Атласная кожа

— Неужели вы думаете, что я не вижу, как вы стогонитесь меня, как боитесь называть себя, будто я якобы могу завладеть вами, зная лишь ваше имя! И не стоит столь бгезгливо отодвигаться от меня, повег'ьте, я не темное существо! Мое лицо абсолютно настоящее, мне для него не нужна ни ваша душа, ни тем более кговь! — разбушевалась Флер. — Билл Уизли! Ваших тезок полно по всей Англии! Ваше имя мне ничего не даст! Что это? — она кивнула на небольшой медальон, видневшийся из-под его рубашки. — Ваш талисман? Охганит вас от моих чар? Да, охганит! Да, я беззащитна! И вы можете требовать от меня всего, что вам заблагогассудится! Чего обычно хотят мужчины от вейл!

— Мисс Делакур, у вас истерика, — сухо констатировал уязвленный Билл Уизли. — Побочный эффект заклятья.

Флер и сама чувствовала, что ее занесло куда-то не туда, но остановиться уже не могла, выкрикивая обвинения одно за другим, выплескивая всю горечь, накопившуюся за много лет. Жаль только, что сам объект обвинений сосредоточенно листал какую-то тетрадь, не обращая на нее никакого внимания.

— … вот оно! «После частичного снятия заклятья у проклятого может начаться неадекватная реакция, у магического существа она будет проявляться в многократном увеличении его способностей на малый период времени»… — пробубнил Билл себе под нос. — «Полностью снять заклятье можно лишь»…, о черт! — его амулет, в форме аметистовой капли, вдруг раскалился и постепенно начал наливаться обсидиановой чернотой.

Билл оглянулся: широко раскрытые глаза Флер, которая, выдохнувшись и устав кричать, теперь тихо лежала на кровати, наполнялись золотым свечением, выходившим из полураскрытых губ вейлы. Золотое сияние поднялось над кроватью и устремилось к магу, умоляя его подчиниться чужой воле, заставляя извиваться у ног госпожи, выворачивать себя наизнанку, целовать ее ноги, дабы госпожа не сердилась за непослушание.

Госпожа не сердилась, она просто не могла, она даже не понимала, что с ней происходит.

Маг скорчился у кровати, обхватив голову руками.

«Подчинись!» — уговаривала чья-то чужая воля. — «Не сопротивляйся! Будь моим, а я стану твоей! Навечно!». Билл будто только сейчас увидел, насколько прекрасна лежащая перед ним девушка. Длинные волосы золотистыми сетями раскинулись по больничной койке, заманивая его к себе. Нежные губы обещали подарить забвение. А гладкая атласная кожа готова была открыть для них обоих неизведанные тайны. Билл из последних сил отшатнулся от Флер, он знал, что случится потом: повинуясь древнему зову, он подчинится воле вейлы и тем самым высвободит сильнейшую магию, которая может разрушить все, что встретится на ее пути, и убить их обоих.

Что бы ни писали в длинных скучных трактатах о невозможности подобного, магия любви существовала. И встреча подходящего волшебника с вейлой, доселе не знавшей мужчин, высвобождала столь сильную магию, что не знавший правил мог сильно поплатиться за неосторожность.

Билл правила знал, как знал и про свои силы, и что они могут натворить. Никто из его знакомых, и особенно семья, никогда не должны были узнать, что тогда произошло в Египте с наивным и полным надежд юношей, который провел три месяца в плену у пустынных вейл, жриц Сета. Он сумел сбежать, сумел вернуть себя и собрать из пыли пустынь осколки былой гордости и растоптанного чувства собственного достоинства. Но навсегда всей душой возненавидел вейл, жестоких и коварных существ, любящих чужое унижение.

Только эта девочка не подходила под такое описание. Хрупкая и гордая, может быть, но не жестокая. И он не имел права мстить вейлам за ее счет, не имел прав на нее, не имел права на то, чтобы сдаться.

«Подчинись мне!» — воля вейлы крепла с каждой секундой, в то время как его ослабевала. Сил мага хватало лишь на то, чтобы не смотреть на девушку, но долго так продолжаться не могло. Благодаря своим умениям и опыту Билл мог видеть магию вейл, но, сколько продлится эта пытка, прежде чем он сломается? Старый мастер как-то говорил:«… не можешь противостоять чьей-то магии, подчини ее себе хотя бы на краткий миг, и она признает тебя хозяином. Или перекрой ее источник и при этом постарайся выжить!».

Но как подчинить себе вейлу, рядом с которой не работает магия? Значит, надо перекрыть источник…

Превозмогая себя, Билл поднялся на ноги, и склонился над неподвижной вейлой. В голове промелькнула мысль, что он намного старше ее, что это неправильно, но замолкла, не дойдя до его сознания, заглушенная диким желанием выжить, сохранив себя.

Губы мага осторожно коснулись приоткрытых губ Флер, откуда сочился золотой свет. Билл поцеловал девушку, чувствуя, как его наполняет обжигающая магия вейл. Комната озарилась ярким белым светом. Флер сдавленно всхлипнула и откликнулась на поцелуй, запуская пальцы в рыжие волосы волшебника.

Если бы кто-нибудь в этот момент заглянул комнату, он бы увидел две фигуры, объятые ослепляюще-белым пламенем.