Когда легендарного серийного убийцу удаётся поймать, его отправляют в психиатрическую лечебницу. Туда же посылают Лилиан Вайт, криминального психолога, с целью установить степень вменяемости преступника. Однако Джефф даже не предполагал встретиться с той, которой однажды удалось избежать смерти от его рук…
188 мин, 15 сек 14522
Температура тела резко начала повышаться. Сердце с бешеной скоростью билось, тело не желало подчиняться, бессильно «падая» на кресло. Мистер Янг поспешил налить стакан воды для своей клиентки. Неуклюже налив воду в прозрачный сосуд, из-за чего большая часть жидкости разлилась на стол, попортив некоторые документы, и по каплям стекала на ковёр, психолог-консультант подбежал к Лилиан и осторожно преподнёс стакан к её сухим губам. Малая часть прозрачной жидкости проникла в глотку женщины, даря организму необходимую влагу…
Кое-как Джейсону удалось успокоить свою клиентку. После того, как Лилиан выпила стакан прохладной воды, ей стало легче дышать, но от эмоций избавиться не удалось. Мистер Янг терпеливо ждал, пока женщина не выплеснет всё, что накопилось в её душе. Пусть все её чувства не удалось донести до профессионального психолога, но зато теперь её разум полностью очистился от буйных переживаний, благодаря чему сейчас миссис Вайт способна трезво оценить ситуацию и на сей раз хладнокровно исполнить просьбу личного психолога.
Тёмная весенняя ночь, дарящая городу приятную прохладу. Снег уже почти исчез с улиц, демонстрируя окружающим первые ростки травы. Во всех домах уже давно погасли огни, а хозяева мирно спали, видя десятый сон. Лишь в одном доме горел свет, в чем виноватой оказалась замужняя пара. Супруги ссорились на кухне, унижая друг друга обидными словами, которые они бы ни за что не сказали при иных обстоятельствах. Муж и жена настолько громко шумели, что их ор услышал маленький ребёнок, который только вошёл на кухню. Потирая сонные глазки и обнимая любимую игрушку, восьмилетняя девочка устало посмотрела на родителей. Никто не обратил внимания на дочь, увлекшись игрой «Кто смачнее выругается на родного человека».
— Мама, папа, почему вы ругаетесь? — Невинный вопрос маленькой девочки заставил супругов отвлечься от ссоры и перенести всё внимание на своё чадо.
Ещё находясь в плохом настроении, оба родителя нахмурились и с упрёком посмотрели на своего ребёнка.
— Лилиан, иди спать, — сдержанно, но с ноткой грубости обратилась мать к дочери.
— Почему вы ругаетесь? — не унималась девочка, почти полностью проснувшись.
— Марш в комнату! — в сердцах воскликнула мама.
От неприятного крика в свой адрес маленькая Лилиан невольно заплакала. Она крепко обняла плюшевого кролика обеими руками, будто ища в любимой игрушке некую опору. С горечью в сердце девочка убежала в комнату, громко рыдая. Родители прекрасно слышали реакцию девочки, но они уже давно перестали обращать внимание на это, так как подобные сцены происходили чуть ли не каждый день.
Обида заставляла малышку буквально ненавидеть своих родителей, не желавших даже воспринимать Лилиан как человека. Её часто посещали «чёрные» мысли о том, чтобы мама и папа исчезли и никогда больше не возвращались. А бывало и то, что малышка желала своим родителям смерти.
Укрывшись от всех несчастий, девочка забилась в угол и крепко обняла игрушку. За пределами шкафа нельзя было услышать, как маленькая Лилиан лила горькие слезы, проклиная свою жизнь и своих родителей. Снова «чёрные» мысли окутали разум малышки неистовой ненавистью. Всё сознание несчастного ребёнка было направлено лишь на физические страдания мамы и папы. Воображая снова и снова смерть родителей, девочка постепенно приходила в себя. Эти кровожадные фантазии, представления, что так нещадно кружили голову малышке, казалось бы, вызывая в ней безграничную антипатию к родным, вскоре покинули её, оставив после себя лишь усталость. Глазки, высыхая от слёз, слипались, а сама Лилиан уже больше ни о чём не хотела думать. Было только одно желание: поспать.
