Арегназан

Этот нежнейший взгляд ожившей души заметили все и, словно сговорившись, радостно рассмеялись Нунуфар также расхохоталась, словно ждала какого-то повода, чтобы посмеяться досыта.

Когда это увидели придворные, еще минуту назад находившиеся чуть ли не в трауре, они успокоились и кинулись поочередно обнимать и целовать Арега. Царь заключил его в объятия и стал всхлипывать, как ребенок. Радость царя была безгранична. В одно мгновение он вновь обрел двух своих детей: без вести пропавшего Арега и уже умирающую дочь. У всех текли слезы радости и умиления.

Воспользовавшись общей суматохой, Нунуфар, как птица, вспорхнула с места, побежала в другую комнату, быстро переоделась, принарядилась, надела достойные царевны украшения, и вновь вернулась, такая веселая и жизнерадостная, что все были восхищены. Конечно, больше всех был ошеломлен Арег, для которого взошло новое солнце.

Если Арег в одно мгновение воскресил Нунуфар, то теперь Нунуфар своей красотой затронула такие тонкие струны сердца Арега, которых до этой минуты никто не касался. Арег ощутил в себе прилив новой жизни, какого-то неведомого бесконечно приятного чувства, но сам себе не мог отдать в этом отчета и, чтобы сдержать это странное для себя волнение, начал говорить так, словно лишился разума:

— Я не чувствую себя, я уже не я

Что со мною? Где же я? Кто спасет меня?

Ты, Голубка, унесла мой девичий лик,

и на месте том Арег доблестный возник.

Ты в беспамятство меня ввергла, как в обман,

и столкнула в бездну вод тень Арегназан.

Сладким пеньем усыпив мой несчастный слух,

ты героя привела на цветущий луг.

Присутствующие слушали, опешив, и ничего не понимали из слов Арега.

— Жаль, бедный парень, видно, лишился рассудка, — говорили многие.

Наконец Нунуфар подошла к Аpeгy и жалобным голосом сказала:

— Свет очей моих,

что случилось вдруг?

Отчего твой взгляд,

как звезда, потух?

Я дурна лицом?

Не гневись. уйду,

ввек не омрачу

ясную звезду.

Как люблю тебя,

знают небеса,

но не подают

сверху голоса.

Видно, не хотят,

чтоб узнал меня,

а другою стать

не сумею я.

Черный день настал,

неурочный час,

горькая судьба

разлучает нас.

— Ты куда, постой,

бредишь наяву?

Без тебя и дня

я не проживу.

Пусть сольются твердь,

воздух и земля,

я — навеки твой,

ты — навек моя.

Повидал я мир,

дальние края,

на красавиц всласть

нагляделся я,

но такой, как ты,

нет на свете, нет,

ты — дитя небес,

несравненный свет.

Ты навек моя,

ангел Нунуфар,

жизнь мою прими,

бескорыстный дар.

Что ни попроси,

все исполню вмиг

с дорогой душой,

свет очей моих.

Я совсем не тот,

кто тебя пленил,

он пропал, как сон,

след его простыл.

— Если так, уйди,

ты — жених чужой,

подарил мне жизнь,

расплачусь душой.

— Жизни нет цены,

слишком хороша.

Ты одна мне жизнь,

сердце и душа.

— Не осталось сил

верить и терпеть.

Без Арега мне

лучше умереть.

— Нет, не умирай,

Я Арег, Арег,

не чужой — другой,

но родной навек.

— Как другого мне

полюбить опять?

— Этого и мне, видно,

не понять…

— Подождите, подождите, я положу конец вашему спору, — сказал царь. — Арег, скажи мне, душа моя, чей ты сын?

— Когда-то я был сыном князя Армана, но теперь не знаю — я все еще его сын, или кто-то другой?

— Вот этого твоего ответа мы и не понимаем, но тебя знаем хорошо. Ты наш Арег, тот же красивый Арег, прибавились лишь усы и борода.

— Подожди, подожди, сват-царь, — вмешался шут. — Поздравляю тебя, приехал твой зять, но от радости потерял себя, и теперь ищет, не может найти. Братец Арег, давай заключим с тобой договор: я стану «ты», а ты стань «я», а затем Нунуфар станет «моя», а дурак — «твой». Согласен ты? — сказал шут и начал петь:

До чего я глуп,

нет глупей глупца,

все равно умней

этого юнца. Если бы меня

девушка нашла,

я б ей не сказал

будто я не я.

Ярайлали, шарайлали,

айда, дурак, пляши…

Пока шут песней и танцем развлекал присутствующих, вошел Арман.

Арег как только увидел отца, подбежал, обнял его и после нескольких радостных слов, стал шептать ему на ухо:

— Знаешь, отец, сейчас я уже юноша, юноша, настоящий юноша, представляешь?

— Конечно, ты юноша, душа моя, кем же еще ты должен быть?

— Но ведь, отец, ведь…

— Ты и раньше был юношей, душа моя, но этого ты не знал, ты только сейчас познал себя, раньше ты был невинным как ангел, а теперь ты стал настоящим мужчиной…

— О, если это так, значит я — это я, побегу скажу Нунуфар…

Арман подошел к царю и рассказал ему о сути происшедшего, а Арег побежал к Нунуфар.

Когда Арег подошел к Нунуфар с еще более веселым и радостным лицом, Нунуфар взяла его за руку с такой нежной улыбкой, что Арег чуть снова не лишился рассудка.

— Ты наш Арег, не правда ли? — спросила Нунуфар.

— Конечно, душа моя, кем же еще я должен быть? — ответил Арег.

— Значит, мы не разлучимся друг с другом. Если бы ты знал, как я измучилась от тоски по тебе… Теперь ты приехал и вдруг говоришь: «я это не я». Но кто же ты, если не ты?