Фандом: Гарри Поттер. У жизни и в самом деле есть приятные стороны, о которых Северус Снейп не знал ранее.
11 мин, 11 сек 256
— Что же, Люциус, что за неотложное дело, которое ты хотел со мной обсудить?
— Даже не предложишь выпить, прежде чем приступить к разговору?
— Кричер! — позвал Снейп. — Принеси две рюмки бренди.
Малфой пригубил напиток в пузатой рюмке, отставил ее в сторону и вздохнул.
— Я хотел поговорить с тобой о Драко. Он совсем отбился от рук, собирается поступать на службу в Аврорат. Не представляю, что можно с этим поделать.
— Может, позволить ему принимать решения самостоятельно?
— И дать погибнуть от случайного проклятия?
— Люциус, что ты хочешь от меня? Ты его отец, так запрети под угрозой лишения наследства, жени, отправь во Францию. Видит Мерлин, я достаточно посвятил своего времени Драко в Хогвартсе, чтобы и сейчас продолжать заниматься его судьбой.
— Я знаю, Северус, и всегда буду помнить об этом, — взгляд Малфоя потеплел, он наклонился и коснулся руки Северуса. Шелковая манжета рубашки холодной змейкой скользнула по запястью.
— Просто дай ему возможность жить своей жизнью. Другого пути нет, — сказал Снейп.
— Может, ты и прав, но в любом случае, спасибо за поддержку. Мне пора. Нам все-таки надо чаще встречаться.
— Почему бы и нет? — Снейп поднялся из кресла.
— А ты отлично выглядишь, Северус. Молодой любовник и счастливая жизнь — вот истинный эликсир молодости, кто бы что ни говорил, — Люциус легким движением убрал с его лица прядь волос, обдав запахом ирисового корня. — Все еще смущаешься от комплиментов. Не надо, ты их достоин, — со странным сожалением сказал Малфой на прощание.
Гарри незаметно потер виски: он чувствовал себя вымотанным после рабочего дня и надеялся, что прием пройдет быстро. Но сливки магического сообщества решили устроить для французских друзей пир горой. Те же со всей любезностью презентовали британцам отличного качества бордо в количестве достаточном, чтобы напоить толпу горных троллей. Вечеринка набирала обороты, все были веселы, пьяны, а некоторые уже приступили к танцам.
Гарри раздал с десяток автографов, сделал еще больше совместных снимков, получил массу записочек любовного свойства от ведьм и магов. Прорываясь сквозь толпу к Северусу, который находился в другом конце зала, Гарри то и дело останавливался и отвлекался на желающих побеседовать с ним. Боковым зрением он увидел, как к Северусу подошел Шеклболт, раскатисто захохотал, а потом и вовсе приобнял высокую фигуру в черной мантии. Ерунда какая, Гарри моргнул. А вот это уже обман зрения! Темной, цвета мокко рукой Кингсли провел по спине Северуса и прижал его к себе.
Прижал к себе. Трогал его спину. Такую чувствительную спину Северуса.
Снейп даже не подумал отодвинуться, так и стоял, стиснутый этой кофейной лапищей. Может даже также возбудился, как и от его, Гарри, объятий.
Что это за пелена перед глазами? Гарри сморгнул, потом расстегнул верхнюю пуговицу мундира, стало невыносимо жарко. Лица окружающих слились в разноцветное пятно, он видел только спину Снейпа, обхваченную чужой рукой, и слышал низкий бархатистый смех. Кракс, треснули тонкие бокалы на подносе у официанта, стоящего рядом с Гарри.
Шум вокруг усилился, кто-то подбирал разлетевшееся стекло, откуда-то возникло встревоженное лицо Гермионы:
— Гарри, ты хорошо себя чувствуешь?
«Отлично, охренеть просто как хорошо!»
— Да, все в порядке, тут очень душно, — он выдавил из себя улыбку.
— Есть немного. Гарри, ты обязательно должен поздороваться с…
— Гермиона, извини, мне надо на свежий воздух.
Гарри почти пересек зал, когда увидел, как Снейп в сопровождении Шеклболта скрылся за боковой дверью зала.
По счастливой случайности ничего не загорелось и не взорвалось, пока он добрался до этой дверцы, спустился по лестнице и открыл дверь небольшого кабинета. Гарри рассмотрел сидящего в кресле Северуса: воротничок мантии расстегнут, тонкие губы блестят от вина, на них играет легкая улыбка.
— Какого черта тут происходит?! — голос отказал Гарри, и он почти прошипел свой вопрос.
— Какого черта тут происходит?! — почти переходя на парселтанг, произнес Поттер, ворвавшись в кабинет, используемый для приватных переговоров.
Северус пришел сюда вместе с Кингсли. До этого они общались в зале, и, честно сказать, выпили немного больше, чем позволяет протокол. В воздухе была разлита та особая легкость, что иногда появляется в большой компании, и хочется выпить еще одну рюмку, рассмеяться грубоватой шутке, выглянуть из-под маски и немного расслабиться. Северус и сам не помнил, когда так хорошо себя чувствовал в обществе. В годы юности хогвартские балы он не посещал, а если уж приходилось на них присутствовать, то он просто подпирал спиной стену, мечтая поскорей уйти к себе. Собрания же у Лорда и самый отчаянный человек не назвал бы светским раутом.
Но у жизни, оказывается, есть и другая сторона — с легким и приятным общением, когда чувствуешь себя совсем не лишним на празднике жизни, и когда, Мерлин прости, ловишь на себе вполне недвусмысленный заинтересованный взгляд другого человека.
