Амарант

Джерри презрительно фыркнул и удалился, громко хлопнув дверью.

— Садись за его стол. Больше некуда, извини. Сам видишь, в каких условиях приходится работать.

Данте кивнул и приземлился за стол Джерри, отодвинув в сторону кипу бумаг и кружку с недопитым чаем. Напарник приемному отцу попался не сахар. Всего четыре месяца назад того приставили к Карлосу, а он уже успел довести до белого каления и полицейского, и семью. Данте помнил, как Джерри допрашивал его много лет назад. Почему-то он решил, что Данте тогда поссорился с родителями, и принялся давить на мальчика, угрожая отправить в тюрьму за соучастие. Ограниченное представление о детских проблемах сыграло злую шутку — за допрос с пристрастием Джерри получил строгий выговор. Ничего, он здесь ненадолго, рядом с Карлосом плохие люди не задерживались. В чем тут дело, Данте искренне не понимал.

— Ужасно рад тебя видеть, малыш, — Карлос широко улыбнулся. — Не видел тебя с того самого момента, как мы раскрыли дело об изнасиловании. Помнишь его?

— Еще бы, — кивнул Данте. — Одно из самых сложных дел, с какими нам приходилось сталкиваться.

— Если бы не ты, мы так до сих пор и прыгали бы вокруг да около, пытаясь выяснить, на кой черт девчонке понадобилось врать.

— А она и не врала.

— Да, да, — Карлос вздохнул и достал портсигар. — Твоя помощь была просто неоценима, Данте. Как учеба? По-прежнему самый лучший на курсе? — не дожидаясь ответа, он хлопнул огромной ладонью по крышке стола. — Черт побери, а зачем я об этом спрашиваю? И так ясно, что ты просто умница. Через пару лет мир приобретет гениального сыщика. Но ты уже сейчас мог бы сделать неплохую карьеру в полиции, если бы согласился поступить на службу.

— Карлос…

— Знаю, знаю. Тебе по душе частная практика, — полицейский задымил сигаретой. — Но ты же ничего не зарабатываешь на этом! Полиция не отстегивает тебе премиальных за раскрытие дела! Они, черт возьми, даже понятия не имеют, что это ты им помогаешь!

— Я занимаюсь этим ради интереса. В деньгах я не нуждаюсь, ты сам знаешь, — это была правда. От родителей и дяди ему досталось приличное наследство, и Данте мог спокойно учиться, не задумываясь о материальных проблемах. — Как Селена? Давненько ее не видел.

— Замечательно, — Карлос расплылся в улыбке. Селена была любимицей Данте, и он это прекрасно знал. — Перешла в шестой класс, а гонору — ну на университет потянет! Недавно спрашивала о тебе.

— Я тоже очень соскучился. Будет время — обязательно загляну. Ты ведь не против?

— Ну что ты! Ларри и Эдди тоже жутко скучают. Уверен, что не хочешь вернуться?

Данте помотал головой.

— Ну смотри, — пожал плечами Карлос. — Так ты здесь по делу, я не ошибся?

— Да. Вчера вы арестовали парня в Трущобах. За убийство.

Карлос выпустил кольцо дыма.

— А, этот. Обычное дело. Чего-то не поделили, вот и полез в драку. А что с него взять, пьяный в стельку, — он невесело усмехнулся.

— Карлос, мне нужно поговорить с этим парнем, — Данте наклонился вперед, опершись локтями о грязный стол.

— Тебе? — вытаращился на него полицейский. — Зачем? Тут и так все ясно. Дело уже закрыто. Собственно, оно даже не открывалось. Преступника поймали на месте, и…

— Он сказал, что видел человека в черном.

Карлос замолчал. Потом медленно поднялся и затушил окурок прямо о столешницу. Данте знал: это плохой знак. Сейчас Карлос начнет на него орать.

Он не ошибся.

— Так вот в чем дело! Данте, сколько раз я тебе говорил: оставь свое прошлое в покое! Ты не вернешь родителей, даже если разгадаешь эту загадку!

— Я должен знать, кто это был! — Данте тоже повысил голос. — И я не успокоюсь, пока не найду его. Ты же знаешь меня, Карлос!

— Зачем тебе это надо? Ну выяснишь ты, что тот мужик причастен к происшедшему с Кармен и Хоакином. Доказательств-то нет! И кому от этого станет легче?

— Мне.

Карлос замолчал. Данте смотрел на него исподлобья черными глазами. Тяжелее взгляда полицейский не видел ни у кого, а уж он на своем веку повидал немало. Из зрачков Данте темнота выплескивалась наружу, захлестывала с головой, навевала мысли о самоубийстве. Даже сам Карлос поначалу боялся смотреть ему в лицо, так как потом не мог избавиться от кошмаров. Ко всему привыкаешь, но те, кому впервые доводилось испытать на себе взгляд мальчика, моментально разбегались, а некоторые крестились, словно дьявола узрели. Психолог, к которому Карлос отвел приемного сына вскоре после оформления опеки, отказался с ним работать после первого же сеанса. Таким Данте стал после убийства родителей, таким и останется на всю жизнь. Хуже всего, что он и сам не до конца понимал, как изменило его давнее преступление. Общительный, веселый мальчик, которым он когда-то был, мигом превратился в отшельника. Ровесники не сторонились его, он сам загнал себя в дыру, из которой не мог выбраться до сих пор.