УАЗик раскалился под южным солнцем. Получишь волдырь, если неосмотрительно коснёшься голой кожей металла. Но у нас уже выработался рефлекс и теперь никто не обжигался. Наша переделанная под разведывательно-дозорные нужды машина стояла, будто шхуна в штиль посреди океана. Только у нас вместо воды был песок.
Сбоку матернулся Виктор, хмыкнул Семёныч и открыл в изумлении рот Слава.
— Пошли, — взял я ладонь Веры.
Её теплые пальцы сжались, а губы приоткрылись, что-то шепча. И мы спустились в райский сад.