Битва за мир

План «Ораск» предусматривал перепрограммирование здешних трансгуманоидов и вовлечение азиатской федерации в сферу влияния Мерхии еще до того, как проблемы начались на самой Мерхии. Потому-то Темерси и удивился, когда понял, что этого еще не произошло. Он был почти уверен, что конфискация частных кораблей — инициатива мерхианцев, а не самих азиатов.

Тогда зачем им это понадобилось?

Скэнте медленно отошел от края пропасти, поднялся по узким ступенькам и устроился за столом на втором этаже трехуровневой конструкции. На самом кончике зигзага, в стороне от других посетителей. Снизу немедленно донесся шипящий звук. Перед глазами на резко удлинившейся ноге возник робот-разносчик. Темерси жестом отправил его прочь и задумался.

В сети не было никаких упоминаний об этой конфискации. Ни намека, точно туда запустили программу-фильтр, которая удаляла все упоминания, даже жалобы обиженных владельцев-трансгумов в свободных информпространствах. Скорее всего, именно так дело и обстояло. Одновременно с этим азиатские власти лихорадило. Отставка за отставкой — Темерси устал читать списки имен и постов. Командующий силами правопорядка вошел в число этих опальных… Что-то явно происходило. Но что именно — понять было сложно. Во многом из-за редкостной закрытости азиатской системы власти.

Будто там случился серьезный раскол. Скэнте встрепенулся, прикидывая, как это проверить… и вдруг заметил, что и посетители кафе тоже пришли в странное оживление. Донеслись восклицания.

Он оглянулся. Нет, ничего необычного. Ни драк, ни полиции, ни конфискации кораблей. Громкая связь молчала. Все то же, что и раньше, — ленивые посетители, в основном люди, реже — негуманоидные виды. Разговоры… Теперь, правда, разговоры стихли. Пара выкриков — «Что?!», «Не может быть, это, наверное, вирус в инфоленте!». Темерси переключил компьютер на режим переводчика. И о чем это они?

А посетители, не отрываясь, смотрели в экраны. Как будто передача информации в мозг не вызывала ни у кого дискомфорта. Смотрели заинтересованно, взволнованно, нервно… Да что у них случилось?

Темерси наплевал на дискомфорт и уставился в экран. Сначала глаза видели только бессвязную мешанину кадров. Но потом…

В голове соткалась картинка. Просторный кабинет какого-то чиновника… нет, стоп, это кабинет главы федерального правительства — стоило Темерси задуматься, как технология информационного потока тут же послала ему в мозг знания и о хозяине кабинета, и о структуре правительства. Прямо внешний имплант какой-то. У трансгумов внутренние, а для консерваторов внешние… Скэнте принялся изучать кабинет. Не разглядывать, потому что больше всего картинка походила на сновидение наяву прямо в мозгу. Изучать, переключая внимание.

По помещению со светло-серыми стенами метались люди. За столом в центре сидел глава правительства. Казалось, он только что замолчал и теперь собирался с силами, чтобы продолжить. Кто-то из присутствующих тревожно на него посматривал, несколько трансгумов с неестественно сияющими, точно прожекторы, глазами вели съемку, отправляя увиденное через импланты прямо в информационную ленту. За спиной у министра виднелась прозрачная стена, а за ней — компактная стоянка или мини-космопорт. Сейчас там было полным-полно. То и дело через входную шахту влетали новые и новые корабли и шаттлы, из них высыпали новые и новые люди… Раздвижная дверь не закрывалась. Слышен был и гул голосов, и нервозные перешептывания. Почти трансгуманоидный эффект присутствия.

Прибывшие все так же, переговариваясь, заходили и выходили. Министр откашлялся.

— Итак, мне не остается ничего больше, кроме как признать и собственную некомпетентность, и некомпетентность всей нашей системы госбезопасности.

Почему-то Скэнте понимал все, что он говорит. Похоже, автоперевод — еще одно свойство технологии информационного потока. Даже не перевод, а знания о смысле слов — такие же, как сведения о структуре правительства, которые проявились в мозгу сами собой. Наверное, в информационный поток были встроены основные языки Сообщества Андромеды.

— Я приношу свои искренние извинения. Я лично проследил за тем, чтобы были приняты меры по выходу из сложившейся ситуации, — продолжал министр.

Он потер лоб пальцами, опустил и снова поднял измученные красные глаза.

— Я сделал все, что смог. Я признаю свою вину в том, что случилось. Все произошло по причине моего бездарного руководства.

По крайней мере, этот человек не стал юлить, а достойно признал свою вину. Темерси не мог не оценить подобного шага… но все равно решительно не понимал, что произошло и в чем кается министр. Попытался найти в сети новостную ленту и выяснить, но бросил эту затею, увидев, что от экрана нельзя отвлекаться, иначе картинка пропадает, а кадры снова превращаются в бессвязную мешанину.

А министр встал из-за стола и закончил:

— Я готов понести наказание. Кто бы ни стал моим преемником, желаю ему удачи.