Аля

Мазок.

Мазок.

Ещё мазок…

Кисточка была полностью испачкана в красной вязкой жиже, Аля водила ей по холсту вырисовывая плавные, почти воздушные линии формирующие между собой красивый элегантный цветок.

Мазок.

Мазок.

Ещё мазок…

И весь холст залит красной жижей. Художник валялась в агонии под мерцанием тусклой лампы, которой давно уже суждено перегореть. Её бледное лицо с тёмными кругами под глазами освещала только свеча и вышеупомянутая тусклая лампа. Бордово-фиолетовые волосы были взъерошены и плавно спадали на худые плечи. Она уже собиралась делать последние мазки, прощаясь с этой реальностью. Аля уже закрыла глаза и успела улыбнуться кончиками рта.

Год назад ей выписали таблетки от какого-то несерьёзного психического заболевания, но половину таблеток она выплёвывала. Остальные таблетки, которые она всё таки принимала, плохо воздействовали на её психику, ведь работают они только в совокупности. Вот поэтому мы видим такой печальный исход. Диагнозов ей ставили кучу, но все они были под вопросом. Рисовать картины кровью — это её бредовая идея, которая в течении нескольких дней мучала её, высасывала все соки и не давала спокойно думать. Хотя, нормально думать она и так не могла, ведь мыслей было так много, и все они запутывались и искривлялись в необычных позах. Из-за этого она перескакивала с темы на тему и отвечала на вопросы с трудом. Рисовала она хорошо, но при этом учась в художественной школе мечтала стать музыкантом.

Аля улыбается с закрытыми глазами и ждёт, когда перед её серо-голубыми очами появится свет в конце туннеля, но собрав последние силы, она берёт кисточку в руки и продолжает рисовать.

Мазок.

Мазок.

Ещё мазок…

Мысли путаются и закручиваются в огромный ком, который полностью заполонил мозг и медленно разъедает его. Воспоминания приходят в голову, а затем снова уходят, их заменяют другие.

Аля просыпается в больничной палате, под звук капающих веществ в капельнице и разговоров медсестер. В нос жутко бил запах антисептиков и лекарств, от него у неё кружилась голова. Она глубоко вдохнула и произнесла неразборчивое «эй!» на которое сразу же отреагировали обе женщины.

Они что-то сообщили главному врачу и отлучились.

— Как Вы себя чувствуете? — дрожащим голоском с ноткой страха произнёс он.

— Пока картина не будет дорисована я буду чувствовать себя ужасно… — равнодушно произнесла она.

Врач рассердился.

— Ни «спасибо» ни«пожалуйста»! Я в твоём возрасте в куклы играл, а ты…

— У меня много кукол в доме, я сама их шью. — мечтательно произнесла Аля, улетев куда-то в свои фантазии. — моя самая любимая кукла без ног, чтобы не смогла убежать от меня. Остальные либо не доделаны, либо я их выбросила.

Врач демонстративно закатил глаза, ударил себя по потному лбу и ушёл.

Потом Аля погрузилась в свои фантазии и незаметно для себя начала разговаривать с одним из своих вымышленных друзей. В своих фантазиях она витала постоянно. Это был способ уйти из суровой реальности и на минуту представить, будто всё хорошо.

Разговор с невидимым собеседником прервался. Она заметила, что медсёстры стоят за дверью и тихо хихикают над чем-то очень интересным. Она подошла ближе, и как оказалось, она и есть причина их смеха…

Со злости она кинула банку с лекарствами в одну из медсестёр, а та, в свою очередь упала и похоже перестала дышать. Дышит она, не дышит… какая разница! Она смеялась над ней, значит заслужила наказание.

Аля пошла к краю палаты и увидела свой кровавый рисунок. Такой невообразимо красивый, волшебный… только не доделанный. Всё равно дорисовывать его будет опасно, могут положить в больницу для таких же как она.

Натянув на себя полосатый (в красно-чёрную полоску) на размер больше свитер и серые джинсы вместе с массивными ботинками, она выбила пустым шприцов окно и вылезла из него.

Первым делом нужно пойти в школу, ей было всё равно, что рюкзак с учебниками дома. Идти домой ей было лень, лучше сразу в школу.

Не дойдя до школы, Аля поняла, что заблудилась. Перед ней встал выбор: идти в лес или в сторону заброшенной деревни. Она выбрала лес, посчитав его более привлекательным. Ранее в больнице она похитила несколько шприцов, конфеты из кабинета главного врача, бинты и сложила их аккуратно в украденную сумку. Из сумки она достала пару конфет и закинув их в рот побрела сквозь ели и сосны…

Случайным образом она забрела на поляну. Уже была поздняя ночь и освещала всю эту мглу маленькая свечка, тихо стоящая посреди леса. Самое время доделать картину. Зачем свечку поставили — не понятно, но освещала она отлично. Наверное специально для Али, чтобы она рисовала при свете. Аля забилась в уголок между двумя деревьями и что-то там напевала себе под нос, доставая нож и кисти.