Апрель

Прошел день… Ого! Ишь, как блестят стекла! Балкон хранит меня от всех невзгод. Розовые шторки на окнах. Мы вместе, и змея с нами, но она, кажется, умерла. Бывают ли синие змеи? А бабочки? У нас одна жажда, жажда. Дверь закрыта, и я лежу возле. Кажется, она вернулась. Я снова хочу опорожниться, но это ерунда. Терпел и побольше, а теперь осталось недолго. Жди, пока наступит тишина. Шприц предал меня. Тело предало меня. Чтобы жить, нужно дышать. Для этого нужно летать. Бабочки зовут меня к ним, они такие розовые, красные, и ни одной желтой с ними нет. Не улетайте! Возьмите меня с собой!

Прошло три минуты… С трудом поднялся. Не пил уже почти три дня, так что жидкости во мне нет. Я высох. Лишь яд в мочевом пузыре, и влажные глаза. Даже змея, и та иссохла. Высовываюсь в окно. Переваливаюсь через подоконник. Там — ух, небо! Высоко! Еще увидимся. Почему занавески не задернуты? Обязательно нужно задернуть их за собой. Подождите, бабочки! Я уже иду! Ого! Лечу! Медленно, медленно, как пожухлый кленовый лист. Оранжевый, но не желтый. Теплый, но не горячий. Я такой сухой и маленький внутри, что почти ничего не вешу. Следовательно, могу летать. Только, кажется, я забыл задернуть за собой занавески. Зато не упустил ни капли! Бабочки кружатся вокруг моей головы, зовут меня в полет. Ну вот, а я так устал! Так устал, что даже не заметил, как наступила тишина. Был ли последний звук громким? Был ли он желтым?