Белла Стар — это довольно известная порноактриса, снимается в том жанре, где связанную женщину сначала шлепают плеткой по попе, а потом суют резиновый член в рот, и я очень надеюсь, что эта история не про неё.
17 мин, 55 сек 5294
«Да! Вот так! Вот так, детка! И не сачкуй!» — D. Moriarty, хоть и занимал чат практически в одиночку, но, похоже, в целом верно выражал настроения публики. Минуты через три он снова выступил с инициативой.
«Эй, приятель! Ты, в черных кожаных штанах! — обратился он к мужчине в студии.»
— Раз уж эта сучка наша рабыня на сегодня, надень-ка на нее ошейник!«.»
И снова его поддержали. Совместными усилиями был выбран ошейник с цепочкой-поводком, который надели на Беллу. Вечер становился все интереснее.
В течении следующего часа, благодаря D. Moriarty, в большинстве отверстий тела Беллы Стар перебывало множество разнообразных предметов. Похоже, почти все, какие только D. Moriarty смог углядеть в видимой ему части студии. Её также отшлепали по всем выступающим частям, связывали десятком разнообразных способов, и, судя по её поведению (а актерские способности Беллы, как и почти любой женщины, я оценивал весьма высоко), несколько раз довели до неслабых таких оргазмов.
Между тем, хотя наш герой и продолжал фонтанировать идеями, оживление в чате как-то спало, и поддержки D. Moriarty находил все меньше. Думаю, большинство участников, в том числе и я, уже давно и неоднократно получили от мероприятия все что хотели, и теперь просто безучастно наблюдали за развитием событий.
Что касается меня, то, несмотря на отупляющее чувство удовлетворения, я невольно задавался вполне закономерным вопросом — а не подставное ли лицо наш D. Moriarty? Справедливости ради стоит отметить, что сколько–нибудь заметную активность среди зрителей проявлял только он. С другой стороны, его предложения поддерживались явным большинством, и обвинять D. Moriarty или организаторов в шарлатанстве все же было бы глупо. Как бы там ни было, все получили, что хотели, а если кто-то тупил или стеснялся — это исключительно его проблемы.
Отправив в мусорное ведро очередную бумажную салфетку, я потянулся к сигаретам и зажигалке.
— Ладно, мальчики и девочки, — сказал мужчина в студии, — думаю, мы неплохо провели время, но нужно потихоньку заканчивать.
«Как скажешь, приятель. Но я хочу, что бы эта дамочка запомнила сегодняшний день».
— Ну, думаю, в том, что она его запомнит, мы можем быть уверены.
«Я хочу, чтобы она запомнила его на ВСЮ жизнь. Так что возьми со стола ту штуку и поставь-ка ей клеймо, скажем на бедро. Это будет напоминать ей о нашей сегодняшней встрече».
Еще раз перечитав написанное D. Moriarty, я хмыкнул и выжидающе уставился в монитор. Парень явно перегибал палку, но как на это отреагирует мужчина в студии, посмотреть было интересно.
Тот покачал головой, но взял со стола металлический прут с замысловатым узором на одном конце и подошел к Белле, которая в это время висела, растянутая за руки и за ноги, и довольно убедительно изображала полную дезориентацию от пережитого недавно оргазма. Парой пощечин он привел её в чувство, продемонстрировал прут, а потом указал на экран. Дождавшись, пока Белла прочитает последнее желание D. Moriarty, мужчина обнял её сзади и стал делать вид, что хочет ткнуть в неё прутом. Та сексуально стонала и извивалась всем телом.
«Эй! Что за хрень ты делаешь? Я сказал» поставь ей клеймо«а не» попугай её палкой«! Перестань тянуть время и займись делом!».
Мельком глянув на экран, мужчина продолжил тыкать в Беллу прутом, хотя грубости в его действиях прибавилось. D. Moriarty продолжил возмущаться. Наконец, мужчина не выдержал и, посмотрев в камеру (и не переставая шарить одной рукой по телу актрисы), сказал:
— Извини, приятель, но похоже, что в этот раз ты со своими желаниями в меньшинстве.
«Что ты хочешь сказать?».
— Посмотри, тебя никто не поддерживает, — мужчина указал на экран, целиком занятый репликами D. Moriarty.
«Что за херня? Эй, ребята, вы что, не хотите продолжения шоу?».
Ему никто не ответил, хотя и я ждал этого. Забавно, но этот конфликт интересовал меня даже больше, чем обнаженное тело Беллы Стар, распятое между двух столбов.
«Какого хера, парни? Целый гребаный час я развлекал вас, заставляя этих клоунов хоть немного напрягаться, а сейчас вы не хотите меня поддержать?».
И снова ему никто не ответил.
«Да пошли вы, дрочилы малолетние! Эй, ты! Может хоть ты меня поддержишь, пока эти двое не свернули свою лавочку?».
Конечно, я понял, что это был камень брошенный наугад, но, почему-то я решил ответить ему. Отложив сигарету, я быстро напечатал ответ:
«Извини, но то, что ты просишь, меня совсем не возбуждает. Я такое не люблю».
«Охренеть! А меня возбуждает! Обо мне ты что, не думаешь?».
«Мы целый час голосовали за то, что тебя возбуждает».
«Только не говори, что делал это против своей воли! Бьюсь об заклад, больше половины той фигни, что проделали с этой сучкой, тебе понравилось, только у самого кишка тонка была такое даже написать!».