— Даже не предложишь выпить, прежде чем приступить к разговору?
— Кричер! — позвал Снейп. — Принеси две рюмки бренди.
Малфой пригубил напиток в пузатой рюмке, отставил ее в сторону и вздохнул.
— Я хотел поговорить с тобой о Драко. Он совсем отбился от рук, собирается поступать на службу в Аврорат. Не представляю, что можно с этим поделать.
— Может, позволить ему принимать решения самостоятельно?
— И дать погибнуть от случайного проклятия?
— Люциус, что ты хочешь от меня? Ты его отец, так запрети под угрозой лишения наследства, жени, отправь во Францию. Видит Мерлин, я достаточно посвятил своего времени Драко в Хогвартсе, чтобы и сейчас продолжать заниматься его судьбой.
— Я знаю, Северус, и всегда буду помнить об этом, — взгляд Малфоя потеплел, он наклонился и коснулся руки Северуса. Шелковая манжета рубашки холодной змейкой скользнула по запястью.
— Просто дай ему возможность жить своей жизнью. Другого пути нет, — сказал Снейп.
— Может, ты и прав, но в любом случае, спасибо за поддержку. Мне пора. Нам все-таки надо чаще встречаться.
— Почему бы и нет? — Снейп поднялся из кресла.
— А ты отлично выглядишь, Северус. Молодой любовник и счастливая жизнь — вот истинный эликсир молодости, кто бы что ни говорил, — Люциус легким движением убрал с его лица прядь волос, обдав запахом ирисового корня. — Все еще смущаешься от комплиментов. Не надо, ты их достоин, — со странным сожалением сказал Малфой на прощание.
Гарри незаметно потер виски: он чувствовал себя вымотанным после рабочего дня и надеялся, что прием пройдет быстро. Но сливки магического сообщества решили устроить для французских друзей пир горой. Те же со всей любезностью презентовали британцам отличного качества бордо в количестве достаточном, чтобы напоить толпу горных троллей. Вечеринка набирала обороты, все были веселы, пьяны, а некоторые уже приступили к танцам.
Гарри раздал с десяток автографов, сделал еще больше совместных снимков, получил массу записочек любовного свойства от ведьм и магов. Прорываясь сквозь толпу к Северусу, который находился в другом конце зала, Гарри то и дело останавливался и отвлекался на желающих побеседовать с ним. Боковым зрением он увидел, как к Северусу подошел Шеклболт, раскатисто захохотал, а потом и вовсе приобнял высокую фигуру в черной мантии. Ерунда какая, Гарри моргнул. А вот это уже обман зрения! Темной, цвета мокко рукой Кингсли провел по спине Северуса и прижал его к себе.
Прижал к себе. Трогал его спину. Такую чувствительную спину Северуса.
Снейп даже не подумал отодвинуться, так и стоял, стиснутый этой кофейной лапищей. Может даже также возбудился, как и от его, Гарри, объятий.
Что это за пелена перед глазами? Гарри сморгнул, потом расстегнул верхнюю пуговицу мундира, стало невыносимо жарко. Лица окружающих слились в разноцветное пятно, он видел только спину Снейпа, обхваченную чужой рукой, и слышал низкий бархатистый смех. Кракс, треснули тонкие бокалы на подносе у официанта, стоящего рядом с Гарри.
Шум вокруг усилился, кто-то подбирал разлетевшееся стекло, откуда-то возникло встревоженное лицо Гермионы:
— Гарри, ты хорошо себя чувствуешь?
«Отлично, охренеть просто как хорошо!»
— Да, все в порядке, тут очень душно, — он выдавил из себя улыбку.
— Есть немного. Гарри, ты обязательно должен поздороваться с…
— Гермиона, извини, мне надо на свежий воздух.
Гарри почти пересек зал, когда увидел, как Снейп в сопровождении Шеклболта скрылся за боковой дверью зала.
По счастливой случайности ничего не загорелось и не взорвалось, пока он добрался до этой дверцы, спустился по лестнице и открыл дверь небольшого кабинета. Гарри рассмотрел сидящего в кресле Северуса: воротничок мантии расстегнут, тонкие губы блестят от вина, на них играет легкая улыбка.
— Какого черта тут происходит?! — голос отказал Гарри, и он почти прошипел свой вопрос.
— Какого черта тут происходит?! — почти переходя на парселтанг, произнес Поттер, ворвавшись в кабинет, используемый для приватных переговоров.
Северус пришел сюда вместе с Кингсли. До этого они общались в зале, и, честно сказать, выпили немного больше, чем позволяет протокол. В воздухе была разлита та особая легкость, что иногда появляется в большой компании, и хочется выпить еще одну рюмку, рассмеяться грубоватой шутке, выглянуть из-под маски и немного расслабиться. Северус и сам не помнил, когда так хорошо себя чувствовал в обществе. В годы юности хогвартские балы он не посещал, а если уж приходилось на них присутствовать, то он просто подпирал спиной стену, мечтая поскорей уйти к себе. Собрания же у Лорда и самый отчаянный человек не назвал бы светским раутом.
Но у жизни, оказывается, есть и другая сторона — с легким и приятным общением, когда чувствуешь себя совсем не лишним на празднике жизни, и когда, Мерлин прости, ловишь на себе вполне недвусмысленный заинтересованный взгляд другого человека.
Страница 2 из 4