Тело вот-вот бы уже расслабилось, а сознание улетело бы в Царство Морфея, но помешал резкий грохот, который словно гром раздался в ушах малышки. Ещё плохо соображая, маленькая Лилиан повернула голову в сторону шума, пытаясь прислушаться. Раздался женский крик, заставивший девочку ещё сильнее обнять плюшевого кролика и упереться спиной в деревянную поверхность. Всё тело дрожало, глаза зажмурились от ора родителей и безумного смеха, вызывающие в маленькой девочке лишь страх. Сердце бешено билось в груди, ноги околели, внутри всё горело, отчего кожу покрыла испарина. Лилиан закрыла уши. Бесноватый хохот становился всё безумнее. Оглушающие крики обоих родителей не позволяли девочке даже пальцем пошевелить, пока весь дом не окутала мёртвая тишина. От безмолвия становилось только хуже. Сердце в груди непрерывно сокращалось, не позволяя малышке ощутить хоть что-то положительное. Неизвестность и тишина пугали ещё больше, чем душераздирающие крики. Дрожащие руки медленно опустились, девочка прислушалась…
Кое-как Джейсону удалось успокоить свою клиентку. После того, как Лилиан выпила стакан прохладной воды, ей стало легче дышать, но от эмоций избавиться не удалось. Мистер Янг терпеливо ждал, пока женщина не выплеснет всё, что накопилось в её душе. Пусть все её чувства не удалось донести до профессионального психолога, но зато теперь её разум полностью очистился от буйных переживаний, благодаря чему сейчас миссис Вайт способна трезво оценить ситуацию и на сей раз хладнокровно исполнить просьбу личного психолога.
Тёмная весенняя ночь, дарящая городу приятную прохладу. Снег уже почти исчез с улиц, демонстрируя окружающим первые ростки травы. Во всех домах уже давно погасли огни, а хозяева мирно спали, видя десятый сон. Лишь в одном доме горел свет, в чем виноватой оказалась замужняя пара. Супруги ссорились на кухне, унижая друг друга обидными словами, которые они бы ни за что не сказали при иных обстоятельствах. Муж и жена настолько громко шумели, что их ор услышал маленький ребёнок, который только вошёл на кухню. Потирая сонные глазки и обнимая любимую игрушку, восьмилетняя девочка устало посмотрела на родителей. Никто не обратил внимания на дочь, увлекшись игрой «Кто смачнее выругается на родного человека».
— Мама, папа, почему вы ругаетесь? — Невинный вопрос маленькой девочки заставил супругов отвлечься от ссоры и перенести всё внимание на своё чадо.
Ещё находясь в плохом настроении, оба родителя нахмурились и с упрёком посмотрели на своего ребёнка.
— Лилиан, иди спать, — сдержанно, но с ноткой грубости обратилась мать к дочери.
— Почему вы ругаетесь? — не унималась девочка, почти полностью проснувшись.
— Марш в комнату! — в сердцах воскликнула мама.
От неприятного крика в свой адрес маленькая Лилиан невольно заплакала. Она крепко обняла плюшевого кролика обеими руками, будто ища в любимой игрушке некую опору. С горечью в сердце девочка убежала в комнату, громко рыдая. Родители прекрасно слышали реакцию девочки, но они уже давно перестали обращать внимание на это, так как подобные сцены происходили чуть ли не каждый день.
Обида заставляла малышку буквально ненавидеть своих родителей, не желавших даже воспринимать Лилиан как человека. Её часто посещали «чёрные» мысли о том, чтобы мама и папа исчезли и никогда больше не возвращались. А бывало и то, что малышка желала своим родителям смерти.
Укрывшись от всех несчастий, девочка забилась в угол и крепко обняла игрушку. За пределами шкафа нельзя было услышать, как маленькая Лилиан лила горькие слезы, проклиная свою жизнь и своих родителей. Снова «чёрные» мысли окутали разум малышки неистовой ненавистью. Всё сознание несчастного ребёнка было направлено лишь на физические страдания мамы и папы. Воображая снова и снова смерть родителей, девочка постепенно приходила в себя. Эти кровожадные фантазии, представления, что так нещадно кружили голову малышке, казалось бы, вызывая в ней безграничную антипатию к родным, вскоре покинули её, оставив после себя лишь усталость. Глазки, высыхая от слёз, слипались, а сама Лилиан уже больше ни о чём не хотела думать. Было только одно желание: поспать.
Тело вот-вот бы уже расслабилось, а сознание улетело бы в Царство Морфея, но помешал резкий грохот, который словно гром раздался в ушах малышки. Ещё плохо соображая, маленькая Лилиан повернула голову в сторону шума, пытаясь прислушаться. Раздался женский крик, заставивший девочку ещё сильнее обнять плюшевого кролика и упереться спиной в деревянную поверхность. Всё тело дрожало, глаза зажмурились от ора родителей и безумного смеха, вызывающие в маленькой девочке лишь страх. Сердце бешено билось в груди, ноги околели, внутри всё горело, отчего кожу покрыла испарина. Лилиан закрыла уши. Бесноватый хохот становился всё безумнее. Оглушающие крики обоих родителей не позволяли девочке даже пальцем пошевелить, пока весь дом не окутала мёртвая тишина. От безмолвия становилось только хуже. Сердце в груди непрерывно сокращалось, не позволяя малышке ощутить хоть что-то положительное. Неизвестность и тишина пугали ещё больше, чем душераздирающие крики. Дрожащие руки медленно опустились, девочка прислушалась…
Страница 24 из 57
