Арегназан

Оказалось, что наши лучезарные девы, хоть и обрели плоть, были чрезмерно скромными, застенчивыми и робкими, их надо было приободрить. Слова Арега придали смелости Фиалке, она вышла вперед и, как заводила, затеяла танцы. Радуга, подобно небесной хрустальной арфе, запела, ее тысячецветные струны затрепетали, и полилась такая музыка, которая зажгла в людях и даже в ангелах пламя веселья. Каждый от безграничной радости словно обрел крылья для полета. Плясали даже старики, смеясь над медлительностью молодых. Постепенно все разгорячились, шутили и развлекались на все лады. Росинка и Река так весело шутили, что все обессилели от смеха.

Танцуя с Росинкой, Арег вдруг посмотрел на нее пристальным взглядом и зашептал:

— О, скромная, лучезарная дева, я, кажется, знаю тебя… Да, ты мне знакома, но я не уверен, боюсь ошибиться.

— Не ошибаешься, Арег, — ответила Росинка, — я и есть та самая…

— Девушка-голубка?

— Да. А все они мои сестры…

— О… ты моя богиня… ты меня создала заново…

— Нет, Арег. Я просто знала, что ты ничего не ве-***

даешь о себе. Все это происходило по воле моей матери Баренан. У нее не было иной возможности стереть злую старуху с лица земли. Нужна была такая, как ты, невинная и чистая душа, которая даже не знала, кто она, — девушка или юноша. Когда ты в озере увидел свое лицо, увидел, что ты юноша, это показалось тебе шуткой, которую я сыграла с тобой так же, как ты сыграл со мною шутку, спрятав мои крылья. Лишь сегодня вечером ты почувствовал, что ты мужчина. Ты обвинял меня, бранил, мы тайком смотрели на тебя и смеялись…

От этих слов Арег впервые испытал чувство стыда и покраснел, как роза. Он хотел перевести разговор на другую тему, но в это время с противоположной стороны раздался такой громкий смех, что все обратили свое внимание туда.

Беседовали Заназан и Зарманазан: одна с сыном визиря, другая — с сыном спарапета. Фиалка давно заметила, что они приглянулись друг другу и хотели бы пожениться, но стеснялись заговорить об этом.

— Новая любовь, новая радость, — воскликнула Фиалка с громким смехом и, потащив невест к царю, сказала:

— Одной свадьбы мало, празднуйте сразу три. Царь и Арман их благословили. Росинка возложила венец на Нунуфар, Фиалка — на Заназан, а Река — на Зарманазан. Обряд свадебного благословения совершил царь под аркой радуги, которая придавала этому роскошному празднеству еще больше пышности. Царь возложил свою корону на голову Арегу — он и обвенчал его и одновременно сделал царем.

После этого девы-ангелы поздравили новобрачных и приготовились уйти. Им поднесли много сладостей и медовой воды, но ангелы даже не прикоснулись к ним. У них были напитки, принесенные с собой. Они выпили сами и напоили новобрачных, которые, однако, не оценили их. Одному Apeгy был дан дар оценить небесный вкус этих напитков. Под конец все стали в круг, и пока ангелы поднимались по радуге-лестнице, произнося слова прощания, собравшиеся желали им доброго пути и пели:

В добрый путь, красавицы,

ждем от вас вестей,

наши вы заступницы, ангелы полей.

Превеликой милостью,

чудом из чудес

вы в девичьем образе

снизошли с небес.

Как истосковались мы

на земле без вас,

Навсегда остались бы…

С богом, в добрый час!

Как только девы-ангелы исчезли, появился шут, и началось новое веселье.

— Сват-царь, пусть будет вечен очаг твоего отца… поели, выпили досыта… — сказал шут и начал петь:

Ах, царь-государь,

как тебя поздравить?

Нет ни хлеба, ни вина,

нечем счастье славить.

Что за свадьба, не пойму,

отчего да почему…

Ярайлали, шарайлали,

что за свадьба, не пойму.

— И в самом деле, — сказал царь, — ведь мы ничего не едим и не пьем. Мы забыли обо всем, потому что потеряли рассудок, все, кроме шута, которому нечего было терять…

— Ты ошибаешься, царь, — ответил дурак, — я видел, что все вы отняли у меня мой кусок хлеба, и велел накрыть богатый стол, чтобы не остаться голодным.

С этими словами шут распахнул дверь в зал, где действительно был приготовлен роскошный ужин. Гости вслед за царем попарно направились к столу. Увидев, что он остается один, шут подбежал к знакомой нам вдове визиря и, склонив перед нею голову, спел:

Кому хватает ума,

тому не везет в любви.

Кому хватает любви,

на хозяина не везет.

Но всех глупее бедняк,

что друга себе не найдет.

Давай поклянемся с тобой,

прекрасная госпожа,

что я, мол, навеки твой,

а ты — навеки моя.

Сказав это, шут взял госпожу за руку и вместе с другими вошел в гостиную.

На следующее утро началось свадебное торжество для горожан и крестьян, и продолжалось оно сорок дней и сорок ночей.

Было так весело, что каждый день пролетал как минута. Какие были игры, какие пляски, состязания и тысяча и одна забава…