Фандом: Изумрудный город. Менвит-зоолог Эль-Сун отправляется в автономную экспедицию к Большой реке изучать беллиорских крокодилов. В качестве связиста и помощника он арендует у начальника связи «Диавоны» Ра-Хора его личного раба и ассистента Лана. Что ожидает пришельцев — избранника и раба в лесах Гудвинии? Ведь пока они изучают местное зверьё, в Ранавире грядут нашествие мышей, Дни Безумия вещей и прочие«приятные» события канона!
274 мин, 43 сек 11908
— Какой ужас… — зоолог сделал «страшные» глаза, — А что по этому поводу думает твой господин?
Раб слегка развёл руками.
— Откуда же мне знать, что он думает, господин? Крокодилов в доме господина Ра-Хора до сих пор не водилось…
— Нет, всё-таки надо будет ему парочку поймать! — хохотнул Эль, предвкушающе потирая руки, — и по возвращению напроситься в гости, посмотреть их кормление, вернее — закармливание!
На губах арзака неожиданно появилась тонкая улыбка опытного дворцового интригана:
— А как отнесётся господин генерал Баан-Ну к тому, что обратно на корабле полетят ещё и беллиорские крокодилы?
— Нормально отнесётся, можешь мне поверить! В конце концов, это будут живые образцы местной фауны! А если поймать самца и самку — можно будет потом попробовать их разводить!
— Простите, господин, но… вряд ли мой господин Ра-Хор станет разводить в своей усадьбе… крокодилов! — расширив глаза, осторожно возразил Лан, — К тому же, как они перенесут анабиоз? И, главное — где? На корабле есть свободные крио-ячейки?
Эль задумался над проблемой транспортировки земноводных, а потом ему вдруг привиделась картина маслом по скатерти: Баан-Ну лежащий в своей капсуле в обнимку с двумя очаровательными крокодильчиками и своей книгой. И морды… лица… эээ… физиономии у всех троих при этом такие довольные-довольные!
Этого хватило. Зоолог, забыв о приличествующей избраннику сдержанности, хрюкнул, повалился на траву и зашёлся в неудержимом хохоте.
Вслед за ним, не особо поняв, чему конкретно смеётся господин, но заразившись его весельем рассмеялся и арзак.
Ржали долго и дружно, забыв про все расовые и социальные различия.
Вечером при свете фонаря разгребли и упорядочили первые полевые записи. Лан оказался прилежным учеником: внимательно слушал все указания своего начальника и время от времени даже набирался храбрости что-нибудь уточнить или переспросить непонятное. Эль был доволен такой дотошностью и всё больше проникался уважением к Ра-Хору, воспитавшему себе такого толкового помощника. Пожалуй, Эль бы и сам теперь не отказался от подобного ассистента. Причём — на постоянной основе! Арзаков он не любил, но с существованием некоторых особо адекватных и разумных представителей этой расы готов был мириться. Этому «арзаку-невидимке» удалось попасть в число редких исключений!
Чуть позже поужинали, разогрев на походной плитке концентраты. Лан собрался было прислуживать избраннику за столом, но тот отмахнулся:
— Я что, не в состоянии сам положить себе еды? Ты ещё с ложечки меня начни кормить, как это делают няньки господских детей в некоторых знатных семействах! — по лицу Эль-Суна вдруг пробежала тень, губы на мгновение сжались от некоего неприятного воспоминания. — Сядь и ешь! Мы не во дворце Гван-Ло!
— А вам доводилось бывать во дворце самого Верховного, господин? — тут же заинтересовался арзак, но тут же испуганно осёкся и сам себя хлопнул ладонью по губам:
— Простите, господин, я задал вопрос, не спросив вашего позволения…
Эль мрачно зыркнул на него, и раб прикусил язык.
— Доводилось. — коротко и недружелюбно ответил менвит. От недавнего его веселья не осталось и следа.
«Дворец Гван-Ло!» — с горечью и злостью подумал он, — «Высокородное семейство, древняя благородная кровь… демоны бы их всех побрали!»
Почти никто в экспедиции — за исключением кое-кого из командного состава и, может быть, пары-тройки пилотов — выходцев из аристократии — не знал и даже не подозревал о том, кем по происхождению был Эль-Сун, знаменитый зоолог-экстремальщик, не боящийся ни трудных маршрутов, ни дурной погоды, ни грязной, больше подходящей рабам-арзакам, работы. Сам Эль на эту тему никогда не распространялся, а слухи, иногда всплывавшие в обществе после какой-нибудь очередной его героической вылазки, выхода монографии или видеохроники, как-то быстро затухали, словно подавляемые искусственно. И Эль был склонен думать, что так оно и обстояло на самом деле: род, к которому он принадлежал по праву крови, не хотел ничего знать о нём — отпрыске порченой, неполноценной ветви, позорящей всё древо.
Верховный правитель Рамерии приходился ему троюродным дядей. И Эль мог бы с самого рождения пользоваться привилегиями происхождения из столь благородного рода… если бы не его беспутная бабка Ли-Ран, некогда спутавшаяся с арзаком и даже — к вящему ужасу и негодованию родителей и всего остального клана — едва не вышедшая за него замуж! Правда, в те времена арзаки ещё не были рабами, но для ксенофобски настроенной менвитской знати такой поступок юной Ли-Ран был просто чудовищным. Легкомысленная дщерь великого рода едва не поплатилась за своё вольнодумство полным разрывом с родными и отречением от неё семьи, но скандал как-то замяли, а родившегося вскоре ребёнка-полукровку (отца Эля) всё же воспитали, как подобало отпрыску родовитой фамилии и позже, когда тот вошёл в пору, по-тихому женили на представительнице столь же древнего, но крайне бедного и невлиятельного рода.
