Бобику не везло с хозяевами. За эти два месяца он трижды переходил из рук в руки. С помойки, где он родился, его забрали через неделю — грязного и провонявшего картофельной кожурой. Обходились бережно: кормили молоком и докторской колбасой, щекотали животик, позволяли мочиться у входной двери. Но когда молодой семье пришло извещение о выселении за неуплату, двадцатилетний парень посоветовался с женой и отнес его туда, где нашел.
История всегда двигалась по спирали: Пэта и Пэта заменили Дорхс и Провень, им на смену пришли Дитара и Керминт, потом были Адам и Ева. Теперь Адама и Еву заменяли Бобик и Бобик. Женщину сделали из ребра мужчины, а земной маэдонец появился из мужской совести, — единственное в своем роде существо, единственное существо, обреченное на вечную дружбу.