Бездна

Психопат сумел справиться с непослушной одеждой и таки вытащил короткий чёрный нож. Кажется, оружие было делано из цельного куска камня. А впрочем — какая, нахрен, разница? Чокнутый приставил оружие к моей глотке, после чего запрокинул голову и издал какой-то, совершенно нечеловеческий, вопль. Возможно мне показалось, но откуда-то сверху донёсся ответ.

— Хорошего понемножку, — тяжесть исчезла и в горло проникла толика живительного воздуха. Шипящий силуэт тоже пропал, причём звук, сопровождавший исчезновение, весьма напоминал удар. — Но зрелище было забавным, согласись.

— Точно. А как оно шипело! Следи за мудаком, мало ли что.

Сознание тонкой струйкой просачивалось в череп и по мере просветления я всё чётче осознавал, что, во-первых, слышу знакомые голоса; во-вторых, я остался жив и в-третьих, знакомые голоса принадлежат умершим людям. По крайней мере, один из них.

— Долго валяться собираешься? — осведомилась Вобла, появляясь в поле зрения и протянула руку. — Как был придурком — так и остался.

— Не стал бы огульно разбрасываться определениями, — заметил Теодор, появившись рядом с тощей воительницей. — Кстати, обрати внимание на то, как выглядит сей персонаж.

— Пожёванным, — женщина пожала костлявыми плечами и схватив меня за запястье, подняла на ноги. Мир качнулся в одну сторону, потом — в другую и таки остановился. — Впрочем, я его другим и не видела.

— Да нет же! — только теперь я обратил внимание, что левая сторона лица у Емельяновича напоминает оплавленный кусок пластика. — Одежда. Кевларовая жилетка, от которой я категорически отказался прошлый раз и как выяснилось, оказался совершенно прав. Однако же, наш гость очевидно участвует во втором поиске. Стало быть, ваш, так неуважаемый мною Утюг, по-прежнему жив и продолжает лелеять надежду на спасение. Смею предположить, что ставки возросли. Не ошибаюсь?

— Не-а, — теперь я рассматривал Воблу. Она практически не изменилась, если не считать состояния одежды, успевшей обратиться жуткими лохмотьями, едва скрывавшими костлявое тело. — И теперь главный приз пообещали мне.

— О времена! — Теодор закатил глаза. — А ведь предыдущим руководителем экспедиции был настоящий исполин духа.

— Ага, и куда он её привёл? — отгавкнулся я чем вызвал ухмылку на тощем лице женщины. Вы то, какого чёрта живые? Или — нет?

— Нет, ну мы тоже очень рады тебя видеть, — Теодор громко ухнул, словно заправская сова. — А ты почему здесь? Из-за денег?

— Угу. Точно. Сделали, блин, предложение, от которого трудно оказаться, — Вобла хрюкнула и понимающе кивнула.

— Жена? — я покачал головой. — Ребёнок?

— Да, дочка, — быстро она фишку сечёт. — А жена здесь, со мной, — тут глаза у обоих полезли на лоб, — в качестве дополнительной страховки. Несколько часов назад повидаться свезло.

— Бог даст — выживет, — в устах рационального Теодора Емельяновича фраза прозвучала как-то необычно. — А эту мерзость ты где сыскал?

«Мерзость», до этих слов прикидывающаяся ветошью, внезапно вскочила на три конечности и подобно какому-то жуткому пауку рванула к стене пещеры. Та, как выяснилось, чернела множеством отверстий, чем-то напоминая швейцарский сыр. И если в некоторые дыры не влезла бы и мышь, то в другие, типа той, куда вполз Лифшиц, запросто вместились бы и трое психопатов.

— Плохо, — прокомментировал Теодор и придержал за руку Воблу, которая было направилась вслед за беглецом. — Не стоит — слишком опасно.

— И что там? — я потрогал место приложения сил Лифшица. — Блин, точно шишка будет!

— Не знаю и не имею желания выяснять, — Теодор ткнул пальцем вверх. — Мы, вообще-то, оттуда. Наблюдали, как ты барахтаешься. Уже думали спуститься и помочь, но у тебя и у самого неплохо получилось.

— Почти, — хмыкнула Вобла и повернулась к спутнику. — А что это у тебя такая рожа, будто ты того хмыря уже где-то видел? Кто он?

— Знавал я кого-то, очень на него похожего, — Теодор потрогал обезображенную часть лица и поморщился, — давным-давно. Ещё когда первый раз собирались в Бездну вызвался один нам помочь. Назвался экспертом-медиумом. Показывал бумаги из Питерской Академии наук. Вот только бумаги эти больно на фальшивки походили, а за их владельцем след тёмный тянулся. Короче, отказали ему. А уж после выяснилось, что человечишко этот уже успел в Бездне побывать и вроде как умишком тронулся. Организовал секту огнепоклонников и людей жёг, почём зря. Выродок.

— Так может быть, всё-таки поделитесь, как выжить то удалось? — Протянул я, в очередной раз изучая пещеру, куда меня угораздило спастись. — Ты то понятно, сам видел, как тебя брат нёс, — Теодор прищурился, и уцелевшая часть его лица отразила то ли скорбь, то ли злость. — А вот ты, — я посмотрел на Воблу, а она посмотрела на меня. — Никогда не слышал. Чтобы кто-то пи… данулся в Ниагарский водопад и жив остался. А тут вроде как повыше будет.