Раб слегка развёл руками.
— Откуда же мне знать, что он думает, господин? Крокодилов в доме господина Ра-Хора до сих пор не водилось…
— Нет, всё-таки надо будет ему парочку поймать! — хохотнул Эль, предвкушающе потирая руки, — и по возвращению напроситься в гости, посмотреть их кормление, вернее — закармливание!
На губах арзака неожиданно появилась тонкая улыбка опытного дворцового интригана:
— А как отнесётся господин генерал Баан-Ну к тому, что обратно на корабле полетят ещё и беллиорские крокодилы?
— Нормально отнесётся, можешь мне поверить! В конце концов, это будут живые образцы местной фауны! А если поймать самца и самку — можно будет потом попробовать их разводить!
— Простите, господин, но… вряд ли мой господин Ра-Хор станет разводить в своей усадьбе… крокодилов! — расширив глаза, осторожно возразил Лан, — К тому же, как они перенесут анабиоз? И, главное — где? На корабле есть свободные крио-ячейки?
Эль задумался над проблемой транспортировки земноводных, а потом ему вдруг привиделась картина маслом по скатерти: Баан-Ну лежащий в своей капсуле в обнимку с двумя очаровательными крокодильчиками и своей книгой. И морды… лица… эээ… физиономии у всех троих при этом такие довольные-довольные!
Этого хватило. Зоолог, забыв о приличествующей избраннику сдержанности, хрюкнул, повалился на траву и зашёлся в неудержимом хохоте.
Вслед за ним, не особо поняв, чему конкретно смеётся господин, но заразившись его весельем рассмеялся и арзак.
Ржали долго и дружно, забыв про все расовые и социальные различия.
Вечером при свете фонаря разгребли и упорядочили первые полевые записи. Лан оказался прилежным учеником: внимательно слушал все указания своего начальника и время от времени даже набирался храбрости что-нибудь уточнить или переспросить непонятное. Эль был доволен такой дотошностью и всё больше проникался уважением к Ра-Хору, воспитавшему себе такого толкового помощника. Пожалуй, Эль бы и сам теперь не отказался от подобного ассистента. Причём — на постоянной основе! Арзаков он не любил, но с существованием некоторых особо адекватных и разумных представителей этой расы готов был мириться. Этому «арзаку-невидимке» удалось попасть в число редких исключений!
Чуть позже поужинали, разогрев на походной плитке концентраты. Лан собрался было прислуживать избраннику за столом, но тот отмахнулся:
— Я что, не в состоянии сам положить себе еды? Ты ещё с ложечки меня начни кормить, как это делают няньки господских детей в некоторых знатных семействах! — по лицу Эль-Суна вдруг пробежала тень, губы на мгновение сжались от некоего неприятного воспоминания. — Сядь и ешь! Мы не во дворце Гван-Ло!
— А вам доводилось бывать во дворце самого Верховного, господин? — тут же заинтересовался арзак, но тут же испуганно осёкся и сам себя хлопнул ладонью по губам:
— Простите, господин, я задал вопрос, не спросив вашего позволения…
Эль мрачно зыркнул на него, и раб прикусил язык.
— Доводилось. — коротко и недружелюбно ответил менвит. От недавнего его веселья не осталось и следа.
«Дворец Гван-Ло!» — с горечью и злостью подумал он, — «Высокородное семейство, древняя благородная кровь… демоны бы их всех побрали!»
Почти никто в экспедиции — за исключением кое-кого из командного состава и, может быть, пары-тройки пилотов — выходцев из аристократии — не знал и даже не подозревал о том, кем по происхождению был Эль-Сун, знаменитый зоолог-экстремальщик, не боящийся ни трудных маршрутов, ни дурной погоды, ни грязной, больше подходящей рабам-арзакам, работы. Сам Эль на эту тему никогда не распространялся, а слухи, иногда всплывавшие в обществе после какой-нибудь очередной его героической вылазки, выхода монографии или видеохроники, как-то быстро затухали, словно подавляемые искусственно. И Эль был склонен думать, что так оно и обстояло на самом деле: род, к которому он принадлежал по праву крови, не хотел ничего знать о нём — отпрыске порченой, неполноценной ветви, позорящей всё древо.
Верховный правитель Рамерии приходился ему троюродным дядей. И Эль мог бы с самого рождения пользоваться привилегиями происхождения из столь благородного рода… если бы не его беспутная бабка Ли-Ран, некогда спутавшаяся с арзаком и даже — к вящему ужасу и негодованию родителей и всего остального клана — едва не вышедшая за него замуж! Правда, в те времена арзаки ещё не были рабами, но для ксенофобски настроенной менвитской знати такой поступок юной Ли-Ран был просто чудовищным. Легкомысленная дщерь великого рода едва не поплатилась за своё вольнодумство полным разрывом с родными и отречением от неё семьи, но скандал как-то замяли, а родившегося вскоре ребёнка-полукровку (отца Эля) всё же воспитали, как подобало отпрыску родовитой фамилии и позже, когда тот вошёл в пору, по-тихому женили на представительнице столь же древнего, но крайне бедного и невлиятельного рода.
Страница 7 из 77
