Альф. Стук-стук

— Я придумал когда опера вошли в дом, то прямо в подвале они нашли тело того мальчика. Ну как тело. Обрубок. Кусок. Торса. Абсолютно голый. Соски были отрезаны и вероятно съедены каннибалом Стасиком Вячеславом-Тихоном. Тела ниже пупка уже не было. Только рваная рана, такая будто юношу переехала электричка на полном ходу или половину откусил гигантский медведь. Кишки не торчат. Неееет. Кишок у него давно уже нет. Вместо этого торчит вата. Обычная вата, только пропитанная кровью и почему то желтоватая. Руки безжизненно весят. Глаза не на своем месте. Их просто нет. Съели. Но вместо них в раздолбленные глазницы вбиты два фаллоиметатора. Розовый и Фиолетовый. Во рту выбиты все зубы. В него засыпана земля и вставлена оторванная голова от неваляшки, которая всегда смотрит в сторону. А вокруг слизь, кашица из мяса и костей, по ним ползут маленькие жучки, это целый мир для муравьев понимаешь? Они такого не видели. И опера такого не видели, поэтому им плохо, их рвет на пол, и они уже не выходят из подвала теми же людьми, что зашли в него. Когда мент выбегает на улицу отдышаться — из кустов выбегает вторая овчарка, которую не заметили до этого и цепляется ему в руку. Он достает пистолет и в упор разносит собачью черепушку. Ее тупая ярость остается в ее челюсти, а последнее «гав» бросается на опера не звуком, но кровью, жидкими глазами и собачьими слезами прямо в его лицо. Он чувствует сколько рук гладили тот маленький череп, что он только что расколотил свинцом, сколько рук прибито гвоздями на чердаке, которые своим белым блеском приветствуют людей в бронежилетах поднявшихся по лестнице. На некоторых руках отсутствуют пальцы. Пять, Три, Два, Пять — они будто считают сколько звезд слетит с погон каждого вошедшего или на сколько лет у них сократится жизнь от увиденного. Ведь в центре комнаты стоит голый блестящий скелет в костюме. Клетчатая рубашка мешком на ребрах. Не по размеру пиджак. Широкие штаны «пузырем». Конусная шляпа сверху на черепе и бантик-галстук на шейных позвонках. Опер во дворе гладит израненный фрагментами черепа мозг собаки, калеча собственную кожу. Замечает на шее брелок. «КЛЯКСА». На каждой собаке КЛЯКСА. Сквозь заляпанные кровью губы произносит опер «КЛЯКСА» и вторым нажатием курка разносит себе голову. Леха осел на пол. Я стоял, но всего шатало. Я ПОЛНОСТЬЮ воспроизвел его речь. Речь сумасшедшего в припадке, хотя всего минуту назад он еще не создавал впечатление совершенно выжившего из ума идиота.

— Лечись.

Сказал я и вышел из подъезда. Поймал такси и поехал домой. По пути я попросил водителя заглушить очередные «Лабутены», чтобы подумать. Думалось плохо. Я достал телефон и начал в яндексе искать связь между всем тем что сказал Леха. Я нашел форум КПРФ, где упоминается Вячеслав-Тихон Александрович Федотов. Благодарность от местной районки за проведение субботника. Сейчас этой заметки нет нигде. Я проверял. Много проверял. Но я уверен, что это заметка была. Приехав домой и открыв свой ноутбук с которого я сейчас и пишу я прочитал, что на деньги города строится новый православный храм в Балашихе. В середине дачного участка. Дом который находился там якобы сгорел всего месяц назад, но уже заложен фундамент церкви. Такая спешка насторожила. Деньги от района. Пожар, который нормально даже не расследовали.

Информация по пропавшим детям потерта. В архиве НТВ я не нашел выпуска той передачи. Она выходит каждый день, каждая передача с 2002 года лежит в архиве, но этого выпуска нет. Друг с НТВ тоже сказал, что это странно. Говорят, мол, ошибка при перегоне видео. Но что страшнее в Балашихе погиб полицейский. Об этом висела новость на всех поисковиках, говорили на федеральном уровне, по радио и даже на шоу Соловьева Жирик орал на эту тему. Сказали, что покончил собой, когда ему сообщили о возможной командировке в Сирию. Никаких командировок в Сирию от полицейского состава не бывает. Зачем порочить погоны вываливая, нет, НАСТОЙЧИВО вываливая такую информацию в СМИ непонятно. Но жутко то, что хоть это и было месяц назад, но этих новостей уже НЕТ. Ни на ютубе, ни в историях сайтов — нигде нет. Информацию будто вбросили, чтобы она осела в головах в обычном говнопотоке новостей и быстро замолчали. Как в мифе про 25-й кадр. Но самое страшное я увидел на различных сайтах информацию о найденных телах детей в Красноярске. В 2005-ом году.

Через неделю после нашего разговора в подъезде я взял отгул с работы и позвонил Лехе. Он после того случая не появлялся на работе. Коллеги начали говорить, мол забухал, возрастное. Леха взял трубку только на пятый раз и холодно сказал: «Сын пропал. Я найду его. Найду и убью». Я не понял про что речь. Кого убьет? Володьку? Я поехал к нему домой. Пролетел все три этажа за секунду и позвонил в дверь. Открыла зареванная жена: «Где Леша? Где Володя? Я ничего не понимаю» от нее несло корвалолом, истерикой и горем: