ли помочь им обрести себя, обрести надежду? Она поняла, что в ту ночь, когда с ней в реальной жизни случился такой же эпизод, она поступила неправильно. Жанна бросилась к Филиппу.
— Измените сценарий! — крикнула она. Девушка зашептала на ухо мужчине какие-то слова. Тот хлопнул в ладоши:
— Жанна, это гениально! Так и поступим. Ты уверена? — обратился он к сияющей девушке.
— Абсолютно! — кивнула та. Через несколько недель напряженной работы спектакль был показан на сцене. Он встретил бурные овации зрителей, особенно среди бедных людей. В конце пьесы Жанна должна была выпить бокал яда и умереть. Ядом послужил яблочный сок. Жанна выпила «яд». Бокал выпал из ее рук и разбился вдребезги. Глаза остекленели, она упала на деревянные доски, изо рта потекла слюна. Зал вскочил и захлопал в ладоши. Но Филипп заволновался. Жанна должна была встать и поклониться, а она оставалась бездыханной. «Может, устала,» — мелькнула мысль в голове у Филиппа. Но все же он вскочил на сцену и перевернул тело актрисы. Сердце девушки не билось, на ее щеках еще оставалась краска румянца. Филипп подошел к разбитому бокалу и принюхался к жидкости, остатки которой капали со стола. Ему стало плохо, голова закружилась.
— Яд! — отшатнулся мужчина.
— Кто-то подмешал в яблочный сок яд! За кулисами стоял Пьер. Мрачно улыбаясь, он наблюдал за попытками Филиппа поднять труп. В его руках была маленькая бутылочка с коричневатой жидкостью; губы скривились в усмешке. Глаза ожили, он пробормотал:
— Я предупреждал ее… Но что поделать, видимо, ко мне не хотят прислушиваться. Жаль… Она была хорошей актрисой…
— Главная героиня в самом конце умирает…
— Пьер! — заливисто рассмеялась Жанна.
— Ну неужели ты веришь в эти суеверия? «Тот, кто умирает на сцене, умирает и в реальной жизни» — так, что ли? Пьер потупился.
— Я не хотел…
— Мало ли что ты хотел, — оборвала его Жанна. И тут же смутилась.
— Извини… Я понимаю, с моим характером приходится нелегко… Но я постараюсь исправиться, — уже окрепшим голосом произнесла она. Пьер выдавил из себя улыбку. Пустые слова, ничего больше — и оба это знали.
— Я навещу Филиппа, — сказал Пьер.
— Ты точно согласна? Учти, не пройдешь кастинг — не будешь играть в пьесе.
— Хорошо, — кивнула Жанна, — иди. А я подожду здесь. Пьер вышел из комнаты. Жанна пробормотала:
— Смерть на сцене — смерть в реальном мире… Пустяки и суеверия! Это ненастоящая смерть…
— Ну что, Пьер? — спросила Жанна, поигрывая цепочкой медальона.
— Я получила эту роль! Она показала человечку язык. Тот сидел в кресле и хмуро смотрел на актрису, кивая головой. Затем встал.
— Предположим, что ты ее получила, — сказал он резко, смотря на Жанну мертвыми серыми глазами, которые.
— Ну что, Пьер? — спросила Жанна, поигрывая цепочкой медальона.
— Я получила эту роль! Она показала человечку язык. Тот сидел в кресле и хмуро смотрел на актрису, кивая головой. Затем встал.
— Предположим, что ты ее получила, — сказал он резко, смотря на Жанну мертвыми серыми глазами, которые внезапно ожили. В них заплясали недобрые огоньки, — но что ты из этого получишь? Я бы на твоем месте начал составлять завещание!
— Да что ты? — улыбнулась девушка.
— Пьер, я тебе тысячу раз говорила — Сe n«est pas la vraie mort (это не настоящая смерть — франц.)! А ты продолжаешь в это верить! Пустые россказни глупых стариков — и ничего больше! Выкинь это из головы, я буду играть!»
— Хорошо, — к Пьеру вернулась его мягкость.
— Но имей в виду — я тебя предупреждал. Он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Жанна стояла за кулисами, ожидая, пока наступит ее черед. Она играла богатую аристократку — в роли она увидела саму себя, как будто на сцене мелькали эпизоды ее жизни. Она была шокирована, когда увидела в сценарии некоторые моменты, похожие на ее собственную жизнь. Эпизод с нищенкой, просящей подаяния… Это была холодная предновогодняя ночь. Актриса должна была возвращаться домой, но, не пройдя и пару сотен метров, она увидела возле фонаря туманную фигуру бедной ободранной девушки, роль которой она должна была первоначально играть…
Это была холодная предновогодняя ночь. Актриса должна была возвращаться домой, но не пройдя и пары сотен метров, она увидела возле фонаря туманную фигуру бедной ободранной девушки, роль которой она должна была первоначально играть. Нищенка обернулась и в отчаянии протянула к богатой даме исцарапанные руки, прося хоть кусочек хлеба, хотя бы одну монету, чтобы купить себе еду.
— Пошла прочь! — взвизгнула Жанна, отшатнувшись от нее. И вдруг остановилась. Так ли уж эти нищие отличаются от богатых аристократов? И стоит ли относиться к ним, как к отбросам? Не лучше ли помочь им обрести себя, обрести надежду? Она поняла, что в ту ночь, когда с ней в реальной жизни случился такой же эпизод, она поступила неправильно. Жанна бросилась к Филиппу.
— Измените сценарий! — крикнула она. Девушка зашептала на ухо мужчине какие-то слова. Тот хлопнул в ладоши:
— Жанна, это гениально! Так и поступим. Ты уверена? — обратился он к сияющей девушке.
— Абсолютно! — кивнула та. Через несколько недель напряженной работы спектакль был показан на сцене. Он встретил бурные овации зрителей, особенно среди бедных людей. В конце пьесы Жанна должна была выпить бокал яда и умереть. Ядом послужил яблочный сок. Жанна выпила «яд». Бокал выпал из ее рук и разбился вдребезги. Глаза остекленели, она упала на деревянные доски, изо рта потекла слюна. Зал вскочил и захлопал в ладоши. Но Филипп заволновался. Жанна должна была встать и поклониться, а она оставалась бездыханной. «Может, устала,» — мелькнула мысль в голове у Филиппа. Но все же он вскочил на сцену и перевернул тело актрисы. Сердце девушки не билось, на ее щеках еще оставалась краска румянца. Филипп подошел к разбитому бокалу и принюхался к жидкости, остатки которой капали со стола. Ему стало плохо, голова закружилась.
— Яд! — отшатнулся мужчина.
— Кто-то подмешал в яблочный сок яд! За кулисами стоял Пьер. Мрачно улыбаясь, он наблюдал за попытками Филиппа поднять труп. В его руках была маленькая бутылочка с коричневатой жидкостью; губы скривились в усмешке. Глаза ожили, он пробормотал:
— Я предупреждал ее… Но что поделать, видимо, ко мне не хотят прислушиваться. Жаль… Она была хорошей актрисой…
Страница 2 из 2
