Фандом: Гарри Поттер. Жизнь после войны с Волдемортом очень изменилась. И для людей, и для других магических народцев.
14 мин, 23 сек 16770
Аккуратно положив Добби на бок на землю и содрав с его груди наволочку, Гарри монотонно затянул заклинание.
Могло показаться, что его телом управляет кто-то другой. В памяти четко всплыли все необходимые движения палочкой. Слова заклятия, которым Снейп залечил раны Малфоя, слетали с языка Гарри, словно он пользовался ими ежедневно.
Постепенно кровавое увечье начало затягиваться новой кожей. Вскоре от него остался лишь неглубокий порез. Гарри призвал из сумки Гермионы экстракт бадъяна и облил им рану. Та зашипела и преобразовалась в бурый сгусток прямоугольной формы. Добби обмяк в его руках.
Рон протянул ему наколдованный Гермионой стакан, наполовину наполненный водой. Гарри благодарно кивнул другу и капнул в воду бадьяна, тряхнул Добби и заставил его выпить воду…
Он взмахнул палочкой, и из бездонной сумки Гермионы прилетел ещё один флакончик с зельем. Откупорив склянку, Гарри еще раз приподнял эльфа и помог ему выпить Кроветворное. Добби облегченно закрыл глаза и, утомленный, он мгновенно уснул.
Добби еще раз пощупал серый отпечаток.
— Гарри, сэр, хороший человек. Он спас Добби от смерти.
… Но человеческие лекарства действуют на эльфов немного по-иному. Магия со временем переставала слушаться Добби. Однако теперь у эльфа появились любимая работа, семья. И он вполне мог бы назвать себя счастливым.
Надев рубашку, Добби накинул поверх нее коричневую жилетку и, достав карманные часы, посмотрел на время. Дело шло к вечеру, пора было закрываться. Щелкнув крышкой часов, домовик покинул свое рабочее место и отправился на второй этаж — в жилое помещение.
Из гостиной доносился гулкий смех. В кресле удобно расположились двое эльфов. Первый, уже немолодой домовик, был одет в белую рубашку и черные штаны, жилет, фрак и такие же туфли. На начищенном значке, приколотом к груди, сиял герб Блэков. Довершали картину белые перчатки. Этакий образ идеального дворецкого. На коленях эльфа сидел маленький домовенок в шортиках и футболке, его крестник и по совместительству сынок Добби — Берти. А рядом стояла, разливая заварку по чашкам, Милли в своем любимом голубоватом платье.
В последнее время Кричер стал у них довольно частым гостем. Старому эльфу надоело постоянно находиться в одиночестве: он нуждался в обществе и тосковал по маленькому домовенку. Кричер исправно нес службу Благородному Дому Блэков, а при малейшей возможности отправлялся к сюда.
Внезапно зазвонил дверной колокольчик. Добби развернулся и направился обратно в мастерскую, к очередному клиенту.
Это оказалась миловидная эльфа в потертой простынке. Зайдя в ателье и оглядевшись, она замерла от восхищения, но скоро пришла в себя и заметалась от одного стеллажа к другому. Добби стоял у лестницы и наблюдал за этим, снисходительно улыбаясь.
Со второго этажа спустилась Милли, за ней — степенный Кричер с Берти на руках. Шляпник выглянул из-под лестницы, колотя чай вилкой. Меффи отложила в сторону недоделанную сумочку и, поймав на себе взгляд эльфы, подбадривающе ей подмигнула. Мастер Левви вышел из своей мастерской с новым белоснежным зонтиком в руках. Финни поднялся из подвала и, облокотившись на перила, откровенно любовался незнакомкой.
Успокоившись и остановившись в своих метаниях, эльфа немного помялась и, смущенно теребя краешек своей простынки, спросила:
— Вы ведь можете подобрать мне что-нибудь из одежды? Один сэр сказал, что вы с удовольствием мне поможете, мастер Добби, и направил сюда. И еще он попросил передать вам кое-что. — С этими словами эльфийка достала из складок своей простынки серебряный медальон с выгравированным на нем именем «Добби». — Вот, — она протянула медальон Добби.
Тот принял украшение дрожащими руками и внимательно его осмотрел. Все прочие домовики совершенно внезапно оказались рядом и чуть ли не заглядывали ему через плечо, демонстрируя при этом друг другу абсолютную незаинтересованность. Откинув крышку медальона, Добби вгляделся в колдографию, хранящуюся внутри; он не сразу заметил вылетевшую записку. Стоявшая рядом Милли немедленно подняла ее с пола и зачла:
«Дорогой Добби,»
Прости, я немного опоздал с поздравлениями. С днем Рождения тебя! Носки дарить, мне кажется, уже нет смысла — у тебя их много, не так ли? Прими от Поттеров этот медальон. Извини за то, что редко видимся. Передавай привет семье!
На колдографии были изображены двое: Добби, еще в своем старом полотенце и разноцветных носках, и молодой парень в очках, со взъерошенными черными волосами. На лбу его, слегка прикрытый челкой, виднелся шрам в виде молнии. В то время как эльф был увлечен вязанием то ли шарфа, то ли чулков, парень сидел рядом на корточках и держал намотанные на руки нитки. Оторвавшись от своего занятия, эльф и юноша радостно помахали Добби руками. Забыв, что у него на руках нитки, Гарри, поприветствовав таким образом Добби, запутался в них, аки в рыболовных сетях. Эльф на колдографии, забросив вязальные спицы, помчался выпутывать Поттера. Вскоре, они оба, заливаясь смехом, распутывали друг друга.
