Алая Лилия

Начинающий журналист заглянул в одну из дверей. За решётками в виде небольшого окна юноша заметил дрожащую фигуру. Судя по белой маске и чёрным волосам, вид которых сразу вызвал предположение, что это парик, в камере находилась Джейн Вечная. Она сидела, ссутулившись и сложив ноги пополам, уткнулась в колени лицом. Джейн издавала тихие дрожащие всхлипы, всё её тело дёргалось в неврозе. Если возможно было снять с её лица маску, можно было бы увидеть её с силой сжатые зубы и зажмуренные глаза. Капли солёной жидкости стекали вниз, падая на белую смирительную рубашку, которая уже давно стала мокрой от слёз. Чувство беспомощности и то, что она упустила свой единственный шанс на отмщение, терзали всё её сознание, заставляя ненавидеть саму себя. Парнишка был неимоверно рад увидеть вживую одну из самых жестоких убийц Америки. Как-никак, преступники — его страсть. Ему всегда было интересно узнать, что они испытывают, когда совершают убийства, что ими движет и что же заставляет их убивать. Однако сейчас, когда помощник корреспондента смог отыскать то, что заставит его «коллег» принять его всерьёз, ему было наплевать, из-за чего ревёт эта психопатка. Его больше волновало, как бы незаметно и наиболее качественно сделать снимки на телефон, камера которого уже была направлена на нужный объект. Сфотографировал парень хорошо для телефона, однако его легкомыслие всё испортило. Юноша забыл отключить вспышку, что заставило Джейн очнуться от своего горя и обратить всё своё внимание на незваного гостя. Сквозь маску было сложно разобрать эмоции. Однако предугадать первичное поведение женщины не составило труда. Из-за заплаканных глаз Джейн сначала не могла ничего разобрать, поэтому подумала, что пришёл один из санитаров. Она не стала ждать, пока слёзы высохнут, посчитав, что появляется шанс убить Джеффа. Убийца прокручивала в своей голове план побега, который заключался в том, что когда «санитар» зайдёт к ней в палату, она его вырубит, а потом сбежит, добив предмет её ненависти. Она настолько сильно была увлечена желанием отомстить, что пропустила мимо себя детали во время и после побега, посчитав это не столь важным. Кроме того, в её сумасшедшей голове всё прокручивалось настолько быстро, что ей казалось, что время остановилось, из-за чего ей стало сложно сдерживать в себе порыв негативных эмоций. Не совладав с собой, Джейн вскочила с кровати и с диким криком побежала на парнишку. Тот опешил. Когда женщина с хриплым тяжёлым дыханием, похожим на рык, ударилась всем телом о металлическую дверь, стажёра словно оттолкнуло назад, он упал, приземлившись на пол.

Парень чуть не разбил телефон, но вовремя успел сжать его в руке, чтобы тот не выскользнул и не разбился о кафель. Джейн стала что есть силы пинать её ногами, ударять плечами, думая, что таким образом сможет выбить эту чёртову преграду на её пути. Её крик привлёк внимание всех, кто находился в камерах. Их опять окутал страх, принудивший вспомнить о событии, произошедшем сегодня днём, и весь этаж наполнился громким криком. Джефф тоже слышал крик Джейн, но не признал его. Однако его заинтересовало кое-что иное. Страх. Весь этаж так и бился в этом прекрасном чувстве, чем убийца словно питался, наполняясь энергией и чувством наслаждения. Маньяк радовался их крикам так, словно ребёнок, попавший на кондитерскую фабрику. Его переполнял буйный восторг, заставивший его смеяться во весь голос. Хохот Джеффа смешался с испуганными криками психов, убийца ощущал в себе огромный прилив сил. Какое блаженство! Это не просто приятная музыка для ушей. Это нечто большее, что испытывал психопат, — настоящая эйфория, как будто неземного происхождения чувство. И как же его много! Кажется, что крики становятся всё громче и громче, и они наполняют всё сознание маньяка сумасшедшим удовольствием.