Я уже собрался ответить ему, но тут заметил, что и Белла и её мучитель с интересом следят за нашей перепиской на экране в студии. Это меня позабавило, но и как-то напрягло. В такой ситуации я не собирался становится объектом чьего-либо внимания.
«Эй, приятель! Ты, в черных кожаных штанах! — обратился он к мужчине в студии.»
— Раз уж эта сучка наша рабыня на сегодня, надень-ка на нее ошейник!«.»
И снова его поддержали. Совместными усилиями был выбран ошейник с цепочкой-поводком, который надели на Беллу. Вечер становился все интереснее.
В течении следующего часа, благодаря D. Moriarty, в большинстве отверстий тела Беллы Стар перебывало множество разнообразных предметов. Похоже, почти все, какие только D. Moriarty смог углядеть в видимой ему части студии. Её также отшлепали по всем выступающим частям, связывали десятком разнообразных способов, и, судя по её поведению (а актерские способности Беллы, как и почти любой женщины, я оценивал весьма высоко), несколько раз довели до неслабых таких оргазмов.
Между тем, хотя наш герой и продолжал фонтанировать идеями, оживление в чате как-то спало, и поддержки D. Moriarty находил все меньше. Думаю, большинство участников, в том числе и я, уже давно и неоднократно получили от мероприятия все что хотели, и теперь просто безучастно наблюдали за развитием событий.
Что касается меня, то, несмотря на отупляющее чувство удовлетворения, я невольно задавался вполне закономерным вопросом — а не подставное ли лицо наш D. Moriarty? Справедливости ради стоит отметить, что сколько–нибудь заметную активность среди зрителей проявлял только он. С другой стороны, его предложения поддерживались явным большинством, и обвинять D. Moriarty или организаторов в шарлатанстве все же было бы глупо. Как бы там ни было, все получили, что хотели, а если кто-то тупил или стеснялся — это исключительно его проблемы.
Отправив в мусорное ведро очередную бумажную салфетку, я потянулся к сигаретам и зажигалке.
— Ладно, мальчики и девочки, — сказал мужчина в студии, — думаю, мы неплохо провели время, но нужно потихоньку заканчивать.
«Как скажешь, приятель. Но я хочу, что бы эта дамочка запомнила сегодняшний день».
— Ну, думаю, в том, что она его запомнит, мы можем быть уверены.
«Я хочу, чтобы она запомнила его на ВСЮ жизнь. Так что возьми со стола ту штуку и поставь-ка ей клеймо, скажем на бедро. Это будет напоминать ей о нашей сегодняшней встрече».
Еще раз перечитав написанное D. Moriarty, я хмыкнул и выжидающе уставился в монитор. Парень явно перегибал палку, но как на это отреагирует мужчина в студии, посмотреть было интересно.
Тот покачал головой, но взял со стола металлический прут с замысловатым узором на одном конце и подошел к Белле, которая в это время висела, растянутая за руки и за ноги, и довольно убедительно изображала полную дезориентацию от пережитого недавно оргазма. Парой пощечин он привел её в чувство, продемонстрировал прут, а потом указал на экран. Дождавшись, пока Белла прочитает последнее желание D. Moriarty, мужчина обнял её сзади и стал делать вид, что хочет ткнуть в неё прутом. Та сексуально стонала и извивалась всем телом.
«Эй! Что за хрень ты делаешь? Я сказал» поставь ей клеймо«а не» попугай её палкой«! Перестань тянуть время и займись делом!».
Мельком глянув на экран, мужчина продолжил тыкать в Беллу прутом, хотя грубости в его действиях прибавилось. D. Moriarty продолжил возмущаться. Наконец, мужчина не выдержал и, посмотрев в камеру (и не переставая шарить одной рукой по телу актрисы), сказал:
— Извини, приятель, но похоже, что в этот раз ты со своими желаниями в меньшинстве.
«Что ты хочешь сказать?».
— Посмотри, тебя никто не поддерживает, — мужчина указал на экран, целиком занятый репликами D. Moriarty.
«Что за херня? Эй, ребята, вы что, не хотите продолжения шоу?».
Ему никто не ответил, хотя и я ждал этого. Забавно, но этот конфликт интересовал меня даже больше, чем обнаженное тело Беллы Стар, распятое между двух столбов.
«Какого хера, парни? Целый гребаный час я развлекал вас, заставляя этих клоунов хоть немного напрягаться, а сейчас вы не хотите меня поддержать?».
И снова ему никто не ответил.
«Да пошли вы, дрочилы малолетние! Эй, ты! Может хоть ты меня поддержишь, пока эти двое не свернули свою лавочку?».
Конечно, я понял, что это был камень брошенный наугад, но, почему-то я решил ответить ему. Отложив сигарету, я быстро напечатал ответ:
«Извини, но то, что ты просишь, меня совсем не возбуждает. Я такое не люблю».
«Охренеть! А меня возбуждает! Обо мне ты что, не думаешь?».
«Мы целый час голосовали за то, что тебя возбуждает».
«Только не говори, что делал это против своей воли! Бьюсь об заклад, больше половины той фигни, что проделали с этой сучкой, тебе понравилось, только у самого кишка тонка была такое даже написать!».
Я уже собрался ответить ему, но тут заметил, что и Белла и её мучитель с интересом следят за нашей перепиской на экране в студии. Это меня позабавило, но и как-то напрягло. В такой ситуации я не собирался становится объектом чьего-либо внимания.
Страница 2 из 5