Могло показаться, что его телом управляет кто-то другой. В памяти четко всплыли все необходимые движения палочкой. Слова заклятия, которым Снейп залечил раны Малфоя, слетали с языка Гарри, словно он пользовался ими ежедневно.
Постепенно кровавое увечье начало затягиваться новой кожей. Вскоре от него остался лишь неглубокий порез. Гарри призвал из сумки Гермионы экстракт бадъяна и облил им рану. Та зашипела и преобразовалась в бурый сгусток прямоугольной формы. Добби обмяк в его руках.
Рон протянул ему наколдованный Гермионой стакан, наполовину наполненный водой. Гарри благодарно кивнул другу и капнул в воду бадьяна, тряхнул Добби и заставил его выпить воду…
Он взмахнул палочкой, и из бездонной сумки Гермионы прилетел ещё один флакончик с зельем. Откупорив склянку, Гарри еще раз приподнял эльфа и помог ему выпить Кроветворное. Добби облегченно закрыл глаза и, утомленный, он мгновенно уснул.
Добби еще раз пощупал серый отпечаток.
— Гарри, сэр, хороший человек. Он спас Добби от смерти.
… Но человеческие лекарства действуют на эльфов немного по-иному. Магия со временем переставала слушаться Добби. Однако теперь у эльфа появились любимая работа, семья. И он вполне мог бы назвать себя счастливым.
Надев рубашку, Добби накинул поверх нее коричневую жилетку и, достав карманные часы, посмотрел на время. Дело шло к вечеру, пора было закрываться. Щелкнув крышкой часов, домовик покинул свое рабочее место и отправился на второй этаж — в жилое помещение.
Из гостиной доносился гулкий смех. В кресле удобно расположились двое эльфов. Первый, уже немолодой домовик, был одет в белую рубашку и черные штаны, жилет, фрак и такие же туфли. На начищенном значке, приколотом к груди, сиял герб Блэков. Довершали картину белые перчатки. Этакий образ идеального дворецкого. На коленях эльфа сидел маленький домовенок в шортиках и футболке, его крестник и по совместительству сынок Добби — Берти. А рядом стояла, разливая заварку по чашкам, Милли в своем любимом голубоватом платье.
В последнее время Кричер стал у них довольно частым гостем. Старому эльфу надоело постоянно находиться в одиночестве: он нуждался в обществе и тосковал по маленькому домовенку. Кричер исправно нес службу Благородному Дому Блэков, а при малейшей возможности отправлялся к сюда.
Внезапно зазвонил дверной колокольчик. Добби развернулся и направился обратно в мастерскую, к очередному клиенту.
Это оказалась миловидная эльфа в потертой простынке. Зайдя в ателье и оглядевшись, она замерла от восхищения, но скоро пришла в себя и заметалась от одного стеллажа к другому. Добби стоял у лестницы и наблюдал за этим, снисходительно улыбаясь.
Со второго этажа спустилась Милли, за ней — степенный Кричер с Берти на руках. Шляпник выглянул из-под лестницы, колотя чай вилкой. Меффи отложила в сторону недоделанную сумочку и, поймав на себе взгляд эльфы, подбадривающе ей подмигнула. Мастер Левви вышел из своей мастерской с новым белоснежным зонтиком в руках. Финни поднялся из подвала и, облокотившись на перила, откровенно любовался незнакомкой.
Успокоившись и остановившись в своих метаниях, эльфа немного помялась и, смущенно теребя краешек своей простынки, спросила:
— Вы ведь можете подобрать мне что-нибудь из одежды? Один сэр сказал, что вы с удовольствием мне поможете, мастер Добби, и направил сюда. И еще он попросил передать вам кое-что. — С этими словами эльфийка достала из складок своей простынки серебряный медальон с выгравированным на нем именем «Добби». — Вот, — она протянула медальон Добби.
Тот принял украшение дрожащими руками и внимательно его осмотрел. Все прочие домовики совершенно внезапно оказались рядом и чуть ли не заглядывали ему через плечо, демонстрируя при этом друг другу абсолютную незаинтересованность. Откинув крышку медальона, Добби вгляделся в колдографию, хранящуюся внутри; он не сразу заметил вылетевшую записку. Стоявшая рядом Милли немедленно подняла ее с пола и зачла:
«Дорогой Добби,»
Прости, я немного опоздал с поздравлениями. С днем Рождения тебя! Носки дарить, мне кажется, уже нет смысла — у тебя их много, не так ли? Прими от Поттеров этот медальон. Извини за то, что редко видимся. Передавай привет семье!
На колдографии были изображены двое: Добби, еще в своем старом полотенце и разноцветных носках, и молодой парень в очках, со взъерошенными черными волосами. На лбу его, слегка прикрытый челкой, виднелся шрам в виде молнии. В то время как эльф был увлечен вязанием то ли шарфа, то ли чулков, парень сидел рядом на корточках и держал намотанные на руки нитки. Оторвавшись от своего занятия, эльф и юноша радостно помахали Добби руками. Забыв, что у него на руках нитки, Гарри, поприветствовав таким образом Добби, запутался в них, аки в рыболовных сетях. Эльф на колдографии, забросив вязальные спицы, помчался выпутывать Поттера. Вскоре, они оба, заливаясь смехом, распутывали друг друга.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 4 из 5
