Бездна

Этот приглушённый вопль ничем не напоминал тот, с которым нас преследовал психопат-убийца, но легче от этого не становилось. Ёлки-горелки, передышка будет или нет?

— Феникс? — с надеждой на отрицательный ответ, спросила Валя и я кивнул. — Просто зашибись.

— Да, — согласился я и подтолкнул Диану, — Пока не очкуем, идём спокойно и внимательно слушаем. Кто определит, откуда летит воробушек — получит приз.

— Какой? — спросила доверчивая Катя.

— Плюс пять к скорости передвижения, — захохотал Лис и пошёл вперёд. — Главный приз тут — остаться в живых, дура.

Все топали так, словно и не было недавней пробежки. Однако Валентина замедлила шаг и придержала меня, взяв за локоть. Диана обернулась, посмотрела на нас, но ничего не стала говорить или делать.

— Ты совсем с катушек съехал? — прошептала спутница в ухо. — На кой хер ты вы… бал эту суку? У неё это — коронный номер, чтобы залезть мужику на голову. Если бы это могло помочь, она бы раздвигала ноги перед каждым монстром этой дыры!

— Тебе что, завидно? — спросил я, потому что, по сути, отвечать было нечего

— Ой, дурак! — девушка всплеснула руками, и Диана ещё раз обернулась. Недоброе у неё было лицо. — Эта сука успела сменить четырёх мужей, пока не добралась до нынешнего. И каждый, после развода, оставался с голой жопой и большими ветвистыми рогами. Впрочем, назвать этот прибор сукой, значит здорово ей польстить. Сука у нас — Маруся, а это — автомат, для получения денег. Не знаю, что она тебе наплела, но запомни: придёт время и Дианочка Станиславовна спустит нового ненаглядного в унитаз и даже не вспомнит, что такой существовал вообще.

— Да я как-то и не сомневался, — Валя приподняла бровь. — Она в общем и не скрывала, что собирается меня использовать и даже объяснила, как. Типа мужу настучит или ещё чего.

— Объяснила? — Валя покачала головой. — Вообще-то на неё не очень похоже. Но ты не расслабляйся и держи ухо востро.

— Стараюсь, — сухо ответил я и остановился, прислушиваясь. — Слышала?

Отдалённые вопли Феникса внезапно смешались с трескотнёй автоматных очередей. Стреляли тоже очень далеко и было абсолютно непонятно, откуда идёт звук. Кажется, вторая группа мало-помалу продвигалась в нашем направлении и скорее всего чёртова птичка наткнулась на них. С внезапной тревогой я вспомнил про жену и тут же ощутил жгучий стыд. Со всеми своими неприятностями, я как-то позабыл, что в этот раз по Бездне блуждает Ольга и не факт, что ей удастся выбраться живой.

— Ты — красный, — сообщила Валя. — Всё в норме?

— Какого хера тут вообще что-то может быть в норме? — буркнул я и кивнул. — Пошли, пока остальных не потеряли. Тут заблудиться, как два пальца…

Зря беспокоился. Нас решили подождать, переговариваясь и рассматривая разветвление ходов. Хм, нехилый такой перекрёсточек, аж из пяти ответвлений. Наши стояли на круглом пятачке, посреди которого возвышался нарост, чем-то напоминающий оплывшую свечу двухметровой высоты. Впрочем, если присмотреться, то каменная хренотень начинала походить на статую человека с уродливым наростом в районе груди. То ли чужой выползает, то ли птица выклёвывает сердце.

Этого места я не помнил, хоть убей. Значит, пути-дорожки вывели нас в неизвестную область и радовать это не могло аж никак. Особенно, в свете того, что паломники ожидали от меня по крайней мере одну скрижаль с заповедями. Заповеди-то имелись, но все, как одна, матерные и малоинформативные. С такими хрен спасёшься.

— Куда? — спросил Лис и принялся тыкать стволом автомата. — Оттуда несёт какой-то дохлятиной; оттуда — трещит, типа палки ломаются; там — тихо и спокойно, а вон там — сыростью воняет и шумит. Куда?

Ход, воняющий мертвечиной, отпадал сразу, хруст палок навевал недобрые воспоминания о знакомстве с паучками, а шум воды — об исполинском водопаде, куда улетела Вобла. Оставался вариант с тихим тоннелем, однако стоило мне представить, как мы идём по этому пути и начинало недобро ныть сердце.

Может вернуться? Я обернулся и тут же услышал вопль огненной пташки. Уже — намного ближе и без аккомпанемента автоматной трескотни. То ли нашим пришёл полный гаплык, то ли им удалось отпинаться от назойливого соловья. Ясно одно: вольготно шастать по лабиринту нам никто не позволит. Следовало выбирать и побыстрее.

— Пошли, — я первым двинулся по проходу, рассматривая волны зелёного сияния, скользящие по гладким стенам.

— У тебя — неуверенный вид, — сообщила Диана, словно невзначай оказавшись рядом.

— Может это потому, что я не уверен? — огрызнулся я. — Думаешь тут знаю все чёртовы коридоры? Этой дороги я не знаю, так что можно ожидать любой фигни. Нахрена я тебе это объясняю, вообще? Чтобы ты могла дома написать мемуары: «Как я провела каникулы в Бездне»?

Пол содрогнулся. Раз, другой. Третий толчок оказался настолько мощным, что меня сшибло с ног и покатило вперёд.